Лекарство от зла - Мария Станкова

Так много глаз! Целый отряд погибших партизан с черными глазами без зрачков. Вот сейчас все они с треском распахнутся, стекла вокруг меня разобьются и произнесут приговор. Он будет не в мою пользу. Я знаю это.

Эй, иди поспи еще часок! Еще темно, а ты уже кинулась в школу… Вот так на… Голос и бормотание «тетечки». Как только слышу этот голос, сразу чувствую запах хлорки и туалета. Все встало на свои места. Я чувствую себя глупо, но довольна. По дороге домой я качаю сумку вперед и назад, держа ее за одну ручку и подталкивая ее ногой. Тупо улыбаюсь. Не одинока.

Не брошена. Не потерялась. Просто перепутала время. Только человек, хорошо знакомый со страхом, знает — что такое облегчение. Я возвращаюсь домой, даже не садясь в лифт, как обычно. Родные меня не замечают. Они не поймут, что произошло. С тех пор как родился мой брат, они меня не понимают. Я выхожу на балкон. Город все тот же. Темнота уходит, и жизнь продолжает быть прекрасным местом. Только для меня.

Теперь я могу двинуть одной ногой. Желудок перестал вливать желудочный сок прямо мне в горло. Теперь меня не тошнит.

Когда у меня что-то не получается, то я обычно выхожу из себя и смотрю со стороны. Так я и сделала. Выгляжу очень жалко. Толкаю себя в спину и направляюсь к розетке. Встаю у раковины и напрягаюсь. Вижу, как запихиваю провода, свободный конец накручиваю вокруг медной трубочки в холодильнике. Знаю, что пробки отключены, но, несмотря на это, продолжаю трепетать и дрожать. Со стороны я так себе противна, что хочется дать себе пинка. С моих рук капает вода, нижняя челюсть трясется. Я вообще не похожа на убийцу. Я опять со всех сторон жертва. Когда уже все это кончится?

Нужно пойти в душ, включить воду и облиться шампунем, чтобы страх не был так заметен. И чтобы он не заметил меня по запаху. В последний раз оглядываю кухню. Стол убран. Ракия — в холодильнике. Раковина закрыта, пол на кухне мокрый. Ручка холодильника влажно блестит.

Я включаю пробки и иду под душ. Может, сейчас уже шесть часов. Может быть, уже вечер и мне не мешает то, что я заперта. Наступило мое время. Оно никуда не спешит. Стоит и ждет у холодильника-приманки. Впервые за три года меня не будет у двери, когда зло вернется с работы. Оно не ударит меня до того, как снимет пальто. Меня не будет там, когда оно откроет холодильник, и я не увижу, как электричество перейдет из одного тела в другое. Я не увижу ужаса в глазах. Не услышу, закричит ли оно, будет ли просить о милосердии. Может быть, даже заплачет? Будет ли у него время испугаться? Эх, я упущу столько всего, но зато я выживу. Может быть, все-таки посмотреть? Нет. Иногда кажется, что упускаешь что-то особенное во имя чего-то другого, еще более особенного. Я думаю, что быть свободным — это и есть что-то особенное. Забыла. Надо вспомнить.

Вода течет по телу и согревает меня. Я обожаю теплую воду, она такая мягкая и ласковая. Любое место, к которому она прикасается, оживает. В сказках теплую воду называют живой. Это так. Идешь за девять гор, доходишь до десятой, проходишь через девять царств, приходишь в десятое и только в самом конце сказки — родник с теплой водой. Окунаешься в него — и сразу же становится легче. И тебе уже — ни до змеи, ни до принцессы… В общем — выздоравливаешь. И тогда задаешь себе вопрос: «И что это я, черт возьми, делаю в этой сказке?»

Глоток теплой воды, и часы отбивают точное время. В любую минуту ключ в замке повернется и события потекут, как вода. Ток тоже течет, как вода, но только нужно сначала включить его в сеть. Электрик сказал, что большинство людей не понимали, что умерли от удара током. Но я ему не особенно верю. Он-то живой. Я намыливаюсь уже десятый раз. Вечером спина будет болеть и кожа будет содрана, но кто это увидит. Некоторые вообще не чувствуют свою кожу. Шутка.

Я разозлилась. Неужели меня будут расспрашивать? Обязательно будут расспрашивать, но я умею безошибочно врать. Кроме всего прочего, я помню, что врала. Он меня заставил…

Я разрешаю своему телу выйти из ванной и проверить все в последний раз. Оно уверено, что все в порядке. Я верю ему. Оно очень наблюдательно. Господи, до каких пор я буду мокнуть в этой ванной? Скоро закончится шампунь. Вернулись соседи, всегда возвращаются в это время. Они вместе работают. Целыми сутками быть вместе. Ужас! Прямо перед дверью она говорит о том, что будет готовить на ужин. Мне кажется, они едят непрерывно. По крайней мере, он постоянно жует. У них нет детей, но не поэтому. Просто они, как все. Если бы у них были дети, то они жевали бы беспрестанно. Лифт остановился на нашем этаже. Ключ поворачивается в замке. Сейчас он откроет дверь! Еще шампунь. Вдруг у меня выпадут все волосы? ШАМПУНЬ! Побольше пены, быстро! Пена! От пены ничего не видно. Слышу.

— Сучка неблагодарная, ты почему не на месте? Почему не встречаешь хозяина? Я принес тебе щенка…