Игра в безумие. Прощай,сестра. Изверг - Жан-Пьер Конти

Вошла Элис. Казалось, она не ходит, а плывет по воздуху.

— Буду жить с двумя девушками с моей работы. Мы уже кое-что нашли. Двадцать фунтов в неделю, с каждой — треть. Не бойся, содержать меня не придется. В конце недели съезжаю.

Элис, несомненно, слышала, но не подала виду. Молча уплыла назад в кухню.

Дженнифер перевернула котлеты на сковороде.

— Ничего не поделаешь, я должна уехать.

— Я ничего не говорю. — Вся сцена так неприятно контрастировала с роскошной беседой в баре. — Надеюсь, мы будем тебя видеть. Нельзя же нам стать совсем чужими.

— Возможно, я буду приезжать на уик-энды. — Потянулась за тарелками согревшимися в духовке. — Ты о ней позаботишься? Мне кажется, ей здесь не нравится.

С Элис он заговорил об этом после ужина, когда Дженнифер ушла к себе. Элис казалась совершенно спокойной. Даже уход Дженнифер ее не тронул.

— Пусть поступает как хочет. А обо мне не беспокойся, у меня есть бридж-клуб. И я там всех знаю.

Поль недовольно следил, как она закуривает.

— Раньше ты не курила.

— Теперь курю. И играю в бридж. Ты против?

— Да нет…

— Пора бы тебе понять, что мы не можем быть во всем одинаковы.

На это ему нечего было ответить. Сказал, что фирма на следующей неделе организует в Лондоне выставку, и Элис кивнула, но ему опять показалось, что она не слушает. Потом он уставился в телевизор. Элис достала книгу «100 проблем бриджа для практических игроков», взяла колоду карт и закурила очередную сигарету. Потом они вместе поднялись в спальню и молча легли в свою постель.

Отец Джой Линдли служил в архитектурном отделе Совета Большого Лондона. Он любил слушать рассказы дочери о ее работе, и она, часто приукрашивая, делилась тем, что у них происходит. На этот раз поведала, что управляющий отделом кадров периодически приглашает ее выпить по стаканчику.

— Он всегда такой милый. Конечно, старый, но одевается так, что это незаметно, и с ним беседуешь как с двадцатипятилетним. Правда, должность у него такая. Кадровик должен уметь найти подход к людям. И мистер Вэйн это умеет.

Миссис Линдли страдала артритом, приковавшим ее к креслу, с которого она вставала только при помощи палки. Как у большинства инвалидов, у нее был огромный аппетит и отличная память на все несчастья и катастрофы. Тут она перестала есть и кусок свинины застыл на полпути от тарелки.

— О ком ты, Джой?

— О ком? А, о мистере Вэйне. Кажется, его зовут Поль. Да, точно.

— Эдгар, — (мистер Линдли, блаженно слушавший болтовню Джой, вздрогнул), — Принеси мне из спальни коробку с письмами.

Эдгар никогда не возражал жене и делал что велят. В коробке была собрана вся переписка, которую вела миссис Линдли, ее поединок с энергетической компанией из-за тарифов, жалобы, адресованные городским властям на новое строительство слишком близко от ее дома, сердитая переписка с родственниками насчет вещей, которые по завещанию одной из теток должны были достаться ей. Теперь она долго копалась в коробке, пока не нашла связку писем. Недоеденный ужин отодвинула в сторону.

— Эдгар!

Муж наблюдал за ней с опасением. Не доела, значит, дело серьезное.

— Да, милая.

— Нужно позвонить твоей сестре Хетти. Немедленно. — Задумчиво уставившись на тарелку перед собой, она удовлетворенно заявила: — Ужинать я не буду.

Глава XI

Совещание

Случай с Луизой Олбрайт уже давно превысил компетенцию Харли, которому за него так надрали зад, что он горько помнил ту минуту, когда вообще услышал это имя. В полицейском управлении в Маркстоне, в пятнадцати километрах от Роули, собралось на совещание руководство полиции графства. Из Роули был Хэзлтон, из управления полиции — главный суперинтендант Полинг и начальник полиции сэр Фелтон Дикси. Важнейшей проблемой, которую предстояло решить, было продолжать ли расследование своими силами или призвать на помощь Скотленд-Ярд.

Сэр Фелтон копался в бумагах и донесениях, лежавших перед ним. Нелюбовь его к бумагам была общеизвестна. Друзья называли его человеком действия, враги утверждали, что он не умеет читать.

