Легенда Изумрудного моря - Анфилада Юри

разгорячённый стальной меч, постелило желание тут же сорваться в путь и добыть это всемогущее лекарство, но сомнения стали подкрадываться в мысли, не желая уступать безрассудству. «А если это действительно всего лишь выдумка, столько времени прошло, люди могли переврать информацию… и я просто погублю себя. Но нет, дядюшка бы никогда не подверг меня опасности… нужно поразмыслить над этим, но с другой стороны, у меня попросту нет времени — отец умирает, каждый день от пяти до сорока человек бесследно исчезают из-за напасти…»

— Дядюшка, вы намекаете на то, чтобы я спустилась в это бушующее море и убила дракона?

— Ария, моя отважная девочка, ты мне как доченька, я понимаю всю абсурдность, но кроме тебя… — почёсывая седую бороду он явно размышлял, в глазах мужчины плескались печаль и безнадёжность,

— Некому, милая, некому. Мы все верим в тебя, ты рождена для трона, твоё предназначение — вести народ Гиллерии за собою. Отец достаточно сделал, дабы вывести нас на новые уровни, но теперь настал твой черёд. Безусловно, это бы оказался идеальный вариант, если бы тебе удалость успеть спасти отца, но я прошу как член королевской семьи, хотя бы за судьбу всего острова — попробуй. Иных вариантов попросту нет. Мы с Мартином за два месяца проделали громадную работу, толку от которой не оказалось, ничто не побеждает хворь, не берёт. — искренние слова вкупе с мольбой не могли оставить равнодушной Арию. Юная леди поднялась и направилась одаривать объятиями того, кто нянчил на руках, видел первые шаги и сопутствовал поэтапному взрослению.

— Прости нас всех, что обрекаем на подобное, прости, родная…

— Дядя Джим, вы же понимаете, что такое решение нельзя принимать впопыхах? А если я погибну, как и все те, о ком вы мне поведали?

— Конечно я об этом позабочусь, на судне мы с тобою доберёмся до середины моря, а далее, если после твоего погружения пройдёт дольше минуты и не будет обратной связи — спасательная бригада нашего острова тут же без промедлений направится на твоё спасение. Я понимаю все риски, милая, я всё понимаю на что тебе придётся пойти и приму твой любой выбор, даже если это будет отказ.

— Спасибо за то, что поведали. Всё же… я подумаю об этом завтра. За окном уже глубокая ночь и я отправляюсь спать… — безусловно, сна не было ни в одном глазу, но Ария старалась как можно скорее закончить разговор, понимая, что больших деталей ей не расскажут. Мысли запутались в тугой узел, развязать который оказалось сложной задачей, даже для её пытливого ума.

Справка:

[1] Минестро́не — блюдо итальянской кухни, лёгкий суп из сезонных овощей, иногда с добавлением макарон или риса.

[2] Символ, корни которого уходят в японскую культуру. Композиция трёх обезьян, закрывающих лапами глаза, уши и рот, — «Не вижу, не слышу, не говорю».

[3] Бражник — ночная и сумеречная бабочка, одна из самых быстрых бабочек на Земле, скорость полёта которой может достигать 60 км/ч.

2. Лучше горькая правда…

Утро принцессы началось с разъярённых и обезумевших выкриков с улицы. Около тысячи жителей Гиллерии, дико нападая на охрану у ворот в замок, горланили неприятные для слуха слова и разбушевавшись требовали ответа от главы государства, который всё ещё находился прикованным к постели. Наскоро накинув на себя вчерашнее платье и так же наспех причесавшись, Ария вышла на балкон, с которого обычно отец извещал о важных событиях или выступал с неотлагательными новостями. Содействовать с таким количеством людей ей пришлось впервые, не говоря о демонстративном выступлении.

— Уважаемые жители острова! — Ария попробовала громко огласить приветствие, но голос пропадал, обрывался, а по телу пробежали тысячи иголок. Она панически бегала взглядом по многочисленной толпе, её руки стали влажными и холодными, а сердце сжалось в крохотный орех, воздуха на балконе стало критически мало. Конечно, к такому повороту событий девушка была не готова, оттого приходилось импровизировать и освещать ситуацию без утайки, ведь на выдумывание попросту уже не было времени.

«Да и зачем врать своему народу и держать в неведении? Сильнее такого инструмента как — правда, в этом мире ещё не придумали. Так и поступим…»

— В данный момент обстановка с окутавшей наш уголок хворью чрезмерно накалилась, но мы обязательно найдём решение, чтобы помочь каждому кто нуждается в помощи! — принцессу продолжало окутывать волнение узревая численность собравшихся, но тем не менее, страх по итогу не позволил промолчать или с трусостью отступить от постепенно возлагающейся на её хрупкие плечи ответственности.

— А где король?

— Что с королём?

— Пусть посмеет взглянуть нам в глаза! — со всех сторон окутавшей в объятия замок массы народа слышались выкрики. Люди скандировали по очереди, но всё это ощущалось как не прекращаемый хор остервеневших птиц, которые только и жаждали, когда им кинут маленькую крошку хлеба дабы наброситься на неё стаей.

— Король… — она замялась буквально на десять секунд, но этого хватило, чтобы поднять новую волну негодования и недовольства. Прочистив горло, наследница престола Муар уже более твёрдым голосом объявила:

— Наш король болен и сейчас не в состоянии решать государственные дела. За всё происходящее пока отвечаю я, дочь Мартина Говарда Муар — Ария Хэйзел Муар. Впредь, ответственность до разъяснения ситуации и выздоровления правителя лежит на мне! — масса, которая ещё минуту назад пылала яростью и несправедливостью вмиг замолкла, услышав о не здравии того, кто поднял их страну с колен и, наверное, даже постыдились своих намерений и произошедшего. Последнее слово оставалось за выступающей.

— Я постараюсь сделать всё, что в моих силах и отыскать лекарство от поглотившей нас беды, но сколько потребуется на то времени — мне неизвестно. Я не бросаю слова на ветер, так что прошу сохранять спокойствие! Нам небезразлична ваша судьба, поверьте… — уверенно развернувшись на пятках, Ария устремилась обратно в замок.

В эту секунду тишина обуяла весь остров, и даже вчерашнее разгневанное небо сейчас стало будто бы чище и звенело прозрачностью.

В нервных переживаниях от первого в её жизни и уже такого тягостного столкновения с жителями её острова, Ария поплелась к отцу осведомиться его состоянием. Навстречу вышла мать перекрывая путь к покоям отца. Её лицо походило на бледную заплесневелую поганку, которая оказалась сорвана неопытным грибником и теперь волочит своё ненужное бремя в сложившихся для неё обстоятельствах на самом дне корзины.

— Мам, как папа? Как ты? — ответа не последовало, вместо этого Мадлен крепко обняла дочь вжимая в себя, таким образом пытаясь приглушить образовавшуюся в груди боль. Разделить на двоих.

— Ария, я не