Сказание второе: Плач Волка (СИ) - Алина Белова

Эвлин усмехнулась, заметив, как позеленел Ювиан. Кажется, ещё никто не делал подобных комплиментов тому человеку, что строил этот прекрасный замок. Каменная плитка на полу действительно была чудесна - чёрная, блестящая, в целом создававшая невероятную картину сражения сов с огромными отвратительными псами. Было бы жалко запачкать такую красоту кровью.

- Вы требуете от Гарсанов, чтобы они служили Алаку. Нет, нашему императору, - Юкарл вовремя поправил себя.

- Именно так, мой дорогой друг.

- Но Алак не прямой потомок Аэгона. Марвин Таодан не родился от союза Аэгона Ворона и принцессы Лань из рода Питонов. Ваш муж и сыновья - потомки побочной ветви.

Эвлин приглушённо зашипела, недовольная тем, что Ювиан пытается найти отговорки, которые позволили бы ему оправдать поведение Орлов.

- Вот именно, светлейший князь. Аэгон Ворон не оставил после себя потомков, ни законных, ни бастардов, а по законам Империи жена не имела права наследовать состояние мужа, его земли и его титул, - княгиня посчитала нужным уточнить это на случай, если Юкарл попытается назвать Питонов более законными наследниками вороньего трона. - Но это неважно: принцесса Лань мертва, и была убита раньше своего мужа. У Аэгона не было братьев, поэтому его титул должен был перейти к его младшей сестре, Ладель.

- Светлейшая княгиня Ладель отказалась от прав на престол после смерти своего брата, - голос Совы прозвучал настолько резко, что на мгновение Эвлин задрожала и почувствовала, как к горлу подступил комок.

- Ложь.

Её слово эхом пронеслось по залу, и Юкарл изумлённо посмотрел на воронью княгиню. Женщина лишь усмехнулась, складывая руки на груди. Именно этого эффекта она и пыталась добиться. Никто прежде не смел опровергать тот факт, что Ладель Таодан собственной рукой подписала документ, согласно которому все права на престол переходят человеку, которого князья выберут сами. В эту жалкую ложь верили все, родившиеся в эпоху Раздробленных княжеств, но не Эвлин. Она была одной из тех, кого в шутку называли "Ищейками" - добывала информацию, оценивала ситуацию, подбирала подходящий момент, чтобы раскрыть свои карты и воспользоваться козырями. И один из таких моментов настал.

- Я не понимаю, о чём вы, княгиня, - искренне удивился Ювиан и вздрогнул, когда Эвлин бросила на его половину стола стопку перевязанных верёвкой листов, потёртых от времени, но всё равно достаточно сохранившихся для того, чтобы их можно было прочитать. Когда князь Сов взял в руки одну из бумаг, Ворона откинулась на спинку своего кресла и усмехнулась:

- Ладель Таодан было всего девять, когда Аэгон умер. После смерти Эньяра император подозревал, что восстание Корсаков остановить не получится, потому написал этот документ. Это последний приказ Ворона, прозванный служителями Великой Библиотеки "Силой совершеннолетия". Согласно ему, все документы, которые подписывала Ладель до своего шестнадцатилетия, не имеют никакой силы и являются, по сути, обыкновенными бумажками, которыми наследник Ловарсов может подтираться в отхожем месте, если ему заблагорассудится. Таким образом, Ладель Таодан была, есть и будет законной наследницей Аэгона, а значит и её внук имеет полное право занимать вороний трон.

Ювиан изумлённо осматривал разложенные перед ним бумаги. Лицо совиного князя побледнело - он, кажется, просто не мог поверить в то, что только что услышал. Слова Эвлин означали, что всё это время Ловарсов были узурпаторами, а истинная власть принадлежала Марвину Таодану.

- Все эти бумаги... - шёпотом произнёс Юкарл и поднял на Ворону изумлённый взгляд. - Если они настоящие, то почему бы вам не показать их Гарсанам? Они убедятся, что Алак законный император, и непременно выступят на...

- Не выступят, - Эвлин резко прервала его. - Потому что именно Гарсаны пятьдесят семь лет назад заставили девятилетнюю Ладель отречься от престола. Орлы понимают только силу, склоняют головы только перед мечом. Если какие-то глупцы считают себя умнее других - кто-то должен поставить их на место.

Юкарл внимательно смотрел на Эвлин. Она прекрасно понимала, почему князь так медлит. Если бы вместо Вороны здесь сидел Марвин, то Ювиан без промедления согласился бы помочь ему, отдал пару сотен лучших мечей и сам отправился бы подавлять восстание Гарсанов. Но перед ним была Эвлин Таодан, бывшая Тельмари, и совиный князь не доверял ей. Он, как и многие другие, постоянно ожидал от неё предательства. Ему нужно было что-то, что позволило бы с уверенностью сказать, что Ворона не ударит ему в спину.

