Детектив к Рождеству - Анна и Сергей Литвиновы

— да и помер рядом с унитазом. Символично даже выпустил последний выдох в потаенную даль канализационных отходов — туда, куда отправляется все, что наша жизнь посчитала ненужным и дерьмовым.

Кривой заржал от своей мерзкой философской аллегории и хлопнул меня по плечу. В ответ я смог только натянуто улыбнуться и направился к внедорожнику.

Гроб был закрыт. Все могильщики окружили его.

— Старик мелкий и худощавый был, так что тут много сил не потребуется, — объявил Кривой. — Четверо с легкостью справятся. Бугор, Вопила, Зеленый и сын Хосе — заканчивайте тут, а остальные обедать. Потом поменяемся: вы жрать, а мы быстро закидаем все землей. Оплату всем раздам наличкой вечером, когда шеф кладбища заплатит. Зайду к каждому, все равно все на одной улице живем.

Мы покивали и занялись делами.

Ой, Лина, если бы ты знала, как мне хотелось побыстрее отделаться от этого дела. История мутная прям с этим стариком, руки не слушались — или это просто из-за холода. «А вдруг его убил кто да оставил в нашем городке, покрывая следы?» — подумалось мне тогда.

Делать нечего. Мы взяли гроб и понесли к могиле. Остановились, прикинули дальнейшие действия. Пока трое держали, Вопила продел веревки под дном гроба с подголосками из мата, которые льются из него как постоянное музыкальное сопровождение. Каждый из нас четверых взялся за один из веревочных концов с большим узлом и стал опускать мертвеца в его новую спальню. Тут уже нам всем стало тяжелее, потому что держали мы вес перед собой — считай, животом, так кишки могут повыползать через пупок.

— Спокойнее, медленнее! — руководил Вопила. Его и прозвали так за громогласный голос и привычку командовать где ни попадя.

Гроб уже коснулся дна ямы, когда моя левая нога заскользила вперед. Мокрая земля была слишком гладкой, а я — ужасно неповоротливым, поэтому мое могучее тело полетело в могилу и с глухим ударом шлепнулось на деревянный ящик мертвеца. Холод неожиданно полез во все имеющиеся в моей одежде щели. Это странно, потому что тут, на дне, не было ветра. Будто чьи-то ледяные руки проползли под рукава и схватились за мои предплечья. Я ощутил именно хватку! Мне стало так жутко, что я резко перевернулся на живот. Дыхание стало пропадать, а в ушах застрял гул. Меня придавило к гробу так, что я не смог пошевелиться.

Не знаю, как мою огромную тушу мужики достали из ямы, но через какое-то время я оказался дома в постели. Надеялся, что ты придешь ко мне, хотя бы из жалости. Но нет — со мной рядом сидел Кривой, насмехавшийся над моей «грациозностью».

— Еле вытащили ведь! Зеленый отвез тебя на внедорожнике, подшучивая, что мы променяли мертвеца на выжившего: одного отправили, другого доставили.

Зеленый имел огромную родинку болотного оттенка на всю левую щеку, поэтому его и прозвали так. Он обычно привозил трупы на кладбище и выдавал туповатые шутки.

Кривой продолжил:

— Деньги занесу позже, а ты пока отдыхай. Но только это… на тот свет не собирайся, а то нам в таком случае надо бригаду из семнадцати человек нанимать, чтоб твой здоровенный труп опустить на дно ямы.

Он заржал как лошадь, но потом изменился в лице, а его рот превратился в узкую полоску.

— Нам понадобится твоя силища, Бугор… Особенно в ближайшее время.

— А я никогда и не отказывал в работе мышцами. Будет наплыв похорон? Надеюсь, не произошло никакого теракта! — ахнул я, осознав возможный ужас. — Неужели пропустил новость?!

Кривой опустил глаза и выдохнул через поджатые губы, из-за чего по комнате пролетел глухой свист.

— Уже и не знаю, что страшнее — теракт или то, что сейчас происходит. Мужики тебе не говорили?

— Нет. Не понимаю, о чем речь даже, но испуган до чертиков. Не томи!

— Ды воруют у нас…

Я сплюнул воздух, а с ним и несколько брызг слюны вперемешку с возмущениями.

— Вот напугал-то! Инструментов и так мало, но неужели вся трагедия в украденной лопате или свистнутых ботинках? Опять твои шутки.

— Бугор, не тупи! Воруют у нас не вещи, — мрачно и строго поставил меня на место Кривой.

— А что тогда?

— Трупы…

Оборвались все звуки в комнате. Мне кажется, в этот момент никто из нас даже не дышал. В молчании собрались шок, ужас и скорбь по пропавшим телам, которым не удается получить покой.

Кривой продолжил:

— Подробности нельзя разглашать. Даже прессе рот заткнули. Скандал ужасный начнется, если родственники умерших узнают, потому что, скорее всего, виноваты мы: охрану никто не ставил никогда. Мы ж тихо жили тут, и никакие преступники не маньячили даже вблизи кладбищенских ворот. Мертвых хоронили, близкие истерили, священники отпевали, рабочие молчали и делали свое дело. А тут такое… Никто ни о чем не знает, но девять трупов уже выкопали и утащили.

— Как это? — спросил я, постепенно отходя от шока.

— А вот так. Смотритель у нас ночами спит же — на фиг ему глазеть на надгробья в темноте? Никто и камеры не догадался поставить, ни к чему ж они. Еще раз говорю: не было надобности в какой-то охране. У нас из всех странных личностей появлялись только девки, что приходили каждую неделю с двумя сиреневыми ирисами на могилу двух парней. Помнишь, гробы даже не открывали во время похорон, они вроде бы сильно изуродованы были — мутная история. Ты тогда еще утешал ту, что посимпатичнее и помоложе. Она так рыдала, все не могла никак успокоиться, даже чересчур театрально это выглядело. Ну да ладно. Помнишь же?

Я кивнул.

— Так и все. Больше никаких чудиков там не лазило. Жили себе без происшествий.

У меня никак не укладывалось в голове, что в Даутфолсе появился какой-то некромант или кто похлеще.

Возникло предположение:

— Может, сатанисты?

— Начальство говорит, непохоже. Никаких следов ритуалов не было. Хотя кто знает, что на уме у этих отбросов, — может, они и утащили да поиграли в свою бесовщину. Не знаю. Ты только это… Молчи! Не вздумай сказать кому. Между собой мужики перемалывают эту историю, но не дальше. Начальство запретило, потому что разобраться надо. Они с полицией пока работают и ищут преступников. Как разберутся, сразу все объявят. Тогда журналюги закидают все газеты и интернет россказнями и фантазиями о том, что творилось на кладбище Даутфолса и почему руководство объектом допустило невероятный ужас. Вот придется нам девять трупов по новой закапывать, сила твоя и потребуется. А пока…

Кривой приложил указательный палец к губам и молча ушел, оставив меня в тишине и ужасе. Входная