Подвиг без героя (СИ) - Ольга Александровна Валентеева

ей не место рядом с Бертраном. Завянет, пропадет. Ничего от нее не останется. Этого нельзя допустить.

Попрощавшись с прислугой, мы выехали в сторону, противоположную моему дому. Надо запутать следы, поэтому какое-то время по пятам следовали за отрядом короля, а потом резко ушли вправо и повернули назад.

— Для всех мы едем в Хами на ярмарку, — напутствовал я близнецов. — Я ваш старший брат. Уловили?

Они слаженно кивнули.

— Вот и славно. А теперь пришпорьте коней, скоро начнет темнеть.

И первым поскакал вперед, наслаждаясь ветром, бьющим в лицо. Сколько еще будет продолжаться наша гонка с Бертраном? И кто в итоге первым окажется у финишной черты? Увы, я этого не знал. Хотя, и не хотел бы знать, так жить интереснее.

Глава 20

Кейлин

Кей чувствовал себя жалким. С того самого момента, как пришлось прятаться от людей короля в винном погребе. И это принц? Наследник престола? Все чаще его посещала мысль, что отец, будь он жив, проклял бы непутевого сына. Ладно во дворце, под неусыпным присмотром. Но даже сейчас Кей ничего не мог решить сам, предоставляя право выбора… кому? Кем на самом деле являлся телохранитель Валенсии? Он все меньше тянул на простого пропойцу, которому захотелось подзаработать, проводив их до безопасного места. Нет, Денни не так прост. Кто он? Военачальник? Бывший советник Бертрана? Просто служака, за что-то обиженный на короля? Кто, кто, кто…

Эта мысль преследовала Кея, пока они добирались до небольшого городишки, где и дорог-то хороших не было. Она была с ним, когда Денни болтал с хозяином постоялого двора. Не покидала она принца и за скудным ужином из лукового супа и горелой каши. Кейлин едва заставил себя проглотить пару ложек, в то время как Денни, а главное — сестра спокойно себе ужинали, вроде бы еда была вкусной.

— Ты не голодный? — спросил Денни. — Тогда я и твою порцию съем. Не пропадать ведь деньгам.

Кей только отодвинул тарелку. Хорошо, хоть не заставили это проглотить, иначе он за себя не ручался. Как только с ужином было покончено, они поднялись в скромную комнатушку на двоих.

— Ложитесь спать, — сказал Денни. — Здесь вас никто не будет искать. А я поеду… на прогулку.

Хороша прогулка! Кей не знал, за что судьба так жестоко с ним шутит. Даже мысль о том, чтобы остановиться в доме убийцы отца, казалась кощунственной. Однако Ленси с Денни не спорила, будто относилась к этому совсем спокойно.

Кей постоял у окна, наблюдая, как их помощник покидает постоялый двор, а затем развернулся к сестре.

— И что ты об этом думаешь? — спросил он.

— О чем? — уточнила Валенсия устало. Она выглядела сонной.

— Об имении Ферсона, конечно же! — выпалил Кейлин.

— Думаю, что там нас точно не будут искать, — ответила сестра. — Мы ведь враги.

— Вот именно! Враги! И едем туда, где жил человек, лишивший нас отца.

— Я доверяю Денни. — Ленси пристально посмотрела на брата. — Он помог мне, спас тебя, рискует своей жизнью, чтобы защитить нас от короля. Две серебрушки в неделю — не цена для такой помощи, не правда ли?

Кейлин заскрежетал зубами. Рассудок боролся в нем с ненавистью, и как выплыть из этого водоворота эмоций, Кей не знал.

— Мне кажется, я умру, стоит переступить порог этого дома, — признался он.

— Это только кажется.

Такая спокойная! А Кей все больше злился.

— Я не понимаю тебя, Ленси! — выпалил он. — Ты словно забыла об Эффорте. О нашем отце. Если бы папа был жив, разве все это могло случиться с нами?

— Его нет, Кей, — мягко сказала сестра. — И мамы тоже нет. Мне так же больно, как и тебе, но их не вернуть. Я так долго пыталась добраться из Эффорта в Ландорн, чтобы хотя бы попытаться помочь тебе. Меня прятали простые люди: купцы, крестьяне. Выдавали за свою дочь, сестру. Но происхождение не спрячешь, пришлось устроить маскарад. Думаешь, я не переступлю через себя сейчас? Не смогу войти в дом Ферсона? Так вот, смогу. Стоит ли обвинять меч, который нанес рану? Стоит ли винить человека, выполнившего приказ?

— Подлый приказ! Его клинок был отравлен.

— Но за ним стоял король Бертран. Не было бы Ферсона — под теми доспехами скрывался бы кто-нибудь другой. А Бертран остался бы на месте.

— Глупости!

— Кей, ты до сих пор не понял. Сейчас мы не принц и принцесса Эффорта. Мы… никто. Просто люди. Может, лучше было бы нам уехать в какую-нибудь отдаленную деревушку? Жить спокойно…

Ленси вздохнула.

— Уехать в деревушку? — Кей запустил пальцы в волосы. — Слышал бы тебя отец!

— Он меня не слышит.

Валенсия отвернулась. Да что с ней такое? Она будто отказалась от всего! От их прошлого. Поэтому и ждала так долго, чтобы приехать в Ландорн.

— Я хочу пройтись, — проговорил Кейлин.

— Денни сказал ждать здесь.

— А кто он такой, чтобы мне приказывать?

Кей понимал, что идея плоха. Знал он и другое: стоит остаться в комнате, и он смертельно рассорится с сестрой, раз и навсегда. Потому что у него внутри бурлил гнев. Он поднимал голову, напоминая ядовитую змею, способную отравить всех вокруг своим ядом. А Кей не желал ссориться с Ленси, самым родным для него человеком. Кто тогда у него останется? А у нее самой?

«Денни», — подсказал тот самый змеиный голос из самой души.

Ну да, Ленси ничем не проявляла своих чувств, но Кей-то видел… Видел, что Валенсия тянется к своему странному помощнику, смотрит на него по-особенному, когда тот не видит, все время ищет взглядом. А он… Здесь Кей сомневался. Иногда ему казалось, что тоже не безразличен, но вряд ли ему нужна девчонка, будь она хоть трижды принцессой.

Кей оставил оружие в номере, захватил только один из кинжалов Валенсии. Он не собирался никуда совать нос, просто немного охладить голову. Быстро спустился по ступенькам, вышел в осенний сумрак, подставил лицо срывающимся каплям дождя. На душе было скверно. Он пошел вдоль улицы, вглядываясь в каждый дом. Горели окна. В комнатах жили люди. У каждого — свои беды, свои печали и заботы. И свои радости. А что такое радость, Кей забыл. Собственное сердце напоминало ему кусочек льда — только и толку, что бьется, но почти ничего не чувствует. И лишь гнев заставлял его биться сильнее. Гнев и ненависть.

Кейлин ускорил шаг и опустил голову. Вскоре он вышел на берег небольшой речушки, несущей воды по кочкам. Она летела и струилась, и в то же время собирала всю