Ловец духов - Григорий Константинович Шаргородский

все же перевел Катю с катера в дальнюю часть ангара, где Гордей оборудовал себе уютную бытовку. Оставив ее там, посмотрел на прихваченный с катера заплечный мешок. Мой нож все еще был там, а место ему в ножнах на моем поясе. Вполне возможно, что ночка предстоит не менее веселая, чем вчерашняя, так что нужно быть во всеоружии, причем буквально. Я аккуратно достал все еще завернутый в платок язычника нож и осторожно прикоснулся к его рукояти. Никак странных ощущений не испытал. Мало того, почувствовал ободряющий посыл от Жужи, который уютно дремал в кармане жилетки. Кадавра, на деле заслужившего мое доверие, я еще с утра не только завел до предела, но и смазал ему жало ядом.

– Ладно, попробуем тебе довериться, обжора.

Крепко взявшись за рукоять, я ощутил странный отклик. Это не было похоже на вольного духа, поселившегося в часах, или что-то подобное. Казалось, сам предмет стал живым. Мало того, упрек в прожорливости он оценил как наречение именем. Ладно, пусть будет Обжора.

– Вот что ты творишь, Степа? – тихо выдохнул я, возвращая нож в родные ножны.

Постаравшись выкинуть из головы тревожные мысли, я замер в проеме ворот. Ангар стоял длинной стеной к берегу. Над входом горел большой фонарь, освещая весь наш двор, вплоть до пристани. Отдельных ворот и ограды не было – у своих воровать не принято. Жаль, что так поздно сейчас никого из соседей-ушкуйников не видно. Могли бы в случае чего помочь, хотя после недавнего скандала, может, и отсиделись бы в стороне.

Минут через пятнадцать с дороги, ведущей от главного пропускного пункта этой части порта, послышался шум моторов. Ехало два мобиля, и это меня насторожило, поэтому сделал несколько шагов назад, чтобы скрыться в тени ангара. Освещение внутри я выключил сразу, как устроил Катю в бытовке, довольно жестко потребовав от нее сидеть тихо, как мышка. Нехорошие предчувствия оправдались. Легковые мобили остановились, не заезжая на нашу площадку. Из них выбрались шестеро вооруженных до зубов дружинников. Поначалу я обрадовался, увидев полусотника Ветрова, но радость тут же растаяла, когда почуял в группе «цепных» одержимых. Врагов как минимум трое – те, что носили колдовские оковы с духами. Но ведь остальные, включая Ветрова, могли быть такими же добровольцами, как Всеслав.

Так, стоп! А ведь я могу осмотреть их ауры, не выглядывая из себя и не устраивая переполох.

– Степан, ты где?! – громко позвал Ветров, явно отметив присутствие у пристани Проходимца.

Вполне возможно, о моем прибытии дружинникам доложили наблюдатели в порту. Пока полусотник вел себя нормально и к револьверу в кобуре не тянулся. Ешки-матрешки, как же там у меня получилось видеть ауры по желанию? Я постарался сконцентрироваться и поймать нужный настрой, но все равно удивился, когда мир вдруг расцвел дополнительными красками. Тут же стало понятно, что по поводу «цепных» я не ошибся. А еще полегчало от того, что Ветров и еще двое, скорее всего, не с ними. Ауры дружинников излучали спокойное ровное сияние без сполохов злости и настороженности. А вот «цепные» полыхали как факелы – малейшее изменение ситуации, и начнут палить. Если завалят нормальных дружинников, то втроем смогут найти и убить меня еще до приезда скорбников. А если я выстелю первым, то получу свинцовые приветы и от полусотника сотоварищи.

Мысли в голове метались бестолковыми мухами. Единственная идея даже мне самому показалась бредовой, но другой попросту не было. Шагнув из тени, я широко, хоть и кривовато улыбнулся:

– Леня, друг мой, рад тебя видеть! Прости, но я так и не смог выполнить твое поручение.

Продолжая нести околесицу, я шел навстречу Ветрову. Полусотник настороженно замер, ведь раньше я никогда не позволял себе такой фамильярности. Однажды мы вместе пили пиво, и он разрешил называть его Леонидом. И все же опытный боец что-то прочел в моем взгляде, поэтому не оттолкнул, когда я с видом закадычного друга обнял его:

– Княжну украл Буйнов. Она сейчас в ангаре. С тобой трое бесноватых.

Полусотник дернулся, словно намеревался оттолкнуть и ударить меня, но затем вдруг расслабился и, даже не спрашивая, кого именно я имею в виду, так же тихо сказал:

– Твой усатый. Стреляешь только после команды.

Несмотря на то, что принимать неожиданные решение пришлось ему, а не мне, к бою опытный дружинник оказался готов раньше. Я даже вопрос об упомянутой команде не осмыслил, как услышал его крик:

– Делай!

Пока я выдергивал Горыныча из кобуры и взглядом искал усатого, Ветров успел пальнуть дважды. А тут и я добавил. Похоже, полусотник знал, что делает, потому что обладатель висячих усов из всей троицы «цепных» оказался самым медленным. Он получил от меня пулю в живот, так и не успев вытащить свой револьвер из кобуры. И это несмотря на резко активировавшегося духа в его ауре. А вот один из подстреленных Ветровым не только как-то умудрился достать оружие, но и пальнул, причем в меня. Я запоздало осознал, что пуля просвистела совсем рядом. Быстрый стрелок сейчас корчился на земле с раной в правом плече, а это значит, что фиг бы он промахнулся, если бы не точное попадание Ветрова.

Нужно отдать должное: не опороченные связью с колдуном дружинники в меня даже целиться не стали. Похоже, именно для них и прозвучала команда полусотника, потому что оба сразу навели револьверы туда же, куда целился командир. Выстрелить они не успели, но держали противника под прицелом. В принципе, можно было этого и не делать. «Мой» корчился с дырищей в животе, и с такой раной ему даже дух-побратим не помог бы, не говоря о уже о простом паразите. Еще один предатель неподвижно лежал с дыркой в голове, а вот шустрого трясло, и явно не от раны в плече.

И вот чего я туплю? Ведь и дураку понятно, что Ветров оставил его в живых не просто так, а сейчас прикованный к ауре супостата дух попросту добьет своего носителя. Я сорвался с места, даже не обратив внимания на то, что оставшиеся на ногах дружинники перевели свои револьверы на меня, как и на предупреждающий окрик полусотника. Пока бежал и падал на колени рядом с умирающим человеком, понял, что на выход из себя времени нет. Так что, пользуясь тем, что вижу окутывающую нож дымку с сияющими знаками, решил просто поддеть скованный дух костяным клинком. И ведь получилось! Нож не просто зацепил духа, тут же начав тянуть из него энергию, но и оплел тонкими святящимися нитями, которых я раньше не замечал.