Игры на острове - Джоанна Макдональд

— Но они нам все развалят, — вздохнула Нелл, не обращая внимания на необычную фамильярность его тона. — Мне нужно повидаться с нашим юристом.

— Юристы? Ух! — зло пробормотал Роб.

Нелл подъехала к месту стоянки вездехода на заднем дворе и сердито выключила мотор. Она уже потянулась к ручке дверцы, когда Роб внезапно сказал:

— Знаете, это неправда.

— Что неправда? — Она на секунду замерла.

— То, что сказала женщина. Назвала вас толстой коровой. Это не так.

Нелл не ответила. В ее мозгу и так отпечатались, как клеймо, эти слова, сказанные женщиной. Она не хотела их обсуждать. Это была старая история со скоропалительными суждениями.

— Вы можете похудеть, конечно, но это будет когда у вас появится мужчина, — продолжал Роб. — Вам нужно попользоваться немного тем, что у вас есть, чтобы потерять немного лишнего веса. Вас это может позабавить.

Нелл не верила своим ушам. Она не понимала, плакать ей или смеяться. Не очень деликатно, но Роб делал ей предложение! Не ее ли внешний вид «пышечки» послужил приманкой для предложения любовных игрищ? Как оказалось, не только Тэлли — «босс», но и она, Нелл, была просто «одной из девушек», которая доступна для предложений поразвлечься в кладовой.

— Уверена, может, — пробормотала она, открывая дверцу настежь. — Но не сейчас, Роб. «Позабавиться» — в моем списке дел стоит на самом последнем месте. После парацетамола и горячей ванны. Если увидите моего брата, скажите ему о бродячих путешественниках, ладно? И скажите еще, что я позвоню юристу.

Нелл выпрыгнула из машины и захлопнула дверцу. Когда она пошла прочь, то надеялась, что всей спиной выражает сильнейшее негодование.

— Боюсь, мы ничего не можем сделать, — печально сказал Алесдер, стоя на берегу Килиша, напротив лагеря путешественников. Теперь здесь было не менее тридцати машин, и с каждой минутой подъезжали все новые. — У них есть разрешение, и они уплатили за аренду. Эти люди имеют полное право оставаться здесь.

— А как насчет постановлений по здравоохранению? — с дрожью в голосе спросила Нелл. — Наверняка у властей есть возможности следить за чистотой природы. Ведь скоро пролив станет грязным.

— Совет посылает инспекторов, — объяснил Алесдер. — Они убедятся, что вырыты ямы для уборной и есть источник питьевой воды.

— Но они уборной не пользуются, — прогремел голос Тэлли. — Под мостом уже полно куч.

— Это отвратительно! — вскричала Нелл. — И они на своей стороне пролива не остаются. У нас уже есть масса доказательств, что они бывают на острове. Мик нашел капканы на кроликов на восточном лугу. Если коровы попадут ногой в капкан, то могут сильно пораниться.

В самом деле сообщение Мика за завтраком в это утро привело в замешательство всех работников. Приятель Роба, сельскохозяйственный рабочий, был крепким и словоохотливым ирландцем из Глазго, по имени Мик Линэгэн, который обучился сельскохозяйственным работам и садоводству на ферме в сельскохозяйственной школе по «перечню Д» для молодых правонарушителей, куда его послали в шестнадцатилетнем возрасте после того, как Совет по делам несовершеннолетних в Глазго объявил его «закоренелым мошенником». Выйдя в девятнадцать лет из школы, он нашел работу на ферме и в город больше не вернулся, избежав таким образом городских соблазнов, повлиявших на его пренебрежение к закону. Поэтому у него была хорошая характеристика, и он явился в Талиску с блестящими рекомендациями от своего предыдущего работодателя, животновода из Эйршира. Когда нужно было заниматься коровами в Талиске, опыт работы Мика с рогатым скотом оказался очень кстати. Подоив коров и снова отведя их на пастбище, как обычно, Мик вернулся на завтрак и описал капканы, которые нашел, а также смело объявил, что считает Марсали «невестой быка». «Ее нужно обработать», — добавил он с глупой усмешкой и разрумянился. Опрошенный затем Тэлли, Мик сообщил, что у Марсали все признаки течки и что если ее оставить без свидания с быком, удой начнет снижаться.

Под хриплый и веселый смех остального персонала Тэлли уставился тупо на Мика и наконец спросил, что он предлагает.

— Ну, если вы не хотите иметь дело с быком, вам нужно позвать зоотехника, — просто сказал Мик. — Местный союз фермеров знает номер спермы.

Договорились с местным агентством по искусственному осеменению, которое согласилось как можно скорее заказать подходящую сперму быка джерсейской породы. И все это, подумал с кривой улыбкой Тэлли, займет времени меньше, чем разбить яйцо за завтраком!

— Полиции глаз нельзя спускать с лагеря, — продолжал участливо Алесдер. — Вам нужно сообщать обо всех случаях нарушения закона с их стороны.

— Вы виделись с Мак-Кэндлишем? — спросил Тэлли. — Разве его не волнует, что они разорят его ферму, затоптав его луг? Кроме того, у них множество диких собак, которые наверняка дерутся с его злыми псами. — Тэлли уже имел неприятную встречу с собаками Мак-Кэндлиша, стерегущими стадо.

Возвращаясь однажды ночью из «Оссиана» в сильном подпитии, он должен был бежать бегом к мосту и только-только успел захлопнуть кованые ворота перед их щелкающими и оскаленными зубами. Ворота управлялись с помощью электроники, и из дома за ними следила телекамера, расположенная высоко на одной из шотландских сосен. Они могли их держать закрытыми перед бродягами-путешественниками, но беда в том, что тут были свои недостатки. Они не могли установить постоянный контроль на мониторе, приказывая открывать ворота нужным гостям. А закрытые ворота отпугнут клиентов, которых ни один новый отель не может себе позволить упустить.

— Я видел Мак-Кэндлиша и должен признать, что он кажется каким-то непробиваемым, — ответил Алесдер. Он хотел успокоить Нелл, но сознавал, что его слова только все усугубляют. — Он сказал, что столько, сколько будут находиться путешественники, они могут пользоваться местом. За это они заплатили.

— Этот мужик — жулик! — воскликнул Тэлли. — Хотел бы я знать, сколько он с них за это содрал.

— По крайней мере он-то получил компенсацию, — мрачно пробормотала Нелл. — И можно поклясться, что он уже получил дотацию от ЕС за то, что не обрабатывает это поле. Он все время потешается над банком, а вот нам в конце концов придется объяснять какому-нибудь высокомерному банкиру-кредитору, почему люди не горят желанием пробираться через множество старых машин и немытых тел, чтобы добраться до нашего роскошного отеля. — Нелл повернулась к Алесдеру со страданием на лице. — Ах, Алесдер, может, вы хоть что-нибудь можете сделать?

После всех встреч и заключения сделок в течение последних шести месяцев они, наконец, стали называть друг друга по имени.