Louis Vuitton. История модного дома, ставшего символом роскоши - Алессия Лаутон

кожи, они кроят каждую деталь изделия и выбирают технологию сборки – от ручного крепления каблука до индивидуального подбора цвета на швы ботинок. Их команда воплощает мечту в реальность.

Сплав традиций и инноваций обеспечивает высокие требования к изделию как со стороны его творцов, так и клиентов Made-to-Order[34]. Особенно это видно по производству становящегося все более массовым и технически сложного вида обуви – кроссовок уникальных фасонов. Впервые в своей истории французский бренд позволяет покупателям стать частью процесса создания дизайна своих кроссовок с помощью революционной программы Now Yours Run Away.

Заказанные клиентом кроссовки создаются практически в бесконечном количестве комбинаций, гарантируя уникальность и отвечая индивидуальному стилю. Клиент может сделать выбор из девяти цветов (темно-синий, ярко-красный, оранжевый, солнечно-желтый, ярко-фиолетовый, коньячный, чистый черный и белый) и четырех вариантов принта вставки (Monogram, Monogram Eclipse, Monogram White и Damier Graphite). Он также может выбрать, где разместить логотип бренда – на пятке или на боковой части обуви. Срок изготовления кроссовок по индивидуальному заказу составляет семь недель.

Когда итальянская консалтинговая компания Nomisma, основываясь на параметрах роста выручки, рентабельности и добавленной стоимости за период с 2014 по 2019 год, создала список из четырех тысяч итальянских компаний, которые должны вывести Италию из кризиса, она упомянула и производства, осуществляемые в стране иностранными брендами, такими как, например, фабрика Louis Vuitton в Фьессо-д’Артико. С 2014 по 2019 год ее оборот вырос со 180 до 283 миллионов.

Модели мужских туфель – плод тесного сотрудничества дизайнеров и производственников, и каждый вносит свои знания, опыт и мастерство в процесс их изготовления. Начиная со специально разработанной колодки и включая техники сшивки отдельных деталей методом Goodyear, Blake и норвежской ручной строчкой. Особой техники требует и ручная прошивка подошвы. А завершает процесс нанесение на кожаную поверхность изделия необычной патины с помощью воскового лака, воды и кисти.

Операция длится в течение нескольких часов, пока мастер не добьется желаемого эффекта светящейся изнутри краски. Одной из главных задач фабрики является преемственность поколений, передача мастерства молодым обувщикам. Это очень важно, чтобы мастерство жило и дышало, чтобы обеспечить будущее обувного искусства. С учетом этого фабрика в Фьессо играет еще и роль учебного центра, воспитывающего специалистов, способных не опускать качественную планку уникальной обуви с маркой Louis Vuitton.

Есть место здесь и современному искусству. В полном зелени внутреннем дворике фабрики находятся две гигантские скульптуры обуви, созданные Джоаной Васконселос[35] и Натали Декостер[36]. В галерее на площади около 260 квадратных метров разместились тематическая библиотека и музей, связанные с обувной вселенной. Здесь можно увидеть туфли из Индии или Китая, посвященные обуви картины Энди Уорхола или Ральфа Гибсона, а также работы художников – друзей Дома, таких как Яёи Кусама или Ричард Принс.

Коробки для кроссовок

Представленные в магазине Дома в Miami Design District, изготовленные в Аньере, кроссовки Hardsided Trunk Sneaker и коробка к ним Sneaker Box с рисунком Monogram Eclipse стали звездами вселенной кроссовок и предметами первой необходимости для фанатов этого вида обуви. Sneaker Trunk предназначен для хранения большого количество обуви: восемь ящиков для высоких кроссовок и шесть – для низких.

В основание сундука добавлены два специально разработанных зеркала, чтобы можно было любоваться обувью во время примерки. Внешние стенки и дверцы Sneaker Trunk обтянуты холстом Monogram, а стеклянная передняя дверца Sneaker Box позволяет установленным на наклонном основании кроссовкам оставаться на виду. К тому же в нише под этим основанием можно разместить средства по уходу за обувью и другие необходимые аксессуары. Прозрачная дверца Sneaker Box открывается вперед, что дает возможность складывать их один на другой.

Мужчина Дома Louis Vuitton

Если верно, что именно женщины с их индивидуальностью, отличным вкусом и экстравагантными запросами сделали Дом великим, то не менее верно и то, что для Louis Vuitton, пожалуй, никогда не существовало проблемы гендерных различий. Основатель Дома производил сундуки, устраивающие и женщин, и мужчин, а позже – такие же сумки и чемоданы.

Мужчина Дома – это путешественник, бросающий вызов времени, любящий роскошь, комфортную и функциональную. Именно поэтому, когда Марк Джейкобс в 1997 году вывел на подиум мужчину Louis Vuitton, он, вероятно, вдохновлялся именно такими клиентами. Марк, как и основатель Дома Луи Вюиттон, – новатор. Как и Луи, он тонко чувствует свое время, формирует его и интерпретирует, присваивает ему культурные коды и задает тенденции, определяющие историю современной мужской моды. Так что вышедший на подиум мужчина-модель в пижаме, сжимающий в руках плюшевого медведя, – очевидная для всех отсылка дизайнера к декадентскому Оксфорду – возможно, является способом возродить этот вид одежды, по-разному интерпретированной стилистами.

Это происходило с 1910 года, когда Поль Пуаре предложил женщинам одно из своих скандальных и революционных творений – широкие брюки, очень похожие на модные в те годы пижамы, посеяв первые семена, быстро давшие всходы в виде широкого распространения этого элемента одежды и среди женщин.

«Мода – это не необходимость. Она взывает напрямую к сердцу. Это, скорее, прихоть, каприз. Вам это не нужно, но вы это хотите», – говорит Марк Джейкобс. И его главная забота, чтобы и мужчины следовали этой максиме. Марк Джейкобс уникален в мире моды тем, что способен распознать таланты своих сотрудников и дать им возможность развиваться. Это больше всего проявляется в мужской одежде – области, в которой, как модельер с улыбкой утверждает, он не так уж хорошо разбирается. Поэтому с 2006 по 2011 год под ненавязчивым руководством Марка Джейкобса мужской модой Дома занимался разделяющий его художественные взгляды опытный дизайнер Пол Хелберс.

В 2011 году на этом посту его сменил Ким Джонс, который начинал как дизайнер в команде Марка Джейкобса. Пришедший в 2013 году на должность художественного директора Louis Vuitton Николя Жескьер назначил его креативным директором мужского направления. Уход Марка Джейкобса заставил Дом задуматься о новых формах работы с быстро развивающимся рынком мужской одежды. Дому нужен кто-то, кто втянул бы в орбиту своих интересов молодежь, добавив привлекательные для нее нотки поп-культуры в симфонию роскоши.

Ким Джонс родился в 1979 году в Лондоне в семье датчанки и англичанина. Его отец-гидрогеолог перевез семью в Эквадор, когда Киму было всего три месяца. Уделом его детства была кочевая жизнь: Эфиопия, Кения, Танзания и Ботсвана, а затем Карибы. Подростком он вернулся в Лондон, где в 1992 году поступил на художественное отделение Брайтонского технологического колледжа, затем окончил факультет графического дизайна и фотографии Камберуэллского колледжа искусств. Степень магистра в области моды он получил во всемирно известном лондонском Центральном колледже искусства и дизайна имени Святого Мартина, специализируясь на мужской одежде.

Тема путешествия роднила его, воспитанного постоянными переездами, с Домом. Поэтому неудивительны его отсылки