Рыжий наследник - Лиза Генри

выдержит такое обращение, а его родители, какими бы добродушными и понимающими ни были, простят его за необходимость хоронить тело.

Он откашлялся.

— С вашей стороны было очень мило так нас принять, — сказал он, словно не знал, что его родители были закоренелыми анти-Думами, страстно ненавидящими правителя хотя бы из-за непомерных налогов на хмель и шелк. — Я обязательно вспомню об этом после того, как верну себе трон.

Отец не смог сдержать фырканья, но замаскировал его кашлем.

Мама уперла руки в бока и сказала:

— Сегодня никто ничего возвращать не будет. Сегодня мы вас накормим и уложим спать, а поговорим уже завтра.

Лот знал, что не имело значения, кто с ней говорил — принц или не принц — спорить было бесполезно.

Отец убрал со стола ткани и швейное оборудование, передвинул стулья, чтобы освободить место, и с преувеличенным поклоном усадил Лота во главе стола.

— Мой господин, — сказал он, и оба услышали в его голосе ухмылку. Отец собирался воспользоваться ситуацией по максимуму, и удивляться тут было нечему. В конце концов, все худшие черты перешли к Лоту именно от родителей. Ну, по крайней мере, не придется напрягаться, чтобы состроить по-королевски раздраженное выражение лица.

Мама стащила Квина с табуретки и усадила за стол, словно тот был маленьким заблудшим ягненочком, которого нужно было перевести через большую полную опасностей кухню.

— Так, — сказала она, роясь в кладовке. — У нас есть хлеб, сыр и холодное мясо. Кто хочет есть?

— Простите, миссис мама, — сказал Дейв. — Но Калариан вегетарианец.

Маму это нисколько не смутило. Вызовы были ей по душе.

Прошло совсем немного времени, и все по уши закопались в лучший спред, который Лоту только приходилось пробовать после того, как несколько недель назад он покинул Каллиер. Пай, свернулся вокруг кувшина с пивом и счастливо чирикнул, когда Лот скормил ему ложку меда.

— Итак, — сказал отец. — У тебя есть принц, дракон и разношерстная группа искателей приключений. Без обид, Скотт, но, полагаю, на бумаге все выглядело куда лучше.

— Пай сжег бумагу на Болоте Смерти, — сказал Дейв. — Но это был несчастный случай.

— Вы шли через Болото Смерти? — глаза мамы на мгновение вперились в Лота, но она быстро опомнилась и перевела взгляд на Квина: — Болото Смерти?

— Прости? — пробормотал Квин.

— Болото Смерти, — повторила она себе под нос.

— По правде говоря, — сказал Лот. — Болото не столько «смерти», сколько одного слегка кровожадного эльфа-анархиста, да только так звучит не особо захватывающе.

Калариан мечтательно вздохнул.

— Ты хотел сказать одного очень красивого и мужественного эльфа-анархиста.

— Ох, ну началось, — пробормотала Ада. — Прямо во время еды.

— В общем! — сказал Лот излишне бодро. — Мы выбрались с Болота Смерти. И если не считать парочку заминок по пути…

— Бандитов, солдат, убийц, момента, когда мы заблудились в лесу, смертельный газ, выпрыгивание из окон второго этажа, — перечислила Ада, прежде чем Лот пристальным взглядом заставил ее замолчать.

— Парочку заминок, — продолжил Лот. — Теперь мы в безопасности, и это самое главное.

— Да прибудут со мной силы, — вздохнула мама. Стоило ей развернуться к Квину, и ее тон смягчился: — Ты уверен, что наелся, милый? Кажется, где-то оставалось немного торта.

— Я бы не отказался от торта, — тут же сказал Лот. Его отец готовил самые лучшие торты.

— Он не для вас, Ваша Светлость. Мне слишком стыдно подавать его человеку вашей благородной крови. Для него ведь даже муку нормально не перемололи! Такой подойдет только простолюдинам и, конечно же, моему драгоценному мальчику. — Мама провела рукой по волосам Квина, и у маленького засранца хватило наглости показать Лоту язык, пока никто не видел. Ну хотя бы испуганный олений взгляд исчез, поселившийся на его лице с тех пор, как они переступили порог, так что Лот нашел это обстоятельство стоящим лишения отцовского торта.

После того, как все доели торт (все, кроме Лота, потому что его мать была по-настоящему ужасной женщиной), мама хлопнула в ладоши:

— Так. Нужно найти каждому из вас место для ночлега.

— Как лидер… — начал было Скотт.

— Ты будешь присматривать за лошадьми и охранять ворота, — сказала мама и замолчала, провоцируя несогласие. — В конюшне есть одеяло. Оно почти чистое.

Потом она кивнула Дейву, Аде и Калариану:

— Наверху есть две свободные комнаты. Сами решите, кто с кем поселиться.

— Можно, Пай останется возле огня? — спросил Дейв. — Он ему нравится.

Пай чирикнул в знак согласия и лизнул Дейву ухо.

— Конечно, можно. Квин пойдет в свою старую спальню. — Когда мама посмотрела на Лота, ее глаза сузились. — Не знаю даже, куда нам поселить вас, Ваша Светлость. Можете поспать в кресле, с вашим королевским происхождением вам это должно быть по душе. К тому же, это полезно для осанки.

Лот собрался было возразить, потому что отдавать собственную кровать было уже слишком, но Квин его опередил:

— Он может поделить комнату со мной, мама, — сказал он тихо. — Мы всю дорогу делили спальник. Мы… друзья.

Калариан фыркнул, и Лот пнул его под столом.

На долю секунды на лице мамы промелькнуло удивление.

— Друзья, — наконец, сказала она, подняв на Лота бровь. — Так вы это называете, Ваша Светлость? Потому что мне бы не хотелось думать, что мой сын использовал вас в своих интересах… или же наоборот.

Лот не был уверен, к кому из них она обращалась, но точно знал, что очень скоро она выскажет ему все, что думает. В мельчайших деталях. Хотел он того или нет.

— Никто никого не использует, уверяю вас, — сказал он, и сам на секунду в это поверил, пока не вспомнил, что оказался здесь лишь потому, что поднял руку и заявил, что является принцем, наплевав на протесты Квина. Честно говоря, вполне могло статься, что лгали тут оба.

Но и обоим в итоге от этого стало только лучше, ведь так? Лот спас Квину жизнь на Болоте Смерти. И пусть, если бы его там не было, это сделал бы кто-то другой, это ведь все равно что-то да