Рыжий наследник - Лиза Генри

Ладно. Так, и впрямь, удобней.

— А Думу что скажете о поисках? — спросил Лот. — Разве вы не должны преследовать сбежавшего принца?

— Не видел ни души, — сказал сир Грейлорд бесстрастно. — Должно быть, беглецы заплутали на Болоте Смерти. Слышал, там обитает монстр.

— Бенжи! — радостно сказал Дейв, прежде чем присмотреться к сиру Грейлорду и с нахмуренными бровями обернуться к Лоту. — Мы его знаем? Или мне его ударить?

— Нет, Дейв, — мягко сказал Квин. — Он на нашей стороне.

Грейлорд одарил его улыбкой — легкой и хрупкой — и Лот понял, что уже видел подобное выражение на лицах крестьян и шлюх в тюрьмах, в которых доводилось сидеть. Это был взгляд человека, которому нечего было терять.

— Да, — сказал Лот. — На нашей.

Ада сузила глаза и подозрительно прищурилась:

— На нем ливрея короны. Почему он один?

— Людей своих я послал на поиски в город в восьми километрах отсюда. Вообще-то мне пришлось пару раз вернуться, чтобы выйти на ваш след, — сказал он и приподнял шляпу перед Адой. — Приятно познакомиться, мэм.

Лот задался вопросом, как тот не ошибся с полом, но, даже если это была просто удачная догадка, выражение лица Ады немного смягчилось, и она кивнула в ответ.

— Этот джентльмен-бандит только что поведал нам, что ему заплатили за убийство рыжеволосого принца по дороге в Каллиер, — сказал Лот.

Пай возбужденно жужжал над головой бандита и радостно щебетал каждый раз, когда тот ругался и пытался стряхнуть его со своей бороды.

— Уберите это от меня, оно, наверное, ядовитое!

— Пай не ядовитый! — твердо заявил Дейв и вырубил мужчину — видимо, ему не понравилось, что на Пая сказали «оно», или же ему просто нравилось бить людей.

Сир Грейлорд уставился на лежащего без сознания главаря бандитов и отошел от дерева, жестом подозвав Лота и Квина.

— Значит, это все-таки правда, — сказал сир Грейлорд со вздохом. — Побег оплатили неверные предыдущему королю люди. Раз еще и бандитов послали.

— Похоже на то, — сказал Квин и вздернул подбородок.

— Хм, — сир Грейлорд прищурился в угасающем свете. Подошел поближе к Лоту и Квину, проверил, был ли главарь бандитов все еще без сознания, и понизил голос: — Вы помните наши игры в шахматы, Ваша Светлость?

Квин кивнул.

— Мы оба ужасные игроки, — сказал сир Грейлорд. — Позор на наши головы, сейчас нам не помешало бы немного стратегического мышления. Я считаю, вам следует вернуться со мной в Делакорт. Если пойдете в Каллиер, то точно попадете в ловушку. Что же касается меня, лорд Дум узнает о моем предательстве, это лишь вопрос времени, пусть он сам все и подстроил. Но мы могли бы купить вам билет на корабль и переправить вас в другое королевство. Нет необходимости идти на смерть в Каллиер.

Не сводя с него взгляда, он едва заметно кивнул собственным мыслям.

Ада подошла ближе.

— Простите, но мы доведем принца до Каллиера, — твердо заверила она.

— Ах, конечно, гномы ведь не отрекаются от своих договоренностей, — сказал сир Грейлорд. — Замечательная черта характера. К сожалению, возможно, из-за нее мне придется вас убить.

Квин поднял руку.

— Никаких убийств, — сказал он и оглянулся на мертвых бандитов, лежащих на окровавленном поле. — Ну, больше никаких убийств. Ну, пока что. — И вздохнул. — Никаких убийств тех, кто мне нравится, ясно?

Сир Грейлорд кивнул, но убежденным не выглядел.

— Я отправлюсь в Каллиер, — сказал Квин и каждого одарил стальным взглядом. На Лота он посмотрел последним. — Я отправлюсь в Каллиер и или верну свой трон, или со всем покончу.

***

Путешествовать ночью было приятно, если, конечно, не брать во внимание темные раскачивающиеся на ветру деревья и зловещее далекое уханье сов. А еще, где-то кричали лисы. И это было нечто. Ужасающее нечто, что, по мнению Лота, наделяло ситуацию подходящей атмосферой.

Лот обратил мысли внутрь себя, чтобы не зацикливаться на десятках историй о приведениях, которые только приходилось слышать в детстве. И понял, что едет на встречу неизбежной смерти, что было ненамного утешительней, но Квин приятным теплым грузом прикрывал спину, и это помогало.

Где-то в нескольких лошадях позади, медленно приходя в сознание, застонал Скотт.

— Что ж, вся эта история с местью и правом наследования, — начал Лот, пока они неторопливо продвигались по дороге и Квин крепко обнимал его со спины. — Чертовски горяча, но, не пойми меня неправильно, тебе не приходило в голову, что она еще и глупа?

Квин мурлыкнул что-то ему на ухо.

— Я не доверяю сиру Грейлорду, — пробормотал Лот. — Слишком быстро он переобулся.

И почувствовал рядом дыхание Квина:

— А разве у него есть выбор, учитывая, что его сына держат в заложниках? Так он и сам в заложниках.

— Я никому не доверяю, — сказал Лот. — И это бережет меня от того, чтобы оказаться застигнутым врасплох неизбежным предательством. Допустим, я верю, что у него есть сын. Верю, что его неспособность повлиять на судьбу сына побудила отбросить осторожность и попытаться тебе помочь. Допустим даже, что он действительно хочет вернуть тебя в Делакорт и посадить на корабль до безопасного места. Но ему-то что за дело? Он, правда, готов отправиться в Каллиер и умереть за него? Вот в это мне не верится.

— Неужели тебе никогда не было нечего терять? — тихо спросил Квин, и Лот понял, что говорил он больше не о сире Грейлорде. — Порой, когда меч над головой висит слишком долго, ты достигаешь пика, все в конец надоедает, да так, что ты уже готов перерезать эту веревку, понимаешь?

— Это, по-твоему, сейчас происходит?

— По-моему… — снова замурчал Квин. — По-моему, я пять лет жизни провел запертым в Делакорте. Мне безумно хочется посмотреть дяде в глаза и напомнить ему, чей я сын. Хочу услышать признание в убийстве отца и матери. Его собственной сестры, Лот.

— И что тебе даст его признание?

Квин напрягся.

— Хочу, чтобы он узнал, как сильно я его ненавижу. А потом хочу, чтобы он умер.