Двор Красного монарха: История восхождения Сталина к власти - Саймон Монтефиоре

Времени горевать не было. Партия вела яростную войну.

12 ноября, на следующий после похорон день, в 16 часов, Сталин приехал на работу, чтобы встретиться с Кагановичем, Ворошиловым, Молотовым и Орджоникидзе. На совещании присутствовал и Сергей Миронович Киров.

Киров был первым секретарем Ленинградского обкома партии, членом политбюро и одним из самых близких друзей Сталина. «После трагической смерти Нади одному Кирову удавалось пробираться к самому сердцу Иосифа и давать тепло и дружбу, в которых он тогда очень нуждался и которых ему так не хватало», – писала в дневнике Мария Сванидзе. Вождь обратился за душевным теплом и сочувствием к Кирову, который, по его же собственным словам, «присматривал за ним, как за ребенком».

Киров и в зрелом возрасте отличался мальчишеским энтузиазмом и задором. Он был одним из тех, с кем нельзя не дружить. Сергей Миронович постоянно насвистывал или напевал оперные арии, всегда светился добротой и весельем. Этого невысокого шатена с привлекательным лицом, на котором сохранились следы оспы, глубоко посаженными карими и слегка раскосыми глазами, с одинаковой силой любили как женщины, так и мужчины. Он был женат, но детей не имел.

Ходили слухи, что Киров был большим поклонником прекрасного пола. Особой его благосклонностью пользовались балерины из Мариинского театра в Ленинграде, которому он покровительствовал.

Так же, как все остальные большевистские лидеры, Сергей Миронович Киров был трудоголиком. Он любил свежий воздух, с удовольствием совершал пешие походы и ездил на охоту с товарищем, Серго Орджоникидзе. Как и Андреев, Сергей Миронович увлекался альпинизмом, пользовавшимся у большевиков большой популярностью.

Он вел себя непринужденно, всегда был честен и никогда не хитрил. Может, поэтому Сталин относился к нему с такой теплотой. Дружба вождя была очень тяжелым грузом. К тому же она могла быстро превратиться в горькую зависть. Но сейчас вождю хотелось быть с Кировым. Первые недели после похорон Нади Киров заходил к нему в кабинет по пять раз в день.

Родился Сергей Костриков (будущий Киров) в 1886 году в Уржуме, в восьмистах милях к северо-востоку от Москвы. Его отец был мелким чиновником. Вскоре после рождения сына он умер. При помощи благотворительного фонда Киров поступил в Казанское механико-техническое училище и закончил его с отличием. Дальнейшей учебе помешала революция 1905 года. Вместо того чтобы пойти в университет, он вступил в социал-демократическую партию и стал профессиональным революционером.

В перерывах между ссылками Киров женился на еврейке, дочери часовщика. Так же, как все настоящие большевики, он подчинил личную жизнь делу революции.

Перед Первой мировой войной Сергей Миронович работал журналистом в буржуазной газете, что строго запрещалось партией. Работа репортером была единственным черным пятном в его большевистской биографии.

1917 год Киров встретил на Тереке, на Северном Кавказе. В Гражданскую войну он был одним из самых отважных и безрассудных комиссаров. Воевал на Северном Кавказе рука об руку с Орджоникидзе и Микояном. В марте 1919 года установил советскую власть в Астрахани. В результате погибли четыре тысячи человек.

Как и остальные большевики, особой сентиментальностью и добротой Киров не отличался. Когда к нему привели буржуя, прятавшегося в собственном шкафу, он приказал расстрелять его.

Карьера революционера Кирова была во многом схожа с подвигами Серго. Они вместе организовали захват Грузии в 1921 году. После этого Киров остался в Баку.

Со Сталиным Киров, вероятно, познакомился в 1917 году. Однако настоящая дружба началась во время совместного отдыха в 1925 году.

«Дорогой Коба, я в Кисловодске, – писал Киров. – Мне становится лучше. Через неделю приеду к тебе. Всем привет. Особый привет Наде!»

Киров был любимцем семьи. Сталин подписал свою книгу «Ленин и ленинизм»: «С. М. Кирову, моему другу и любимому брату».

В 1926 году Сталин убрал Зиновьева из Ленинграда, который до этого был оплотом и базой антисталинской оппозиции. Колыбель революции, столицу Петра Великого, город, в котором была вторая по численности партийная организация в стране, он передал своему любимцу Кирову.

Членом политбюро Сергей Миронович стал в 1930 году.

В 1931 году Киров попросил у Сталина разрешение вылететь в отпуск на юг, но получил отрицательный ответ. «Я не имею права и не хочу никому советовать летать самолетом, – написал вождь. – Очень тебя прошу, поезжай на поезде».

Артем Сергеев, часто отдыхавший со Сталиным, вспоминал: «Сталин очень любил Кирова. Он ездил на вокзал в Сочи встречать поезд Кирова». Иосифу Виссарионовичу нравилось отдыхать с Кировым. Он не стеснялся Мироныча и ходил с ним даже в баню. Когда Киров купался в море, вспоминал Артем, Сталин иногда приходил на берег и терпеливо ждал.

После смерти Нади дружба Сталина с «Кирычем» стала еще крепче. Сталин в любое время дня и ночи мог позвонить своему фавориту в Ленинград. На ленинградской квартире Кирова, у кровати, до сих пор стоит вертушка, по которой он разговаривал с вождем.

Приезжая в Москву, Сергей Миронович предпочитал останавливаться, однако, не у Сталина, а у своего закадычного приятеля Орджоникидзе. Серго безумно любил Кирова. Его жена рассказывала, что однажды он даже подстроил автомобильную аварию, чтобы Киров опоздал на поезд.

Сталин и Киров были как братья, рассказывает Сергеев. Они смеялись друг над другом, шутили, травили неприличные анекдоты. «Они были большими друзьями и всегда нуждались друг в друге».

Все это, однако, вовсе не означало, что Иосиф Виссарионович полностью доверял Кирову. Осенью 1929 года Сталин организовал в «Правде» критику друга. Сталин мог порой сильно сердиться. В июне 1928 года в «Ленинградской правде» была опубликована статья за подписью Кирова, которая, похоже, подверглась незначительным сокращениям. Это обстоятельство стало причиной гневного письма Сталина любимцу. Оно является наглядным примером того, каким параноиком мог быть вождь, даже если дело касалось мелких вопросов. «Я понимаю, что существуют технические причины. Однако мне неизвестно ни об одной похожей статье у кого-нибудь из других членов политбюро… Странно, что под сокращение попали именно те наиболее яркие 40–50 слов, в которых говорится о том, что крестьянство является капиталистическим классом… Жду твоего объяснения».

Киров не считал Сталина святым. В 1929 году, когда Сталин стал вождем, ленинградцы вспомнили ленинские слова об его грубости. Киров хорошо знал необычный менталитет старшего друга. Однажды какой-то студент прислал вождю письмо, в котором просил ответить на ряд вопросов по идеологии. Сталин отправил письмо Кирову с запиской: «Киров, ты должен прочитать письмо студента Федотова. Политически абсолютно безграмотный молодой человек. Может, ты позвонишь ему? Вероятно, это испорченный член партии, который любит выпить. Думаю, не стоит привлекать ГПУ. Кстати, этот студент, по-моему, очень хороший обманщик с антисоветским лицом, которое он ловко скрывает под маской простачка. „Помогите мне разобраться, – просит он. – Может, вы все понимаете, а я – нет“. Привет, Сталин».