Стирая границы - Симона Элкелес

находится в центре города, а рядом с ним – несколько магазинов. Мы паркуемся на улице, и он ведет меня в свою маленькую однокомнатную квартиру. Нас приветствует женщина с теплой улыбкой. Камачо заговаривает с ней на испанском, а потом она машет мне и уходит.

– Это ваша дочь? – спрашиваю я его, осматривая побитое кресло и старые полотна, висящие на гвоздях на стене. На них изображены пейзажи или боксеры, в большинстве которых я узнаю Камачо в молодости.

– Нет, это не моя дочь, – говорит он, шаркая на маленькую кухню и наполняя чайник водой. – Это сиделка. Помогает мне пару дней в неделю.

Сиделка?

– Не знал, что вам нужна сиделка.

– Мне и не нужна. – Он показывает мне следовать за ним в боковую спальню. Там, облокотившись на гору подушек, сидит пожилая женщина. – Это Валерия, моя жена.

Как только жена замечает его, ее улыбка становится шире, и она протягивает негнущиеся, трясущиеся руки. По ее подбородку стекает слюна из уголка рта, и ее приветствие медленное, как у ребенка, который учится говорить в первый раз.

– Она стала инвалидом после аварии по пути на мой последний бой, – объясняет он. – У нее был перекрыт доступ кислорода в мозг. – Он садится на край кровати и нежно берет ее руку в свою. – Это Райан Хесс, – говорит он ей. – Тот боксер, о котором я тебе рассказывал.

Не знаю, как много она понимает, но женщина сидит, уставившись на меня с любопытством.

– Вы говорили обо мне?

– Только не воображай себе всякого. Иногда мне скучно. – Он целует ее в лоб, а потом ведет меня обратно на кухню.

– А где ваши чемпионские пояса? – спрашиваю я, ожидая увидеть их гордо выставленными на стене.

– Мне не нужно напоминание о прошлом. – Он показывает на свою голову. – Воспоминания – здесь. Это было очень давно, Райан. Больше никто меня не помнит.

– Вы ошибаетесь! Я смотрел записи кассет с вашими боями. Я повторял ваши уловки. Помните бой с Мануэлем Рейесом? О боги, вы были в ударе!

Губы Камачо изгибаются в улыбке, когда я имитирую его быстрые удары.

– Это было давно, Райан.

– Мне жаль по поводу произошедшего с вашей женой. Вы поэтому исчезли после боя?

Он кивает.

– Она была любовью всей моей жизни, Райан. И все еще ею остается. Много раз она уезжала жить к родителям, чтобы дать мне сосредоточиться, потому что знала – это то, что мне нужно. До происшествия она была независимой женщиной. Возможно, я бы мог провести еще несколько боев, но я был нужен ей, поэтому ушел из спорта. – Он ставит на стол огурцы и помидоры. – Вот. – Он передает мне нож. – Сделай что-нибудь полезное.

Пока я режу овощи, а он начинает готовить ужин, я гадаю, какой была бы его жизнь, если бы Валерия не попала в аварию.

– Вы скучаете по этому?

– Каждый день. Если ты настоящий боксер, то спорт поглощает тебя. Ты всегда думаешь о боксе, все, что ты ешь, – топливо для боя. Ты мечтаешь о боксе. – Он смотрит мне прямо в глаза. – Но в конце дня, когда ты возвращаешься домой, бокс не встретит тебя с улыбкой у дверей.

Двадцать вторая глава

Далила

Я старалась игнорировать тот факт, что все изменилось с той перестрелки, но больше не могу. Новые телохранители папы патрулируют наш дом дни и ночи напролет, вызывая у меня клаустрофобию. Чувство страха не уходит и с каждым днем лишь усиливается.

С вечеринки в честь моего дня рождения мы все будто бродим в тумане. Родители так отдалились от меня, словно вообще живут в другой стране. Я чувствую себя такой одинокой. Я снова пытаюсь выудить у папы ответы, но он отмахивается от меня.

Вчера в наш дом приезжали следователи. Они почти вечность находились в папином кабинете. Когда он вышли, то один из них держал в руках чемоданчик, которого не было, когда он заходил. Внутри лежала взятка?

Во что ввязался мой отец?

Новости по телевизору не улучшали моего самочувствия.

Хотя репортер признал, что преступлений из-за наркотиков становилось все меньше, он сказал, что возникли новые проблемы. Новый картель «Лос Рейес дель Норте», сеющий смуту в стране, объявил войну «Лас Калаверас» за власть и территорию. Поговаривают, что лидер «Лос Рейес дель Норте», Эль Фуэго, платит полиции и правительству, чтобы те смотрели в другую сторону. Говорят, он умный, находчивый и знает, как работает закон.

Папа тоже умный, находчивый и знает мексиканские законы как свои пять пальцев. Откупился ли он вчера от следователей чемоданом, набитым наличными? Может ли он быть таинственным человеком, которого они называют Эль Фуэго?

Я больше не могу сидеть и ждать ответов. Если никто не говорит мне, что происходит, то придется узнать все самой.

Один человек кое-что знает. Пришло время перестать быть хорошей девочкой и позволить бунтарке внутри меня взять власть в свои руки.

Я говорю родителям, что останусь на ночь у Деми, и они приказывают телохранителю Джерардо отвезти меня. Когда Джерардо высаживает меня, Деми разрешает взять ее машину. Я специально соврала своей семье. Меня должно переполнять раскаяние, но этого не происходит. Я взялась за свою миссию, и ничто не встанет на моем пути. Наконец, у меня есть план, не составленный кем-то другим.

Я сама найду ответы на вопросы. Существует только одна проблема. Мне нужна защита. Мне нужен телохранитель.

И только один человек может исполнить эту роль.

Я еду по дороге через маленькие города, ведущие к боксерскому залу, и мое сердце быстро бьется в ожидании и страхе. Я не видела Райана с тех пор, как он был в моем доме в день рождения, но это не означает, что его не было в моих мыслях. Интересно, думал ли он обо мне хоть немного?

Или больше, чем немного.

Уже темно, а Севилья – пустынный город. Это не криминальная зона, но я остро ощущаю, что могу оказаться в опасности, если