Лекарство от зла - Мария Станкова

Плохо слышно. Мыло затекло в уши. Но мерзавец и вправду принес мне щенка. Гаденыш, который с пятого этажа выбросил моего кота, принес мне собаку, чтобы повесить ее над моей кроватью? Нет. Он уже никого не сможет повесить. Мертвецы не могут никого мучить. Мертвецы безопасны.

Неподвижная часть меня, залитая пеной, выскочила из ванной. Он и вправду принес мне собаку. Симпатичную. Только бы он не оставил ее на полу в кухне. Но он именно так и делает. Я слышу свой голос, объясняющий, что животное надо искупать. Глаза зудят от мыла и непредвиденной ситуации. Я начинаю дрожать. Собачка скулит у меня на руках. Я впадаю в истерику. Вдруг он понимает, что не может увидеть мое грузное тело. Благодарю, тебя, Господи! Мы с собачкой шмыгнули в спасительную ванную. Я встаю под душ и смываю с себя мыло. Много воды! Много живой воды! Огромное облегчение. Собачка испугана до смерти. И я — тоже. Ванная комната вся в белой плитке, как в больнице. Я слышу, что он что-то кричит из кухни о салате, о моей матери, обо всем моем роде, и на меня нападает истерический смех. Я не могу выключить душ. Я сейчас задохнусь от смеха. Зовет меня. Приказывает мне явиться. У меня от смеха текут слезы. Спрашивает о чем-то. Я мучительно отвечаю. Он спрашивает, где ракия. Я не могу ответить. Я смотрю сквозь небольшое окошко в кухонной двери. С меня стекает теплая вода. Нет, это щенок написал у моих ног. Продолжает ругаться. Подошел к холодильнику. Я не могу смотреть на это! Мое сердце сейчас разорвется. Мой мозг сжался и в голове образовалось слишком много свободного места. Что-то стучит внутри. Протягивает руку. Я сейчас войду… Не-е-е-ет!

Я хочу закричать, но мой голос — в ванной комнате и стоит под душем. Я знаю, что сегодня он не придет. Я все видела!

Надо отключить пробки!

Я все видела!

Надо снять проводки с контакта!

Я не могу перейти через это тело!

Я видела. Я сейчас упаду в обморок. Нужно спешить. Темнеет.

А если он схватит меня за ногу, когда я переступлю через него? Он подлый. Может быть, он притворяется мертвым… Может быть, ток на него не действует? А если он вскочит и засмеется мне в лицо? И эта собака не перестает скулить…

Господи, что я сделала, Господи!

Надо открыть раковину!

Мамочка, Таня, Цанка, что это… Разве я этого хотела?.. Вставай, глупенький, это было шутливое наказание… Я не хотела, чтобы ты стал таким… выгнутым, как высоковольтный провод на полу… На руках у него появились красные бабочки… Куда деть провода?..

Я выброшу эту собаку. Быстро! Что я говорила? Провода — к проводам. Пробки, лампы. На помощь! Мой голос застыл перед зеркалом в ванной комнате и спрятался. Я бросаюсь к входной двери и… Она открыта!

НА ПОМОЩЬ!

Одна голова

— Хочешь, убежим?

— Куда?

— Куда глаза глядят.

— Давай.

Я хочу убежать. Из дома, похожего на тысячи домов. Здесь ходят чужие люди, знакомые люди, близкие люди, собачонка бегает между ногами бродящих туда-сюда. Я сижу. Разные люди спрашивают меня об одном и том же. Но мой голос в ванной комнате и не хочет выходить оттуда. Я открываю рот, но не могу объяснить, как это глупо, когда твой голос оставляет тебя в такую минуту. В прихожей кто-то говорит одновременно несколькими голосами. Счастливый. Соседка с котлетами на ужин говорит, что он каждый вечер бил меня. Она не выдержала. Кто-то спрашивает, откуда она знает, что он бил меня. Знает. Слышала, как я билась о стены и мебель. Ее муж снова жует. Хорошо, что у них нет детей. Соседка с другого этажа говорит, что мы жили счастливо. Она никогда не слышала криков. Он даже ходил по магазинам, выбивал ковры, носил вещи в химчистку. Забитый рот начинает кричать, что я постоянно ходила в синяках и что совсем необязательно кричать. По кухне ходят санитары. Наверное, они заберут тело. Наконец-то заберут это тело. Оно выглядит лишним. Кто будет носить вещи в химчистку? Это тело просто не сможет этого сделать…

Наступили на собаку. Бедное животное. Оно попало в неподходящее время и в неподходящее место. Я назову его Боги. Звучит дружелюбно и вызывает доверие. Интересно, моя мама придет? Я ясно сказала, чтобы никто не приходил. Я прошипела это. У двери продолжают говорить о грохоте в моей квартире. Кто-то сказал, что он был игрок. Кто-то другой — что скульптор. Вот так. Когда у человека есть голос, он говорит глупости. Я сижу, курю и знаю, что он просто БЫЛ. Теперь его нет. Соседи… Кто-то воет на лестнице. Его мать.

— Хочешь, убежим?

— Куда?

— Куда глаза глядят…

Я хочу уйти, все равно в каком направлении. Не буду гадать — куда, не дам выбирать судьбе. Убегу в себя. Это самое надежное место, которое я знаю. Но дверь буду держать открытой. Соседи не