Экспресс в Рождество - Эльма Троу

Луны стали единым целым в янтарном свете затмения.

* * *

Алиса проснулась от звонка будильника. Открыв глаза, она боялась смотреть назад, боялась, что, как в фильмах, окажется одна в постели.

– Дань? – по-детски произнесла она, поворачиваясь.

Несколько локонов темных волос показались из-под одеяла.

– Мы не проспали? – спросил он хриплым голосом.

– Нет, – улыбнувшись, ответила Алиса и, прикрываясь одеялом, потянулась за свитером Дани. – Я вчера позаботилась о будильнике.

Голова под одеялом вновь рухнула на подушку. Лисс это насмешило. Его реакция неудивительна, ведь они спали всего пару часов. Алиса быстро натянула на ноги теплые носки и помчалась вниз.

«Боже, что творится!» – кричала она у себя в голове.

Она испытывала смущение и восторг одновременно. Ей хотелось быть героиней мюзикла. Спеть песню, скатываясь по перилам. Ей было непонятно, как эти чувства могут существовать вместе. Лисс улыбнулась и тут же прикрыла рот рукой.

В холодильнике были печенье, молоко и блинчики для разогревания в микроволновке – Алиса заранее позаботилась о своем завтраке здесь. Она наполнила чайник водой и включила его. Стеклянный прибор засветился в полумраке комнаты розовым цветом.

Сама же она пыталась понять, что произошло. Как все это вообще могло произойти? Значит ли, что он ответил на ее признание?

«Ведь он почти не обратил внимания на мои слова о том, что я люблю его. Может, он и сам пока не до конца понимает, что происходит между нами?»

Несмотря на эту неоднозначность, Лисс нисколько не жалела о прошлой ночи. Ей казалось, будто все произошло так естественно. Словно так все и должно быть.

«Он, как и я, не хочет быть прежним, – подумала Алиса. – Он не убежал. Он сейчас там, в моей постели».

– Свитерный вор, – послышалось с лестницы. – Я тебя нашел.

– С Рождеством тебя, – произнесла она.

– И тебя, Лисса Алиса, – ответил он, крепко обнимая ее сзади. – Смотрю, ты основательно подготовилась встречать это утро.

– Не рассчитывала, конечно, что здесь будешь еще ты ночевать, но что есть.

– Так ты все это хотела сама слопать? – сделав вид искреннего удивления, спросил он. – Многовато для такой хрупкой оригами, как ты.

Алиса рассмеялась.

– Твои родители не станут тебя искать? – спросила она за завтраком.

– Думаю, нет. Я написал папе, что пошел гулять и вернусь только к утру, – произнес он, наслаждаясь блинчиком. – И, знаешь, я на самом деле не в первый раз так отпрашивался. Бывало, что я возвращался домой с рассветом. Они знают, что я люблю такие прогулки. Естественно, я не сумасшедший и во время учебы и работы стараюсь сохранять режим.

– Это какой? Ложиться в полчетвертого, вставать в шесть?

– Да, а чем не режим?

– И то правда.

Общение стало таким легким и плюшевым. Алиса наслаждалась этим утром, и ей не хотелось отпускать ту магию, которая витала вокруг них.

* * *

Они разошлись к тому времени, когда уже нужно было уезжать. Даниил позвонил родителям и сказал, что бежит в их сторону. Уставшие после ночной службы люди высыпали из своих домиков, зевая и оставляя в воздухе облачка пара.

Алиса протянула ему свитер.

– Оставь себе, Лисс, – произнес он. – Мы еще встретимся, и тебе нужно будет что-то надевать.

Даниил осекся, как будто сказал что-то лишнее.

– Конечно, если ты не будешь против повторить, – робко сказал он.

Лисс смущенно улыбнулась.

– Ты не замерзнешь?

– Нет, – Даниил произнес это почти шепотом и легко поцеловал ее.

С этими словами он помчался по лесной тропе.

– Будем ли мы и вправду снова вместе? – спросила Алиса в воздух.

Она собрала вещи и покинула свое временное пристанище. Алиса в последний раз взглянула на домик, который прятался среди деревьев. Это было место, в котором она пережила один из самых тяжелых моментов в жизни вместе с тем, кто разделил с ней ее боль.

«Ты все сделала правильно, Лисс», – прозвучало в ее голове, и, наконец, воцарилась долгожданная тишина.

Данилов провожал гостей серебристым снегопадом. Празднично-красный поезд, разрезая пространство, мчался сквозь метель, создавая янтарный коридор из света и снежинок.

Алиса мечтательно сидела у окна и, играя с волосами, наблюдала за происходящим за окном. Свитер Даниила еще помнил его запах. Алиса думала об отце, иногда перечитывала его сообщения, размышляла.

Отец: Алиса, умоляю, позвони мне, скажи, где ты?! Я за тобой приеду!

Алиса: Была в сети день назад.

Отец: Я все узнал. Ты можешь не возвращаться домой! Трать остатки сбережений и делай теперь что хочешь!

Алиса: Была в сети два дня назад.

Отец: Ты меня предала!

Отец: Ты не заслуживаешь к себе хорошего отношения! Я был с тобой мягок, зря я дал тебе свободу! Нужно было запереть тебя дома!

Алиса: Была в сети два дня назад.

Отец: Был в сети сегодня в 23:45.

– Папочка, я люблю тебя, но я тоже хочу решать. Я хочу проживать свою жизнь, путешествовать, любить и целоваться с мальчиками, – сказала Алиса в тишине.

Ей ответил мерный стук колес: «Чучух-чучух». Алиса выключила телефон и стала наблюдать за проносящимися мимо деревьями, клонящимися к земле под тяжестью снега и льда. Сейчас на душе было легко как никогда.

– Я свободна, папа, я свободна, – тихо прошептала она, оставив на стекле мутный след своего дыхания.

* * *

«Что, если я совершил ошибку?» – думал Даниил, сидя с Наташей за столом и раскрашивая морду совы.

– Следующий будет красным, давай? – спросила она.

– Давай.

«Ты поддался себе, дал себе волю и все мог испортить. Что, если она воспримет это слишком глубоко?»

Воспоминания о случившемся не оставляли его. Остаток дня Даниил провел именно в них, лишь изредка обращая внимание на происходящее вокруг. Родители вновь подшучивали, будто он нашел себе девушку и теперь бегает к ней.

– Нет ничего в этом такого, – несерьезно говорила мама и смеялась.

– А губы-то, вишней поцелованные, – веселился отец.

Потом им надоело, и родители принялись смотреть «Гарри Поттера». Это было их ежегодным ритуалом. Наташа постепенно увлеклась происходящим на экране отцовского планшета и перестала рисовать. А Даниилу все больше нравилось методичное раскрашивание мелких частей совы, потому что так он мог подумать.

«Но разве о любви можно подумать, – сомневался Даниил. – Давай, вспомни, что ты чувствовал».

«Мне было тепло».

«Давай больше!»

«С ней очень хорошо».

«Скудно».

«Я чувствовал себя на своем месте, – подумал Даниил. – Я был именно там, где должен был быть».

В коридоре послышались шаги и движение дверей купе. Поезд замедлял ход, подползая к ярко-красному, как пряничный домик, вокзалу.

– Станция «Вологда», – произнес голос