Легенда Изумрудного моря - Анфилада Юри

её хоть и не по крови, но брат. Их дружбе и сплочённости можно было позавидовать, так как в любых передрягах, происходящих в далёком детстве, юности и даже сейчас они равносильно инстинктивно прикрывали спины друг друга не требуя ничего взамен. Это была какая-то особая связь, никому не понятная, но нерушимая.

— Как ты догадался что я решила уйти?

— Ну, во-первых, продолжительное время пытаясь достучаться до тебя в спальне и убедившись, что ты там отсутствуешь, конечно нашёл твою записку. А во-вторых, у меня чуткий слух, да и у нас редко кто шуршит пакетами в ночи на кухне, так что задание провалено, миледи, — после этих слов гвардеец слегка замялся, но всё же не смотря в глаза сказал:

— Ладно, чёрт с тобой. Я согласен с твоими затеями, и, конечно, иду с тобою, хоть в огонь… да даже на дно моря. Я, честно, не верю, что это предание не является выдумкой, и думаю, что сейчас ты просто ступаешь на дорожку к собственной…

— Нет. — твёрдый как сталь меча ответ разрезал воздух диалога, — Это исключительно мой долг.

Погрузившись в мысли, она всё-таки объяснила: — Знаешь, мне, если говорить-таки откровенно, кажется, что есть какая-то связь в этом всём…

Мужчина удивлённо вскинул бровь.

— Я не думаю, что мою прапрабабушку некому было защищать. С учётом того, что она являлась на тот момент королевой, но всё же пошла на этот шаг совершенно одна. Хотя, по рассказам отца, это была очень умная и проницательная женщина и априори не делала никогда неверных выборов, ко всему — её правление оказалось более чем удачным. Поэтому… оставайся ты тут… защищай тех, кому сейчас особо необходима твоя сталь и прочность.

Принцесса вспомнила отца, который уже достаточно ослеп чтобы не иметь возможность лицезреть свою дочь, и теперь даже не услышит прощальные слова, которые она хотела бы передать с Йонгом для него. В мыслях возник образ матери, изнурённо несущей на себе сейчас не только дела всего королевства, но и тяжёлую ношу бесцельно-тягостного ожидания… Дядюшка, молящийся за здравие родного брата. Йонг, который ещё неделю назад заступил на службу, о которой так давно мечтал, и, наконец, пришёл к своей цели принципиально исключительно своими силами. Последними на ум пришли тысячи отчаявшихся жителей, в глазах которых застыла мольба о спасении…

Решительно направившись в сторону берега, девушка то и дело поднимала глаза вверх, к звёздному небу, чтобы не допустить потерю самообладания и не позволить появиться солёному бедствию. «Сейчас не время для сентиментов, Ария! Достигнешь цели — тогда хоть уревись, но исключительно от счастья!»

— Ария, доверься мне. Я не оставлю, не покину, защищу, лишь дай добро… — ответа не последовало.

Грести пришлось Йонгу, наследница трона весь путь провела не шелохнувшись, крепко цепляясь ладонями за борта судна.

«Ради отца. Ради народа. Ради отца. Ради…» — бесконечный поток однообразных мыслей и тщетные попытки к спокойному дыханию. Лишь только стоило судну слегка качнуться и выйти из стабильного положения, из грудной клетки Арии вырывалось сердце, в желании побежать прямо по воде обратно на берег, кровь, казалось, сейчас отлила от всего тела, отчего жутко морозило и прилила к глазам, выискивающим в темноте опасность.

— Йонг, кажется, там сзади тебя, поодаль какой-то силуэт движется прямо на нас! Ускорься, пожалуйста.

Среди всплесков воды от расчерчивающих водную гладь вёсел раздался ироничный смешок.

— Трусиха, успокойся, это просто тени от нас, луна отбрасывает свои блики на море, не бойся.

— Ладно… скорее бы уже… раз, и всё…

Увесистая луна огромной головкой сыра располагалась на середине усыпанного будто хлопьями звездного неба. Август являлся месяцем частых звездопадов, поэтому собираясь с духом двое молодых людей одновременно заметили падающую звезду. Каждый беззвучно загадал своё самое заветное желание. Лодка теперь лениво покачивалась на невесомых волнах без особого желания прибить безумцев к берегу. Мужчина не торопился и замер в ожидании, отгоняя мысли о том, что любуется этой красивой и отважной девушкой в последний раз…

— Пожалуйста, я не знаю каким способом, но передай отцу что я постараюсь успеть. Ну всё. Пока, мой братец-дурашка! Я быстро! Глазом не успеешь моргнуть!

Просчитав до пяти и встав во весь рост на лодке, принцесса приготовилась к прыжку в поглощающую её бездну. Тело бил озноб, наверное, сейчас она могла переплюнуть своей бледностью даже круглую ночную гостью звёздного неба. «Раз, два…»

— Ария Хэйзел Муар! — резкий крепкий тон вернул её в реальность, слегка отрезвляя от того, что её уже поджидало дальше и к чему готовилась девушка.

Воин аналогично встал на лодку ловя равновесие и до боли в грудной клетке сжал самого дорогого человека в его жизни…

— Что бы я не говорил до этого, знай, я просто волновался за тебя и пытался как-то оградить от твоих планов. Но всеми силами буду защищать тебя, и выгораживать перед родителями. Самое главное помни — что я верю в тебя, сестра… я знаю, ты перевернёшь не только сушу, но и море вверх дном!

Самый центр Изумрудного моря приветливо встретил новую гостью… но только в первые тридцать секунд погружения. Паника и страх сковывали тело, казалось, что ноги схватились судорогой, но всё же устремляясь всё ниже к пропасти вод, Ария на мгновение прекратила грести и обернулась в сторону обратного пути. «Ещё есть шанс вернуться…»

Лодка всё ещё стояла на месте, а фонарь брата теперь расплывался крохотным жёлтым пятнышком искажая рябь огонька. Толща воды всё теснее захватывала и обволакивала плоть, плыть уже не представлялось возможным. Пламечко потухло и пропал единственный ориентир для возвращения, но вместо этого едва различимая тень всё ближе и ближе направлялась в сторону погружаемой ко дну принцессы. «Йонг… зачем ты направился за мной, глупый…»

Взгляд становился всё мутнее, даже привиделось, будто к усердно плывущему к ней Йонгу прибились какие-то женские силуэты… «Ария, это верная смерть, безрассудство!» Темнота всё глубже затягивает меня в свои тиски, воздух в лёгких почти закончился… я не вижу ничего… глаза закрываются, а тело теперь не слушается, холодно…

Неизвестно какой промежуток времени я провела в состоянии забвения, так как погружаясь с каждой секундой на самое дно чувствовала, как сердце отбило последний удар, а далее… всё померкло…

Даже в бессвязном состоянии мысленно возникало чувство, что меня кто-то затягивает в воронку, будто бы с каждой секундой тело становилось всё невесомее, точно тряпочка, развивающаяся по воздуху и несущаяся с запредельной скоростью, но против ветра.

Глаза разлепить не удаётся, складывается впечатление, что они чем-то намеренно смазаны, и приходится ориентироваться