Фаэтон: Планета аномалий 3 - Вячеслав Иванович Соколов

было. Кто знает, чего ей в блондинистую голову взбредёт в следующий раз? Вон, недавно чуть кони не двинул. А жить-то хочется, и желательно не испытывая болезненных ощущений.

И что теперь, в пацифисты заделаться, чтобы повода не давать? Но, походу, не ту планету я выбрал. Хотя, кто меня спрашивал, хочу я сюда или нет? Пинка под зад — и полетел команды выполнять, как миленький.

Вот и чего она вокруг меня круги наматывает, в балахоне своём бесформенном? Принюхивается, пальцем тычет, будто мясо на рынке выбирает. Блин, хреновые какие-то ассоциации полезли. Я ж говорил, мне нашей последней встречи за глаза хватило.

— Госпожа Смерть, а вы слышали последние новости? — пытаюсь заговорить с ней.

— И какие же? — продолжает круги нарезать.

— Оказывается, местную систему зовут Ава.

— Ава, вот оно как, — останавливается на мгновение. — Очень интересно. Просыпается, значит. Хм… Интересно, что так повлияло на неё? Не ты ли постарался, мой мальчик?

Честно говоря, хотелось бы ей сказать, что я не её мальчик, и вообще, чем реже вижу, тем лучше. Но здоровье дороже, лучше промолчу. Что-то она нервная в последнее время. Хорошо хоть время опять замерло, когда богиня смерти явилась. А то, знаете ли, мы тут болтаем, а Елизавета Алексеевна к столу привязанная лежит.

— А ещё Ава, оказывается, может сама артефакт придумать и в процесс запустить.

— Очень интересно… — продолжает вокруг меня ходить и опять зачем-то нюхать.

— Ага, вот такие дела. А ещё, оказывается, бывают артефакты, которые могут соединиться с порталом на другой планете. Чудеса, да?

— Чудеса — не то слово. Я прямо в шоке, — подносит слегка дрожащую руку к лицу, очень бледному, почти белому. Да она и раньше загаром не могла похвастаться, а сейчас вообще…

— Эм… Прошу прощения, может, это и не моё дело, но что с вами?

— Какой ты вежливый стал. Раньше более дерзкий был, — усмехается богиня.

— Ну, знаете ли… Сейчас у меня под рукой нет Лапки, чтобы прикрыть мою задницу. Прошу прощения за выражение.

— Прекрати, — машет на меня рукой. — Ничего я тебе не сделаю. И за прошлый раз прошу прощения, — выдаёт она, а у меня челюсть отваливается. Хорошо, что она частью организма является, а то точно бы на пол шмякнулась.

— И всё-таки, на всякий случай, ещё раз прошу прощения. Но что происходит? Что с вами?

— Это? — поднимает слегка дрожащую кисть.

— Боюсь даже представить, что должно было случиться, чтобы такое произошло с вами.

— Всё просто. Я сгубила душу и получила за это наказание, — повторно поднимает руку, — это уже остатки былой роскоши. — Ещё испытываю боль, но, по крайней мере, передвигаться могу.

— Так чего же вы? Надо было отлежаться, в себя прийти. Я вроде не маленький, сам справлюсь, — говорю почти искренне.

— Из-за тебя и пришла.

— Что-то важное случилось?

— Да, — кивает. — Но, к моему удивлению, ты жив, — на губах Хель появляется вымученная улыбка.

— А почему я должен быть мёртв? — напрягаюсь.

— А ты что, не слушал меня? Я же сказала, я погубила душу, а без души человек жить не может.

— А при чём тут я? — удивляюсь.

— Догадайся, — со вздохом разводит руками.

— Так вы про мою душу говорили?

— Верно. И у тебя нет души, — снова начинает вокруг меня кругами ходить и принюхиваться.

— Да как так-то? Вроде же всё нормально было…

— Ненормально, — мотает блондинистой шевелюрой. — В тебе нет души.

— Да как так-то⁈ — выпучиваю глаза. — И что теперь, если меня убьют, то всё, конец?

— Вот бы я знала… — топает ножкой, а потом, скорчив просящую мордашку, произносит: — Дай каплю крови.

— Зачем? — хлопаю глазами.

— Пожалуйста, — просит с дрожью в голосе.

Да что творится в этом мире? У меня что, глюки? Хель, которая просит, а не командует? Хотя, давайте будем честными, кто готов отказать в такой просьбе самой смерти?

Ау, может быть, ты мой милый хейтер? Ау, ты где? Опять жрёшь пиццу, что ли? Борщ со сметаной? Да ты обалдел, откуда у тебя это? Твою дивизию, мужик, да ты попал! Ты уверен, что не змеюку пригрел на груди своей? Ага, змейку с большими сиськами. Хотя дело твоё. Борщ точно лучше пиццы.

Достав нож, протыкаю палец и протягиваю Хель. Та макает палец в мою кровь, отправляет её в рот, зажмуривается, и внезапно её плечи начинают трястись, а из глаз бегут слёзы.

— Эй, вы чего? — первым порывом было обнять плачущую девушку, но вовремя остановился, вспомнив, кто передо мной.

— А я ещё всё думала, почему он так всё время носится с тобой, — закрывает лицо руками.

— Да что случилось-то?

— Мой муж был прав. Он старался. А я… Как же стыдно… — приседает, закрыв лицо руками.

Капец, вот только этого мне и не хватало. Сейчас успокоится, а потом сотрёт меня в порошок, чтобы никому не рассказал. И ведь не свалишь от неё никуда, всё равно найдёт. Попадос!

И тут Хель начала говорить, и как же я охренел, слушая то, что вывалила на меня богиня. Твою дивизию, такой подставы я точно не ожидал. И поверьте мне, вы сейчас охренеете не меньше моего.

Всеслав всегда был бунтарём и имел на многие вещи свой взгляд. Например, его раздражало то, что даже боги, которые по определению находятся ниже его, могут иметь детей, а он, которому при рождении навязали жену, не может.

Ведь, как он совсем недавно признался, Хель, несмотря на то, что она его частенько бесила и раздражала, не любить он её не мог, так же как и она его. Просто назло своим создателям Всеслав научился любить и других людей. Но и от привязанности к Хель избавиться не смог, хоть и пытался. А тут ему подвернулся случай.

Случилось это за пару тысяч лет до рождения его первенца. Погиб его последователь, у которого был дух-хранитель. Это такое живое существо, которое может родиться из Искры Силы бога. Явление крайне редкое. Чтобы такое чудо произошло, должны сложиться звёзды, пара пирамид Хеопса и ещё что-нибудь.

В общем, Всеслав должен был принять вернувшегося духа-хранителя в себя, тем самым упокоив его. Собственно, боги всегда