Огненный отбор - Мария Метельская

– Ваша Светлость, – всё же решилась я, приостановившись на пороге. Совесть взяла своё. – Спасибо вам за смотрителя Коннела… И за плечо.

Не дождавшись ответа, я вышла из кабинета, с досадой понимая, что шутки закончились. Если пытающийся меня подставить менталист и кошмары с участием духов как-то связаны, ничего хорошего впереди не намечается.

Но самое страшное в этой истории то, что новоиспечённый преступник определённо находится во дворце. И у меня нет ни малейшего предположения о том, кто это может быть.

Глава 20

Утром настроение было скверное. Голова гудела то ли после выпитого вина, то ли после вчерашних событий. Достаточно и того факта, что она просто гудела.

Я совсем запуталась с этой менталистикой, с духами… и с Рейнардом. Советник после всего произошедшего упрямо не шёл у меня из головы.

Может, его переменчивое настроение тоже связано с внушением? Только вот он же сам сказал, что была всего лишь попытка. Да и вряд ли дракона с таким сильным даром можно просто так околдовать. По крайней мере, я очень на это надеюсь.

– Ливи, ты как? – спросила Мириэль, протягивая голубенькую настойку.

«От головной боли», – догадалась я и благодарно улыбнулась.

– Бывало и лучше.

– Почему ты вообще ушла так быстро? Даже не объяснила ничего и одних нас оставила! – возмутилась принцесса. – Мы стучались к тебе, но ты не открывала.

Значит, они не знают про Освальда. Рейнард, вероятно, позаботился о том, чтобы его криков не было слышно и в коридоре в момент наказания никто не появился.

У меня будто гора с плеч свалилась.

– Мне стало нехорошо. Недосып, вино… В общем, я просто крепко уснула и, наверно, не услышала вас.

Вру и не краснею. Выдайте мне награду за актёрское мастерство наконец.

– Бедная, – Астарта погладила меня по руке и посочувствовала: – Как раз когда духи появились. Жаль, не успела увидеть их.

– Они показались? В материальной форме? – нетерпеливо спросила я.

– Тот красный дым на балу – это и есть они. Их истинное обличье могут видеть только императорские наследники, а нам духи показываются в виде красного тумана, символизируя огненные сущности. И, кстати, приходят они два раза в году: вчера был бал открытия, а в январе будет прощальный бал. Так что, может быть, тебе ещё удастся их увидеть.

Я выдавила улыбку, мысленно молясь о том, чтобы мне не удалось их увидеть никогда. Сомнительная радость.

– Духи преследуют какую-то определённую цель?

– Можно и так сказать. От них же зависит наша раса. – Астарта отставила фарфоровую чашку и повернулась ко мне. – Наша магия, наше наследие, прошлое и будущее связано с ними.

– Ну, насчёт прошлого мне понятно, – помедлила я. – А что с магией?

– Без духов она будет нестабильна, – ответила драконица, но, увидев наши непонимающие лица, сдержанно пояснила: – Вы же знаете, что невест для отборов выбирают драконы-прародители? И то, что они накапливают силы для этого? Всё не просто так. Победившая девушка после церемонии бракосочетания передаст половину сил от метки императору, потому что Его Величество обязан быть достаточно могущественным, чтобы удерживать власть и поддерживать баланс в Аргарионе. – Астарта на мгновение прервалась, о чём-то задумавшись. – Я вам не говорила раньше, но у нас, у драконов, есть источник магии. Огненный источник. Кроме императорских семей его никто и никогда не видел, но поговаривают, что именно в нём концентрируется сила духов. Но чтобы эта сила была под контролем и не случалось энергетических всплесков, император должен следить за процессом накопления. Только как это происходит, я не знаю. Что касается драконов, то у нас помимо наследственного дара есть ещё возможность быть одарёнными духами. Поэтому уже на протяжении нескольких тысяч лет устраиваются балы в их честь. И поверьте мне, на них желает попасть каждый житель империи, потому что получить благословение духов сродни чуду. Они могут не наделить тебя силой сразу после встречи, но зато твоим детям или потомкам достанется частичка их дара. Это, кстати, проявляется и в возможности менять ипостась. В общем, у нас всё очень сложно, – Астарта хмыкнула. – На самом деле я до сих пор не могу понять, что собой представляют духи прародителей… Но мне кажется, все их секреты известны только наследникам.

Я впечатлилась. Да и Мириэль с Катрионой притихли. У людей нет никаких источников, никаких духов, только Всевышний – бог, который, по легендам, создал нашу расу. У эльфов, полагаю, что-то похожее. Даже не думала, что у драконов всё настолько замудрёно.

– Интере-е-есно. А ты знаешь что-нибудь про императора? – полюбопытствовала Катриона и с горящими глазами быстро подсела к драконице поближе. – Чем увлекается? Интересы? Что предпочитает?

Мириэль тихо хихикнула в кулачок, покачав головой, и подмигнула мне.

Кажется, амбиции у нашей принцессы растут с каждым днём. Готова поспорить, в мечтах она уже не раз примеряла диадему императрицы.

– Только то, что он рано взошёл на престол, – драконица сдержанно улыбнулась.

– Я заметила, что ваш император какой-то пассивный: и к отбору, и вообще ко всему, – вставила я и словила возмущённый взгляд принцессы.

– Ты просто с ним не общалась!

– Я думаю, Ливи права, – прервала её Астарта. – Его Величество пассивен к отбору, но, мне кажется, это из-за того, что он ещё не готов к женитьбе.

– Зачем тогда он его устроил? – спросила я. По-моему, мы об этом уже когда-то говорили.

– Ему нужно утвердиться на троне. Удержать власть. Его Величество Бертранд Оторе рано потерял своих родителей из-за дворцового переворота, одного из немногих за всю историю Аргариона, который закончился печально. – Астарта посмотрела в окно и ударилась в воспоминания. – О нём стараются не говорить, но ходит много слухов, что некто пытался заполучить силу духов и даже сам огненный источник. Император с императрицей погибли, погиб их двоюродный брат, сестра, дядя… Преступник жестоко убил почти всю императорскую семью, но его так и не нашли. Чудом удалось выжить только Бертранду и Рейнарду, – грустно сказала драконица. – Мне родители рассказывали, что прошлый император, отец Бертранда, был хорошим правителем. Мудрым, умным. А после его смерти власть перешла герцогу Эстанвилю. Он стал регентом Бертранда,