Точка отправления - Наталья Цепкова

— Теперь пошли, — ответил Молнезар. Но на груди уже не было бугра, где скрывалась Ича. Она просто исчезла.

— Но как же… — только и смогла вымолвить Наташа. Голос изменил ей. Первый раз она видит волшебство. За то время которое находится в ином мире ей казалось, что смогла привыкнуть к манере общения и к чудесам о которых тут постоянно говорят. Но одно дело слышать, другое дело увидеть собственными глазами. Она будто оказалась в цирке, а перед ней искусный иллюзионист. И все бы ничего, но вот только она не под куполом, а на площади, и альв не относился к тем шарлатанам, которые показывают фокусы детям. «Невероятно» — хотелось воскликнуть Наташе, но в горле по-прежнему першило.

— Это иллюзия, — как будто прочитал ее мысли, ответил Молнезар, и торопливо добавил, — пойдемте быстрее, волшебство действует не так долго, как кажется.

Наташа машинально пошла вслед за ним.

— Ты это видела? — спросил у нее шепотом Видеор, поравнявшись с ней.

— Ага.

— Я раньше ни разу ничего подобного не видел. Нет, Веделяна, могла оживить цветы или заставить деревья быстрее расти, но такое. Бац, и девчушки нет.

Наташа кивнула. Она прекрасно понимала лесовика.

Догуш и Здеяра быстрым шагом уходили из «Танцующего Воробья», за небольшую сумму подвыпивший лесовик рассказал, что тут и правда остановились альвы с лесовиком. Здеяра быстро поняла, что это и есть Молнезар, Наташа и Видеор. Передвигались они медленно, но от Ельграда до Светлограда всего то двое суток пути на повозке, а что говорить о лошадях, пусть и тяжеловесных.

Догуш пыхтел рядом. Широко размахивая руками, он тяжело ступал по мостовой. Взгляд был устремлен вперед, и не обращал внимания на то что происходило по сторонам. Здеяре, казалось, что остановись она, Догуш и не заметит этого. Но соблазна оставаться одной в Ельграде у нее не было. Поэтому быстро перебирая ногами, лесавка пыталась поспеть за своим напарником.

Ростичерн остановился в маленьком домике, что находится на углу Лесной и Светлой улиц. Ничем не приметный, кроме своего вытянутого фасада и длинных окон со ставнями, это был один из старинных домов площади. В Ельграде его называли «веселым погребком» за обилие медовухи, пива и сбитня там когда-то продававшегося. Но тридцать лет назад на улице Светлой случился пожар, который выжег почти всю улицу, включая и этот аккуратный домик. Хозяин Богша был очень расстроен и не стал заново восстанавливать лавку, а уехал из города. Домик же отдал племяннику. Так Богуну он и достался. Теперь это дом под N5 и больше тут ничем не торгуют.

Ростичерн расположился на втором этаже. Тут было темно, так как ставни плотно закрыли снаружи на ночь, поэтому он зажег светильник и поставил на подоконник. Сняв плащ и роскошную саблю, чья рукоятка была украшена адамантами1 в виде креста в круге, Ростичерн ходил по маленькой, вытянутой комнатке взад — вперед в ожидании новостей. Богун хозяйничал на первом этаже, готовил ужин. Он скрывал, что рад снова остановиться в своем родовом домике и в Ельграде. Город лесовиков напоминал ему о детстве, когда он беззаботно играл со своим двоюродным братом Догушем и не думал о том, чем заработать на жизнь. Сейчас же, вспоминая свое позорное бегство, когда его поборола какая-то девчонка. Он был готов разорвать первого кто попадется ему на пути. Рыча, он резал овощи, а в голове крутилось:

«Как я мог! Как я мог! Я — асила! Мог так струсить, но попадись мне она снова, в миг шею сверну».

Богун не принадлежал к чистокровным асила, в нем было много намешено кровей и панов и берендеев. От светлого рода асилок досталось ему только крепкое телосложение, внешность же и характер больше была от отца — пана полукровки Варуна. А паны были склонны хвалиться, но на деле в одиночку часто пасовали.

Да и знал он, что, вряд ли это «снова» будет так скоро, как ему бы хотелось. Ростичерн не доверял ему, а эта хитрая лесавка знает как лучше преподать его поражение. Вот и сидит он сейчас на кухне, посматривая в окно, а не на деле вместе с ней и братом.

Богун в бессильной злобе рыкнул, но продолжал готовить ужин.

Здеяра и Догуш как раз шли по площади, там где фонари не бросают свой блеклый свет. И тут увидели, что у помоста стоит не только изгнанница, но кто-то еще. Свет фонарей был тусклым, но и этого достаточно, чтобы разглядеть помост. Статная фигура изгнанницы повернулась в их сторону, как будто почувствовала чье-то присутствие. Испугавшись, Здеяра одернула Догуша за рукав, так что тот ударился о стену.

— Тише, дубье.

— Что еще, — буркнул тот в ответ.

— Ты что не видишь, осел на двух копытах, кто-то рядом с изгнанницей.

Догуш впился глазами в темноту, но полукровки асилок плохо видят в темноте, если только у себя под ногами. Но тут их озарило небесным светом, так что Догуш прижался к стене и втянул голову в плечи.

— Альв поганый, что он себе позволяет.

— Помогает изгнаннице. Ты понимаешь, что это значит? — сказала Здеяра, потирая ладони. Ее глаза блестели в темноте, теперь-то она знала, как отделаться от своих врагов и ей не терпелось сообщить об этом черному милорду.

— Долго мы тут будем стоять? — спросил Догуш, когда вспышка исчезла и казалось, что и участники этого чуда тоже.

— Ты иди, — неожиданно ответила Здеяра.

— Что это значит? — недоверчиво спросил Догуш.

1Адамант — алмаз, бриллиант.

— То и значит, козья твоя башка, я прослежу за ними и узнаю. Если они и правда помогают изгнанникам, значит, и их тоже могут заклеймить, и тогда уж точно они не пройдут в Светлоград.

— Что мне сказать хозяину?

— Что они здесь. Остальное расскажу я, когда приду, — раздраженно бросила лесавка и пошла обратной дорогой. Ей было немного не по себе, потому что у нее на поясе висел только маленький ножик, который подарил еще отец. А по Ельграду, лучше ходить с более грозным оружием. Но желание навсегда избавиться от врагов было сильнее.

Пытаясь огибать лужи и не попадаться в тусклый свет фонарей, Здеяра дошла до «Танцующего Воробья». От сердца немного отлегло, и она более уверенно скользнула в темноту тропинки, между домами, ведущую на задний двор.

Задний двор был нечто вроде огорода с парниками и грядками, небольшого отдельного погребка, где хранилась выпивка, а также загон для коз и свиней, и небольшого насеста, а у самой стены находилась конюшня. Для такого хозяйства нужно много рабочих рук, так что многие горожане устраивались к Судору на работу, в основном эта была сезонная работа, но даже она приносила неплохой заработок, на который можно жить зимние месяцы.

Конюшню построили совсем недавно, как новая услуга, чтобы покататься по дальним районам Светлокрая, посмотреть на речку Ризу, на берегу которой стоит храм красавице Агидель.