Легенда Изумрудного моря - Анфилада Юри

этот слуховой аппарат… отец всегда мог похвастаться превосходным слухом уловив взмах крыльев диких уток на охоте скорее, чем наши охотничьи псы… Неужели мои догадки оказываются верными?»

— Мартин, позволь мне? — не уступая супруге слово, король тихим, шелестящим голосом произнёс:

— Ария, доченька, ты моя надежда и луч всей моей жизни, — ушло около минуты, прежде чем тяжело прокашлявшись, он продолжил:

— Гиллерию, как ты уже поняла, два месяца назад захватила ужаснейшая хворь. Странное совпадение, но именно в твой день рождения погибли первые двадцать человек, всё это время я созывал местных лекарей, искал помощи не только на нашем острове, но и в соседних государствах. Везде разводят руками, и, к сожалению, но скорее к счастью — по какой-то причине эта болезнь не распространяется и будто наказанием следует только за нашим народом. За всё время нам не удалось добыть никаких лекарств или вывести средство, которое хотя бы на время облегчало бы состояние. Сперва, как ты могла заметить, хворь настигает органы слуха, далее поражает зрение, последней стадией страдает гортань и органы дыхательной системы. Наши работники медицины окрестили эту погань как три обезьяны.[2] В чём провинился наш народ, кто подсунул нам гадость срубающую добрых и порядочных людей — неясно, — седовласый мужчина только сейчас тяжело приоткрыл веки, дабы взглянуть на тех, кто рядом.

— Мой слуховой аппарат теперь с трудом справляется, слух ослабляется ежечасно, и, боюсь, в скором времени я перестану видеть, а далее говорить. Подойдёт к концу срок моей жизни.

Тихие всхлипы королевы, принцессы, брата короля и верного гвардейца наполнили комнату слезами и отчаянием, никто не смел нарушать речь старика.

— Дочь, будь прочна духом и оставайся такой же мужественной, ведь трон по праву твой. Единственная моя просьба к тебе — отыщи лекарство, ведь строго говоря — не может быть такого, что есть яд, но не существует противоядия! И хотя это должно было случиться позже, но всё же я со спокойной душой передаю народ после своей кончины в твои руки, — седовласый мужчина вновь принялся кашлять, слепо водя глазами по сторонам в поисках помощи. Мадлен подала салфетку которой король воспользовался, после чего она окрасилась в красный цвет. Завидев это, королева перехватила бумажный свёрток крепко затаивая в кулаке, но всё же окружающие успели заметить неприятную деталь.

— Прошу всех оставить нас наедине, благодарим за всевозможную помощь, — супруга продолжала держать мужа за руку и не оборачиваясь прошептала:

— Йонг, будь добр, задержись, у короля, насколько мне известно, для тебя есть поручение.

Едва Ария Муар и Джим Муар вышли за порог спальни, а за их спинами раздался щелчок двери, как родной брат отца подтянул её крепко за локоть ближе и повёл принцессу за высокие и плотные портьеры.

— Значит так, племянница, отца ты слышала. Он желает, что бы ты нашла лекарство, а у меня в свою очередь есть некоторые задумки, так как отпустить своего старшего брата так легко на тот свет — я не согласен, и если ты готова услышать вариант разрешения проблемы, то жду тебя в полночь в моих покоях, постарайся пробраться через охрану тихо.

Резко, но при этом неслышно отдёрнув портьеру, полный мужчина посеменил вперёд и скрылся в коридорах замка. «К чему такая таинственность, разве у нас в такой непростой ситуации могут быть недоброжелатели, от которых стоит скрываться? Беда же должна объединять людей… или ответ является столь секретным? В любом случае — дядюшка плохого не посоветует, и стоит выслушать его предложение, решение проблемы обязательно должно существовать, ведь даже самый запутанный лабиринт — поддастся и явит тебе выход, если проявить должную смелость и напористость!»

Время тянулось неумолимо протяжно, ей хотелось поскорее выпорхнуть бражником[3] в окно, чтобы уже начинать действовать, составлять план, а на крайний случай и нестись вперёд, ведь в данном положении дел — счёт шёл на минуты. Наконец, старинные часы боем ознаменовали окончание этого дня, а значит — час пробил, пора.

Дабы оказаться незамеченной, вовремя пришлись на руку навыки скалолазания. Накинув на себя тёмно-зелёный плащ, наследница престола спустившись с балкона стала карабкаться, добираясь до устойчивого карниза, а далее изловчившись спустилась вниз, запрыгнув в открытое окно гостиной на первом этаже. Сноровка и юркость позволили легко преодолеть препятствия в виде щекочущего лодыжки плюща, пробирающегося под платье и интересующихся птиц, недоумённо взирающих на сию картину обсуждая между собой увиденное. Кошачьим шагом ступая босыми ногами по холодящему ступни мраморному полу, девушка добралась до места встречи. Два приглушённых стука в дверь и один звонкий известили хозяина покоев о прибытии племянницы. Ответом послужила безмолвно распахнулась дверь, после чего молодая леди вошла в искусную комнату иссиня-фиолетовых тонов.

— Выкладывайте, — Ария Муар присела на кресло потирая пораненные в процессе вылазки ноги, — Завтра сообщу ответственным за уборку дома, чтобы принялись очищать фасад здания, даже по замку покарабкаться невозможно. Ноги такие грязные, точно на ферме весь день картофель окучивала! — девушка по-детски восторженно посмеялась, ведь скорее всего эмоции подогревало небольшое ночное приключение, разбавляющее её строгую жизнь, но следом она вспомнила причину по которой сейчас находится тут и посерьёзнела.

— Слушай внимательно. Ещё когда мы с твоим отцом были юнцами, уже тогда существовало предание, что на глубинах нашего Изумрудного моря коротает свой век морской дракон, кровь которого излечивает от абсолютно всех существующих болезней. Однажды, одной женщине уже удавалось отыскать местонахождение дракона и спуститься на самое дно вод, и не только спуститься, но и выкарабкаться из лап чудовища принеся нашему народу драконью кровь. В те времена бушевала холера, но это чудодейственное средство поднимало с постели даже тех, кого лекари обходили мимо, не давая даже минимальных шансов на спасение. Благодаря этой отважной женщине мы с тобою живы сейчас, её звали Хиллари Эйт Муар.

До того не сильно вдававшаяся в подробности девушка резко подняла брови, взгляд стал заинтересованным:

— Получается, это моя прапрабабушка?

— Всё так, дитя. — дядюшка душевно улыбнулся верным познаниям племянницы о своих корнях.

— Народ Гиллерии не знал о болезнях, даже что такое кашель не вспоминал вот уже сто с лишним лет. По прошествии времени люди, желающие завладеть эдаким сокровищем позволяющим сколотить состояние добыв кровь и далее продав лекарям и компаниям для других стран — бесследно пропадали, щедрых подарков Изумрудное море больше не преподносило.

Ранее перед сном дядюшка частенько рассказывал маленькой Арии сказки, но в этот раз всё же внимательно выслушивая рассказ, она чётко отличила выдумку от приближённой к действительности притче. Сперва её серые глаза загорелись так, точно кузнец в сию секунду ковал