Экспресс в Рождество - Эльма Троу

чем ответов. Он перестал общаться с родителями на тему отношений, да в семье и не было принято это обсуждать. Сохранялась некая дистанция, которую никому нарушать не хотелось.

В купе ему стало душно и тяжело. Поэтому, подхватив сумку с графическим романом и художественными принадлежностями, он вышел в коридор. Уже несколько часов они ехали в сторону Ядрихи. Несчастный отец двух мальчиков, как и в начале путешествия, бродил за детьми по коридору, присматривая, чтобы они не разнесли вагон. Лицо у него стало еще более уставшим, а в остальном все те же движения расслабленных рук и та же шаркающая походка. Одежду мужчины пропитал запах лапши быстрого приготовления и сигарет.

Даниил обвел вагон взглядом. Золотые шарики и сверкающие паровозы висели на елочных ветках, тянущихся вдоль коридора. Лампочки светились теплым золотистым светом.

Даниил закрыл глаза и представил себя в том самом домике рождественским утром. Он вспоминал рябиновые стены, иней на стекле, россыпь звезд за окном и ее среди подушек и одеял. Человек, с которым он был готов беседовать часами, стоя на кухне с телефоном в руке. Забытый кофе так и оставался на подставке кофемашины. Все потому, что апельсиновый пожар разгорелся в его сердце, и двигаться вперед он мог только с ее поддержкой. Их история превратила жизнь в сказку, мечту о приключениях.

«Я обрел свою мечту летать, моя Лисс. С тобой, а без тебя я спал».

За спиной послышалось движение. К Даниилу вышел отец. Он закрыл дверь купе, встал рядом с ним, облокотившись о резные поручни, украшенные новогодним дождиком.

– Нервничаешь? – спросил он спокойно, наблюдая за тем, как Даниил потирает ладони.

– Да, пап, прости меня за то, что я так плохо провожу с вами время, – ответил он.

Они помолчали, слушая, как стучат колеса.

– Из-за девушки?

Он все понял. Его слова уже не звучали как шутка. Отец был серьезен и явно хотел поговорить, помочь. Об этом говорил его взгляд: серьезный, добрый и сосредоточенный.

– Только не надо обсуждать это с мамой, ладно? – ответил Даниил.

– Не собирался я с ней это обсуждать, хотел с тобой поговорить. Тогда на вокзале ты обещал, что, если тебе понадобится помощь, ты обязательно скажешь. Ты ведь можешь мне доверять, Дань. Я помочь тебе хочу, потому что вижу, что с тобой творится что-то странное.

Даниил сдался. Он глубоко вздохнул и несколько минут помолчал, пока собирался с мыслями.

– Я познакомился в интернете с девушкой. Мы общались с ней год, – выдавил Даниил.

Отцу все это рассказывать было очень неловко. Однако он не перебивал, а просто молча слушал.

– А теперь мы вместе оказались на этом поезде. Мы гуляли по Ярославлю, и потом в Данилове после службы я все время провел с ней.

– Без глупостей, я надеюсь?

– Пап! – выпалил Даниил.

– Извини. Она красивая?

– Очень. И с ней можно говорить обо всем, понимаешь? Без утайки, не стыдясь.

– Я с самого начала все понял, Дань, – отец улыбнулся. – Ты очень сильно изменился в этой поездке. Это было заметно по твоему лицу. То ты светишься от счастья, витая в облаках, то сидишь в глубокой задумчивости. Таких эмоций от рабочих проектов не бывает.

– Пап, я сделал глупость и сильно обидел ее, – Даниил тяжело выдохнул эту фразу. – Я…

– Не рассказывай, что ты сделал, – перебил его отец. – Что я за годы своей жизни понял, не стоит лезть в дела влюбленных. Ты ведь дорожишь этими отношениями, так?

– Она важна для меня, но я не могу разобраться в своих чувствах…

– Как это ты не можешь? Даня, если все твои мысли только о ней, если ты хочешь проводить с ней время и можешь говорить о чем угодно, значит, это твой человек! – он сделал паузу. – Я помню Лизу и помню, что у тебя случилось, но то было другое. Она вешалась на тебя, была навязчивой. Ты попал в не очень хорошие отношения и смог из них выйти без особых последствий. Но то, что ты рассказываешь про ваше общение, про человека, с которым можно говорить обо всем, – это совсем другое. Ты изменился в лучшую сторону.

– И что мне теперь делать?

– Решать тебе. Но, если для тебя действительно важны ваши отношения, ты должен исправить то, что натворил.

Они замолчали. Из какого-то купе доносились звуки мультипликационной заставки, мерно постукивали колеса. Так они простояли еще некоторое время, затем отец похлопал сына по плечу.

– Я рад, что в твоей жизни появился хороший человек. Извини нас с мамой, если мы отталкивали тебя своими шутками.

– Ничего, пап.

– Мы правда не со зла, – с этими словами отец исчез в купе.

«Я должен все исправить», – сказал себе Даниил.

Он пошел в сторону вагона Алисы. Поезд начало сильно качать. Несколько раз Даниил чуть не упал, но вовремя схватился за поручни. В вагоне-ресторане праздновали чей-то день рождения. Веселая толпа кричала поздравления, заполонив собой проход. Сладкий запах кофе и сливок стоял в перегретом помещении.

Даниил протискивался через толпу к своей цели. Он думал о том, как увидит Алису, о том, что скажет ей. Кровь стучала в висках, дыхание участилось, ладони стали холодными и мокрыми. Даниил спрятал руки в рукавах свитера.

«Прости меня, прости!»

Даниил добрался до двери в вагон Алисы, украшенной венком из ярко-красных ягод. Он несколько раз подумал о том, что скажет перед тем, как переступить высокий металлический порожек.

В коридоре его встретил низенький проводник, который зыркнул на него подозрительным взглядом, мол, «ты что здесь забыл, я тебя не знаю». Даниил остановился у двери в ее купе. Он долго собирался с силами и спустя пару минут постучался. Даниил надеялся услышать шорох, гулкие шаги, но не услышал ничего.

«Не могла же она сойти?!»

Даниил еще раз постучался.

«Может, просто спит?»

Не услышав ответ, он приоткрыл дверь. Его встретило темное купе. Внутри была идеальная чистота. Кровать заправлена, все убрано.

«Нет, нет, нет! Не может быть! Неужели она действительно сошла с поезда?!»

Мимо прошел проводник с бейджем, на котором было написано имя Артем.

– Извините, пожалуйста, вы не знаете, девушка из этого купе, она вернулась на прошлой остановке? – взволнованно спросил Даниил.

– Не знаю, ее вообще застать бывает трудно. Сегодня после Вологды еще не видел. В купе ее нет?

– Нет.

– А ее вещи? – проводник заглянул в темноту. – Простите, я не могу туда заходить, но так сразу и не скажешь, что там кто-то есть. Слишком чисто. Ну, либо она у кого-то, либо действительно сошла, – произнес проводник, почесав в затылке. – Оставьте