Двор Красного монарха: История восхождения Сталина к власти - Саймон Монтефиоре

Василий панически боялся отца. Для него Сталин был всем, значил примерно то же, что «для христиан Иисус Христос». Сталин был разочарован в младшем сыне. В отсутствие отцовской любви Василий рос в суровом и мрачном окружении охранников, грубых подхалимов из тайной полиции, ласковых и одновременно строгих нянь и воспитателей. За советским «маленьким лордом Фаунтлероем» присматривал Карл Паукер, начальник охраны вождя. Ефимов, комендант Зубалова, рассказывал о его поведении Власику, а тот, в свою очередь, докладывал о сыне Хозяину.

Сталин всецело доверял своему телохранителю, сильному и мускулистому Николаю Власику. В ЧК этот нескладный выходец из крестьян пришел в 1919 году. Сначала он охранял членов политбюро, а с 1927 года переключился исключительно на Сталина. В тридцать семь лет Власик стал всесильным визирем при вожде. Но для Василия он был самым близким человеком и во многом заменял ему отца. Дело доходило до того, что сын Сталина знакомил с ним девушек и спрашивал, стоит ли с ними встречаться.

Когда поведение Василия в школе стало совсем невыносимым, Паукер написал Власику, настоятельно предлагая перевести мальчика в другую школу.

Василию очень не хватало внимания и особенно похвал отца. «Здравствуй, отец, – писал он на типичном жаргоне детей большевиков. – Я учусь в новой школе. Это очень хорошо. Думаю, что я буду хорошим Красным Васькой! Отец, напиши мне, как у тебя дела и как тебе отдыхается. У Светланы все хорошо, она тоже учится в школе. Привет от нашего рабочего коллектива. Красный Васька».

Василий переписывался не только с отцом, но и с чекистами. «Здравствуйте, товарищ Паукер, – читаем в письме начальнику охраны Сталина. – У меня все хорошо. Я не дерусь с Артемом. Часто хожу на рыбалку и ловлю много рыбы. Все замечательно. Если вы не очень заняты, приезжайте к нам… Товарищ Паукер, пожалуйста, вышлите мне пузырек чернил для ручки».

Паукер, как и Власик, пользовался большим доверием вождя. Он выполнил просьбу сына Сталина и прислал ему чернил. Когда чернила привезли на дачу, Василий поблагодарил товарища Паукера.

В том же письме он утверждал, что вовсе не довел до слез другого мальчика. Василий уверял, что Власик обвинил его несправедливо. Жизнь в окружении сотрудников тайной полиции привила этому избалованному мальчику вкус к интригам. Он с детства учился обвинять других. Пройдет не так уж и много времени, и эта детская привычка станет роковой для тех, кто имел несчастье чем-то рассердить или обидеть наследного принца Советского Союза.

Уже в детских письмах Василия ясно чувствуется высокомерный тон: «Товарищ Ефимов проинформировал вас, что я просил прислать дробовик. Я до сих пор его так и не получил. Напоминаю вам о своей просьбе. Пожалуйста, пришлите мне ружье. Вася».

Сталин не мог понять, почему Василий никого не слушается. Вместо того чтобы разобраться в проблемах сына, он требовал от него еще большего послушания.

12 сентября 1933 года Каролина Тиль отправилась в отпуск. Сталин, который в то время отдыхал на юге, написал в Зубалово коменданту Ефимову: «Няня останется в Москве. Позаботьтесь о том, чтобы Вася вел себя хорошо. Не позволяйте ему все время играть. Будьте с ним построже. Если Вася не будет слушать няню и будет плохо себя вести, держите его в ежовых рукавицах». В конце читаем еще одно важное указание: «Заберите Васю у Анны Сергеевны [Реденс]. Она во всем ему потакает и портит его».

Сталин написал сыну и прислал с юга немного персиков. Красный Васька поблагодарил отца за подарок. Мало кто понимал, что с Василием не все в порядке. Пистолет, из которого застрелилась Надя, оставался в доме Сталина. Василий показывал его Артему и подарил ему кожаную кобуру.

Только через много лет до Иосифа Виссарионовича дошло, какой вред нанесли детям его постоянная занятость и забота охранников. Ошибки в воспитании Василия и Светланы он называл «самой большой тайной сердца».

В январе 1933 Сталин выступил на пленуме ЦК с хвастливым докладом, в котором рапортовал об успешном выполнении пятилетнего плана. Партия наладила выпуск тракторов, организовала добычу угля и нефти, выплавку стали и многое другое. Там, где никогда не жили люди, возводились большие города. Днепр перегородила огромная плотина. Было закончено строительство Туркестано-Сибирской железной дороги (Турксиб).

Эти грандиозные стройки первой пятилетки никогда бы не были закончены без Ягоды, являвшегося главным поставщиком рабской рабочей силы, потребности в которой росли с каждым днем. Многочисленные трудности, возникавшие в ходе индустриализации, неизменно списывались на противодействие врагов и оппозиционеров.

1933-й стал не только годом великих свершений в промышленности, но и самым голодным годом в истории России. Миллионы людей умирали голодной смертью, сотни тысяч были депортированы.

В июле 1933 года Киров вместе со Сталиным, Ворошиловым, заместителем председателя ОГПУ Ягодой и начальником ГУЛАГа Берманом отмечали на пароходе «Анохин» завершение еще одного грандиозного проекта социалистического строительства – Беломорско-Балтийского канала, или, как его называли любители сокращений большевики, Беломорканала. Это удивительное гидротехническое сооружение протяженностью в 227 километров возводили 170 тысяч заключенных ГУЛАГа. Строительство началось в декабре 1931 года и было закончено в рекордные сроки ценой жизней около 25 тысяч строителей. Ворошилов хвалил Генриха Ягоду и Сергея Кирова за их огромный вклад в это преступление.

К лету руководители советского государства очень устали от непосильных трудов по триумфальному завершению первой пятилетки, разгрому оппозиции и, что было самым главным для Сталина, победе над крестьянством.

Вожди тоже были людьми. Они не всегда выдерживали нечеловеческое напряжение сил и нервов, нуждались в отдыхе. Серго Орджоникидзе, народный комиссар тяжелой промышленности, нес главную ответственность за выполнение пятилетнего плана. Он жаловался на боли в сердце и проблемы с сосудами. Сталин лично следил за его лечением. Не выдержал страшного напряжения и Киров. У него появилась тахикардия. Он раздражался по малейшим пустякам и очень плохо спал. Доктора прописали ему отдых. Перед приятелем Кирова, Валерианом Куйбышевым, возглавлявшим Госплан, стояла, казалось бы, невыполнимая задача. Он должен был сделать так, чтобы фантастические планы развития промышленности стали осуществимыми. Главный плановик Советской России напропалую пил и волочился за женщинами. Сталин жаловался Молотову, что Валериан становится алкоголиком.