Рыжий наследник - Лиза Генри

штанами. Все доказательства были косвенными. Но вот теперь, похоже, мамин гнев был уже не просто летней грозой, а настоящей бурей, чем-то безмерно впечатляющим, закипавшим. Лоту только и оставалось, что ждать, пока она взорвется.

— Ладно, — в конце концов, сказал отец. — Я так понимаю, на принцев походить вам нужно обоим? — и хлопнул одной рукой по плечу Лота, а второй по плечу Квина. — Мальчики, идемте за мной.

И он вывел их из кухни.

Черт.

Фейерверк Лот все-таки пропустит.

***

В основном отец работал на кухне, но у него был небольшой магазинчик, пристроенный к пивоварне, где он встречался с клиентами и снимал с них мерки. Именно в этом месте в голове Лота появились знания о моде, а еще идея измерить собственный член. По обоим пунктам он был одаренным любителем, а ещё научился на глаз с десяти шагов определять длину штанин и размер брюк, который носил мужчина.

Отец тихонько напевал себе под нос, пока перебирал хранящиеся у себя вешалки с дублетами и плащами. Это был ассортимент одежды, которая, несмотря на прекрасное качество, по той или иной причине оказалась запрятана в дальний угол. Вещи заказанные, но не оплаченные. Вещи, разочаровавшие при примерке. Темно-синие дублеты для сорвавшейся свадьбы. Возможно, последнее каким-то невероятным образом было связано с Лотом, помогавшим в магазине в тот день, когда женихи пришли на последнюю примерку… но это еще нужно было доказать. После долгих раздумий отец вытащил два одинаковых темно-синих камзола с парой черных брюк.

— Думаю, то, что нужно, — сказал он, передавая им одежду.

Примерочной служил огороженный занавеской угол магазина, и, когда Квин вышел в новом наряде, Лот потерял дар речи, не в силах ничего сделать, кроме как уставиться на чертовски аппетитное зрелище перед глазами.

Квин сам по себе был привлекателен. Квин же, одетый в вещи, соответствующие его положению, был просто потрясающим, и каждый дюйм в нем выдавал принца. Сам того не заметив, он выпрямил спину и откинул голову, взгляд его стал холодным и оценивающим. У Лота вдруг возникло непреодолимое желание опуститься на одно колено. Ну, или на оба.

Но Квин, похоже, его молчание принял за неодобрение. Потер рукой подбородок и в защитном жесте скрестил руки на груди, уверенность его быстро дала трещину.

— Я на пугало похож, да? — потянул он за пояс брюк, и, да, они были великоваты, но лишь немного, и все же Лот задался вопросом: смогла бы туда пролезть его рука?

— В целом я бы сказал, что ты выглядишь очень убедительно, — сказал отец. — Подвяжем пояс, а плащ прикроет недочеты. — И повернулся к Лоту. — Что скажешь?

— Ты выглядишь потрясающе, Квин, — сказал он, борясь с желанием загнать Квина обратно за занавешенный угол, упасть перед ним на колени и либо поклясться в верности, либо отсосать королевский член.

Должно быть, какая-то из мыслей отразилась на его лице, потому что Квин тут же ухмыльнулся.

— Твоя очередь.

Лот проскользнул в примерочную и переоделся. Потом потратил минуту на любование искусной ручной работой отца: замысловатыми рядами строчек вдоль швов и золотой вышивкой, узором из завитков и точек, спускающимся по передней части дублета. Все это добавляло одежде богатство. Возможно, ему все-таки стоило заняться семейным бизнесом.

Возможно, если удастся все это пережить, он еще сможет им заняться.

Он как раз любовался тем, как выгодно подчеркивала изгиб спины посадка, когда отец крикнул:

— Поторопись. Или не можешь втиснуть в брюки свою толстую королевскую задницу?

Задница Лота ни дня в жизни не пробыла толстой, и они оба это знали, что все же не мешало отцу дразниться по этому поводу. Такая вольность давно стала их традицией и немало его успокоила.

Лот отдернул занавеску и вышел, нацепив на лицо оскорбленное выражение.

— Мой королевский тыл превосходен, спасибо. Мне стоило обезглавить тебя за одно лишь подобное предположение.

Отец фыркнул.

— Сначала придется сойтись один на один с матерью. Удачи с этим. — Он оглядел Лота, и выражение его лица смягчилось. — Тебе идет, сынок.

— Спасибо, пап. — Лот развел руки и повернулся к Квину. — Ну и? Похож я на тебя?

Квин сидел с приоткрытым ртом.

— Эм, ты выглядишь… — он запнулся, и горло его дернулось, когда он сглотнул. — Вау. — Квин облизнул губы, и Лот не сказал бы, что сделано это было нарочно.

Лот позволил себе мгновение гордости. Он знал, что хорошо выглядел, и все же было приятно получить тому подтверждение. Шагнув вперед, он взял Квина за руку.

— Все будет хорошо, — солгал он. — Мы должны победить… Мы ведь тут хорошие парни.

Квин с благодарностью сжал его руку.

— Мы должны победить, — повторил он и сделал это еще раз, но уже с большей убежденностью. — Мы победим.

Похоже, он был куда лучшим лжецом, чем думал Лот, или же просто искренне верил в их шансы. Лот так сильно хотел, чтобы это было правдой, что на мгновение позволил себе ему поверить. Вдруг Дум увидит ошибочность своего пути. Вдруг дворцовая стража перейдет на их сторону. Вдруг Дум подавится за обедом рыбной косточкой, и никакого сражения вообще не будет. Думать об этом было приятно.

Но мясной нож за пояс Лот все же засунул.

***

Когда они вернулись в дом, все, вместе с мамой, сгрудившись за столом, ели торт и пили чай. Отец нашел два темно-синих плаща, и они действительно скрыли признаки того, что одежда шилась не на них. Стоило группе обернуться и поднять глаза на Квина с Лотом в одинаковых нарядах, как их завалили восхищенными возгласами.

— Их двое, — сказал Дейв с чем-то, похожим на благоговение, в голосе. — Они оба принцы.

Лот заметил накинутый на стул шарф. Его сшил специально для него отец много лет назад, добавив в дизайн то, что в шутку называл «карманами подлого ублюдка». Не раз Лот выходил из трудных ситуаций благодаря спрятанным в них вещам. Взяв шарф, он намотал его на шею. Теплота и простота этой вещи за секунду заставила его почувствовать себя чуть более похожим на себя и менее на самозванца, которым