Последний Хранитель Империи – 3 - Сергей Леонидович Орлов

class="p1">— Мы не убийцы, — отрезал я твердо, встречая его взгляд. — Я не стану марать руки кровью беспомощных людей, которые просто выполняли свой долг. И тебе не позволю.

— Остановись! — неожиданно вмешался Фазиль, его голос звучал тише обычного, но пронизывал до костей. — Пролитие крови в тени Храма Первоначальной Магии… это непростительная ошибка.

Мы синхронно повернулись в сторону старика-джина.

— Смерть вблизи темницы джиннов — как колокольный звон для спящих, — продолжил он, делая шаг вперед. — Вы не понимаете, но каждая капля крови, пролитая здесь, питает их ярость. Тысячелетия заточения сделали их невероятно чувствительными к эманациям насилия. Вы хотите пробудить их гнев раньше времени?

По спине пробежал холодок. Даже Филя, казалось, был впечатлен — кинжал в его руке опустился.

— Вот дерьмо, — пробормотал он. — Об этом ты мог бы предупредить и раньше.

— Если каждое убийство усиливает джиннов… — шикнула Рита, но по её лицу тоже пробежала тень тревоги.

— То они давно должны были вырваться, учитывая, сколько крови пролито в этих землях, — закончил я её мысль.

— Есть разница между смертью в бою вдали от Храма и хладнокровным убийством прямо у порога темницы, — пояснил Фазиль. — Первое для них как дальний шепот, второе — как крик прямо в ухо.

Я разжал пальцы, освобождая запястье Фили. Он помедлил секунду, словно взвешивая слова джинна, затем с видимой неохотой вложил кинжал в ножны.

— Хорошо, — сказал я с облегчением. — Значит, решено. Никаких убийств возле Храма.

— Надеюсь, ты прав, — буркнул Филя, окидывая патрульных мрачным взглядом. — Но если эти «милосердные» решения нас погубят…

— То ты первым скажешь «я же говорил», — закончил я за него с кривой усмешкой. — Но сейчас у нас мало времени. Работаем быстро.

За считанные минуты мы скрутили всех семерых патрульных, используя их же поясные ремни и обрывки ткани для кляпов. Стражники были основательно оглушены, но живы — их грудные клетки размеренно поднимались и опускались.

— Куда их теперь? — спросил Серый, закончив вязать узлы на последнем патрульном. Его зеленоватое свечение Покрова Ящера придавало сцене зловещий оттенок, превращая застывшие фигуры пленников в причудливые скульптуры.

— Можно туда, — Зара указала на узкую расщелину в скале, почти незаметную в вечерних тенях.

Мы затащили бессознательные тела в природное укрытие, достаточно просторное, чтобы они не задохнулись, но защищенное от палящего солнца.

— Когда закончим ритуал, вернемся и освободим их, — я проверил узлы на командире. — Они проспят еще несколько часов, а потом им предстоит долгий путь домой.

— Если, конечно, мы выживем, — пробормотал Филя, но достаточно тихо, чтобы сделать вид, будто я не расслышал.

— Чем быстрее закончим, тем меньше шансов, что нас хватятся, — заметила Рита, отряхивая руки от песка. — У их командира ведь нет обычая докладываться каждый час?

— Нет, — покачала головой Зара. — Патрули отчитываются только по возвращении в лагерь, если не случается ничего экстраординарного. Но всё равно к утру их точно начнут искать.

— Значит, нам нужно успеть закончить ритуал до рассвета, — я обернулся к тёмному силуэту Храма, чей потрескавшийся купол зловеще выделялся на фоне грозового неба. — Фазиль, сколько времени займёт ритуал?

— Сложно сказать, — пожилой бедуин покачал головой. — Зависит от того, насколько глубоко придётся погружаться в магию печати. Час, возможно два.

— Тогда не будем терять ни минуты, — я решительно зашагал к древнему сооружению.

С каждым шагом медальон-татуировка на моей груди пульсировал всё сильнее, словно пытался вырваться из-под кожи. Ощущение было такое, будто внутри меня бьётся второе сердце — древнее, чужое, пробуждающееся от тысячелетнего сна. Воздух вокруг храма казался густым, как мёд, наполненным невидимыми частицами силы, которые липли к коже и заставляли волосы на затылке вставать дыбом.

Мы остановились перед частично заваленным входом. Песок и камни, десятилетиями преграждавшие путь внутрь, внезапно задрожали и начали осыпаться сами по себе, словно сметаемые невидимой рукой. А древние символы на обветшалом каменном обрамлении входа засветились тусклым голубым светом в такт с пульсацией моего медальона.

— Он узнал тебя, — прошептал Фазиль, его глаза расширились от смеси страха и благоговения. — Храм признал истинного носителя Покрова Зверя.

Глава 14

Алтарь и неудачная шутка

Внутри было темно, но не абсолютно — из глубины Храма исходило слабое голубоватое свечение, похожее на отблески водной поверхности на стенах пещеры. Фазиль вошел первым, за ним Зара, затем я и остальные.

Воздух внутри был… странным. Не затхлым, как можно было ожидать от древнего закрытого помещения, а свежим и даже немного бодрящим, словно насыщенным озоном после грозы. Он покалывал кожу, наполнял лёгкие энергией.

Мы оказались в круглом зале с высоким куполообразным потолком. По периметру располагались колонны, на каждой из которых были выбиты символы, светящиеся изнутри. В центре зала находился… не алтарь, а нечто, напоминающее круглый бассейн диаметром метров десять. Но вместо воды в нём клубился странный дымчатый свет, похожий на застывшее северное сияние.

— Что это? — спросил я, указывая на круглый бассейн с клубящейся светящейся субстанцией.

— Пограничный узел магических потоков, — ответил Фазиль, его голос дрожал от волнения. — Хотя Аравийский полуостров географически относится к Азии, в магическом смысле он всегда был особенным местом — мостом между континентами. Через эту точку проходят силовые линии сразу из двух континентальных сетей: три линии из африканской системы храмов и две — из азиатской.

Я присмотрелся внимательнее. В центре бассейна парил тёмный объект, окружённый ореолом пульсирующего света — чёрный камень, похожий на обсидиан, но с металлическим блеском. Его поверхность была покрыта символами, которые непрерывно меняли форму, словно живые существа.

— А это? — я указал на чёрный камень.

— Главная печать темницы джиннов, — пояснил Фазиль. — Именно это перекрестье континентальных потоков сделало храм идеальным местом для неё. Другие храмы содержат лишь вспомогательные узлы системы, а этот — её сердце, соединяющее два мира.

— Это то, что удерживает джиннов в заточении? — спросил Филя, наклоняясь над бассейном, но не решаясь коснуться светящейся субстанции.

— Да, — кивнул Фазиль. — Тысячи могущественных созданий, некогда правивших стихиями, теперь заключены в этой тюрьме.

Филя нервно хмыкнул, оглядывая чёрный камень.

— Отличная система безопасности! Тысячелетние обезумевшие джинны, способные стереть континент в порошок, удерживаются обветшалым камушком в полуразрушенном храме. И ключ от этой тюрьмы мы носим в кармане. А я-то думал, что хранилище самогона у моего дядьки в деревне плохо защищено.

Фазиль застыл, а его лицо исказилось от неожиданной боли, словно шутка Фили пронзила его физически. Даже в человеческом обличье он на мгновение словно растерял свою материальность — стал полупрозрачным, сквозь его фигуру просвечивали колонны позади.

— Не смейся над тем, чего не понимаешь, Орлиный маг, — произнёс он с