Я и мой мужчина. Так при чем тут папа? Как преодолеть влияние родителей, исцелить детские травмы и сохранить любовь - Жанна Оспанова

оберегал, прокладывал путь, был проводником в большой и неизвестный мир. В каком бы возрасте дочки ни случилось горе, потеря отца всегда связана с сильными переживаниями беспомощности и растерянности. Со смертью любящего родителя теряется часть идентичности дочери, вместе с этим утрачивается ощущение безопасности, защищенности, стабильности.

Впереди целая жизнь! Учеба и защита диплома, первая любовь, начало карьеры, свадьба с любимым мужчиной, первые слова дочери или сына. А папы нет! Больше не посмотрят на дочь любящие и горящие глаза. Папа не погладит по голове, не поддержит добрым словом, не выслушает. Конечно, это больно.

В таких случаях начинается долгий путь горевания, который не всегда возможен, если девочка теряет отца в детском или юношеском возрасте. Мама тоже может быть поглощена проживанием потери, другие родственники спешат развеселить или отвлечь девочку, тем самым тормозя естественный процесс горевания. Так живая часть души, связанная с воспоминаниями об отце, может оказаться как будто отделенной и замороженной. Здесь есть риск начать жить наполовину: уходит свобода, радость, беззаботность, доверие пространству. После потери отца что-то угасает и больше не излучает свет.

Теряя отца во взрослом возрасте, женщина тоже может избегать горевания. Особенности современного общества таковы, что нам сложно останавливаться, мы стремимся отвлекаться от негативных состояний, занимаем себя разными видами активности. Но горевание, проживание потери, проживание сложных эмоций – важная часть бытия. Если мы умеем выдерживать радость и грусть, счастье и горе, любовь и ненависть, мы чувствует себя целостными и по-настоящему живыми!

Потеря отца – серьезная инициация в жизни женщины. Избегая встречи с тяжелыми эмоциями, женщина может уходить в отношения, менять партнеров, искать в них то, чего так хотелось получить от папы. И здесь возникает опасность попасть в ловушку. На какое-то время мужчина с радостью превращается в проекцию отца, но рано или поздно для него это становится невыносимым, и он сбегает из отношений. Симптомы неблагополучия пары, разные проявления зависимости, измены, трудоголизм, психосоматические заболевания могут оказаться попыткой убежать от реальности. Мужчина не хочет быть отцом своей любимой женщины, но не в состоянии это сформулировать и объяснить. Вместо того, чтобы разобраться в проблемах, он ищет утешения в объятиях других женщин, на рыбалке, в тренажерном зале или в пьяной компании.

Легче ли переживается потеря отца, если он был холодным, отстраненным или агрессивным? Нет! Эмоциональная связь с родительскими фигурами настолько сильна, что потеря «плохого» родителя переживается не менее болезненно, чем утрата «хорошего».

Потеря равнодушного, обесценивающего, отстраненного родителя происходит гораздо раньше. Утрата мамы или папы – это не только про смерть. Французский психоаналитик Андре Грин описал феномен «мертвой матери». Это мать, присутствующая физически, осуществляющая уход за ребенком, но отсутствующая эмоционально. Думаю, такая ситуация может возникнуть не только в отношениях с матерью, но и с отцом.

Получается, с родителями существует несколько уровней взаимодействия. На поведенческом уровне отношения могут быть «как у всех»: регулярные поездки на море, отдых на даче, праздники в кругу друзей. А на эмоциональном уровне отец или мать не видят дочь. Присутствуя функционально, они требуют от нее такого же функционального взаимодействия. Для них дочь должна быть удобной, не доставлять хлопот, слушаться, хорошо учиться, вести себя ожидаемо и предсказуемо, быть под контролем. А все, что происходит с девочкой на эмоциональном уровне, родитель игнорирует. И это тоже потеря родителя, соизмеримая со смертью!

Когда нет связи на эмоциональном уровне, невозможно встретиться с теми, кто так важен, – с материнской и отцовской фигурами. Девочке, потом и женщине, не хватает поддержки, опоры, принятия, и это определяет в некоторой степени ее выбор партнера и сценарии отношений. Стремясь восполнить дефицит в отношениях с отцом, женщина ищет любящего, поддерживающего и заботливого заместителя папы. Находит ли? Всегда по-разному.

Как я стала папиной дочкой

Я не терплю насилия с детства. Любого. Помню один эпизод, когда я впервые столкнулась с эмоциональной агрессией в семье. Мне кажется, именно тот случай повлиял на всю мою жизнь.

Однажды я стала случайным свидетелем ссоры родителей. Было невыносимо слышать, как папа кричит на маму, а та истерит от беспомощности и неумения правильно выходить из подобных ситуаций. Никто не учит мужей и жен, как вести себя во время конфликтов, особенно когда возникает сильный стресс. В результате два взрослых человека не могли договориться без громких криков и попыток задеть словами побольнее. Мне тогда было всего пять лет! И я оказалась между двух огней, между двух одинаково значимых людей в моей детской жизни. Какими бы ни были родители, ребенок не может выбирать, кто важнее – папа или мама. Этот выбор раскалывает надвое целостную личность ребенка и наносит ему глубокую эмоциональную травму. Я не помню, как оказалась на спине у папы. Видимо, от отчаяния прыгнула на него, потому что хотела остановить ссору. Хотела, чтобы два моих самых любимых, самых важных человека примирились. Хотела защитить маму. Но она решила, что таким образом я встала на сторону отца. Как будто я сделала тогда свой выбор и предала ее.

Возможно, родители мне что-то говорили о том, что случилось, но я уже не помню деталей. С тех пор мы ту ссору не вспоминали. Однако именно после нее я часто слышала от мамы фразу «ты же папина дочка».

Я не выбирала папу! Мне передали эту информацию, а я приняла ее как данность. Получается, мне навязали убеждение, а я с ним согласилась. Я же ребенок! Как я могу не поверить маме?

Это решение родители приняли за меня. Папа и мама просто «поделили» меня без моего согласия. После ссоры я долгое время чувствовала вину. Как будто я действительно предала маму. В моем детском сознании возникло такое объяснение: папа плохой, мама хорошая, но я случайно оказалась на стороне папы и теперь должна искупить свою вину.

На следующий вечер после ужина в раковине накопилось много посуды. Мама была расстроена и эмоционально холодна. Видимо, у нее не осталось сил на то, чтобы заниматься хозяйством. И тогда я, пятилетний ребенок, начала мыть посуду. Помню, мама меня похвалила, а папы в тот вечер дома не было.

Дело не в том, что я хотела навести порядок. Это было не про помощь по хозяйству, а про мир в семье! Я хотела уладить то, с чем не смогли справиться два взрослых человека, мужчина и женщина. Такая эмоциональная ноша была мне не по силам. Но разве это способен понять маленький ребенок, который только что стал участником тяжелой семейной драмы? Дети действуют