- Я понимаю ваши сомнения, - кивнула Эвлин. - Потому предлагаю вам заключить сделку. Мой младший сын, Юанн, наследует Апрак следом за своим братом. У вас есть две девочки, подходящие ему по возрасту. Брак сделал бы вас ближе к императорской семье, это сильно подняло бы статус Юкарлов среди других князей. Уверена, вы стали бы даже более влиятельны, чем Гвайры.

В глазах Ювиана промелькнул странный огонёк - его заинтересовало предложение вороньей княгини. Впрочем, он всё ещё не доверял ей, это было видно по тому, как мужчина сжимал в руках ножку бокала и слегка постукивал мысками ботинок по полу. Эвлин с радостью бы взяла младшего сына Юкарла пажом в Апрак, научила бы его морскому ремеслу, показала бы множество интересных мест. Мальчишка быстро подружился бы с Юанном. Но Ювиан не станет отправлять своего единственного оставшегося в живых сына в тайное логово Шакалов, как называли Вороний утёс после смерти Марвина Таодана. Но был и другой вариант, который непременно должен был понравиться Совам.

- Ваш сын мечтает встретиться с императором, не так ли? - Эвлин решила действовать по-другому.

- О, он каждый день просит мне рассказать ему историю о могучих вранах, что когда-то летали в небе прямо над нашими головами и хранили мир во всём Сангенуме, - Ювиан расплылся в тёплой искренней улыбке впервые за весь вечер. Эвлин была удивлена этому, но вида не подала и коротко кивнула головой.

- Я могла бы устроить вашего сына пажом или оруженосцем к Алаку. Вы можете быть уверены, что с мальчиком ничего не случится. За ним будут хорошо присматривать. А он в будущем будет рассказывать всем, что был личным слугой самого императора и видел врана на расстоянии вытянутой руки.

Ювиан вздрогнул и удивлённо посмотрел на Эвлин. Отправлять мальчика на передовую к императору было слишком опасно, но совиный князь понимал, что другого шанса может больше не представиться. Ещё никогда прежде Юкарлы не были столь близки в отношениях с императорской семьёй. Эвлин прекрасно знала, что Ювиан не откажется от подобного предложения. И оказалась права.

Совиный князь, поднявшись из-за стола, взял Эвлин за пальцы и поцеловал её в руку. Женщина расплылась в широкой улыбке.

- Я так понимаю, сделку можно считать совершённой? - спросила она и усмехнулась, когда Ювиан кивнул ей.

- Это очень щедрое предложение с вашей стороны. Мы заключим брак между нашими детьми, как только они достигнут своей зрелости.

- А сын ваш отправится к императору в любой момент, когда вам только будет угодно, - закончила Эвлин и элегантно поклонилась перед Ювианом. Подол платья слишком мешался женщине, и она недовольно забормотала. В брюках и рубашке воронья княгиня чувствовала себя куда уверенней.

Остаток вечера они, к общему удивлению, провели за оживлённым разговором. Лишь когда на небо вышел крохотный месяц новой луны, Эвлин поняла, что наступила ночь. Попрощавшись с княгиней и пожелав ей приятных снов, Ювиан отправился вместе с женой в свою опочивальню, а Ворона осталась сидеть в зале. Она чувствовала, что не сможет уснуть. Что-то тревожило женщину, заставляло сердце учащённо биться при каждом раскате грома, что эхом разносился по залу, врываясь в распахнутое окно. Почему на душе было так тяжело, словно Эвлин забыла что-то очень важное? Она пыталась вспомнить слова, которые ей говорил Марвин. Он часто признавался ей в любви, даже спустя много лет после их свадьбы, делал всевозможные подарки и никогда не кричал. Но этот человек всегда казался Эвлин загадочным и непонятным. У него было множество тайн. Почему он ничего не рассказал своей жене о том яйце, что отдал Алаку перед его поступлением в Академию? Почему не предупредил о том, что от этого может измениться вся их жизнь?

Совершенно неожиданно Эвлин вспомнила сказку, которую Марвин рассказывал Юанну, когда тот не мог уснуть. Впервые эту историю княгиня услышала, когда младшему сыну было только четыре.

"На ветвях старого дуба сидит белая как снег сова, - говорил Марвин мальчику, нарочно тихо, словно рассказывал какой-то секрет. - Когда небо затягивают свинцовые тучи, сова защищает дуб от тёмных сил. Она не знает, зачем это делает. Но ворон, что прилетает к дубу вместе с грозой, знает, что под корнями дерева зарыто древнее сокровище".