— Кому нужна вся эта чепуха, — пробурчал он. — Главное, насколько мы сумели продвинуться. Полинг, что нам известно?

Ангус Полинг соединил кончики пальцев. Пальцы у него были длинные и тонкие, под стать длинному, худому телу и удлиненной голове с хохолком серебряных волос. Полинг всегда держался высокомерно, и Хэзлтона это раздражало, поскольку он считал, что как полицейский тот немногого стоит. В то же время должен был признать, что суперинтендант Полинг умеет подать товар лицом.

— Как кажется мне, важный след — рюкзак и сумочка. Если Луиза не оставила их в автобусе случайно, что весьма неправдоподобно и может быть исключено, то придется допустить, что с ней что-то случилось. И тут есть две возможности. Или она уехала в Лондон и с ней что-то случилось там, или кто-то умышленно оставил рюкзак в автобусе, чтобы отвлечь наше внимание от Роули.

«Без тебя мы бы не догадались», — язвительно подумал Хэзлтон. Сэр Фелтон заметил, — что все, конечно, так, но речь прежде всего о том, обойдутся ли они без посторонней помощи. Полинг, подняв серебряные брови, взглянул на Хэзлтона, который прекрасно знал эту манеру суперинтенданта. Хэзлтон выскажет свое мнение, Полинг присоединится к предыдущему оратору. Если все пойдет хорошо, Полинг присвоит себе все заслуги, если нет, — виноват будет Хэзлтон. Но сейчас он знал, чего хочет, и готов был добиться этого во что бы то ни стало.

— Я полагаю, мистер главный суперинтендант, что мы прекрасно справимся сами. По-моему, очевидно, что, что бы ни произошло, началось это в Роули. И ее исчезновение, уехала она в Лондон или нет, на совести кого-то из местных. Для нас выгоднее, чтобы вопросы задавали наши люди. Они знают обстановку, знают, о чем спрашивать. И знают людей. Мы справимся.

Раздался звонок. Сэр Фелтон извинился. Звонок исходил из часов у него на запястье. Встав с кресла, он сделал серию упражнений, начавшуюся с наклонов и закончившуюся рывками руками и всем туловищем. Хэзлтон, слышавший об этих представлениях, но никогда целиком в них не веривший, ошеломленно следил за ним. Полинг и глазом не повел.

— Три раза в день. — Сэр Фелтон снова сел. — Так на чем мы остановились? Хотите, чтобы все осталось в наших руках. Полинг, вы?

— В том, что сказал старший инспектор Хэзлтон, что-то есть. Но в то же время не следует забывать, что до сих пор мы ничего существенного не добились. Несколько показаний, никак не совпадающих друг с другом, и, как обычно, множество людей, видевших, как она садится в машину, как ее тащат в машину и тому подобное. Одна женщина видела ее в окне дома, как она пытается выбраться наружу, — выяснилось, что это хозяйка дома, спьяну подравшаяся с мужем. Все впустую, не так ли?

Хэзлтон кивнул. Полинг поднял узкую руку, словно хотел предупредить вопросы, которых не последовало.

— Я уверен, вы делаете все, что в ваших силах. К примеру, очень важен тот киносеанс. Луиза, вместо того чтобы вернуться домой, ни с того ни с сего идет в кино. Почему? Мы говорили со всеми членами клуба, бывшими там по словам администратора. — Он указал на бумаги, лежавшие перед начальником полиции. — Безрезультатно. Но администратор утверждает, что Луиза все оглядывалась, как будто собралась с кем-то встретиться, а он не пришел. Положим, все так и было, но что это нам дает? По-моему, пора предпринять новые шаги.

Хэзлтон упрямо насупился.

— Призвать Скотленд-Ярд, да? Я утверждаю, мы справимся сами.

Полинг не дал спровоцировать себя на однозначный ответ:

— В данный момент я не хотел бы высказывать никому недоверия.

Начальник полиции перевел взгляд с одного на другого. «Знает, о чем речь, — подумал Хэзлтон, — он не глуп».

— Ну ладно. Кажется, мы договорились. Дело остается у нас. Хорошо, Хэзлтон…

— Слушаю, сэр.

— Журналист, ее знакомый… Гордон. Вы его проверили? Ничего?

— Ничего, сэр. Гордон утверждает, что пару раз пригласил ее в клуб, но скорее в качестве замены другой девушки — Салли Лоусон. Видимо, он интересовался этой Лоусон больше, чем она им, и та в конце концов предложила ему переориентироваться на Луизу Олбрайт. Ничего серьезного.

— Гм… дочь Боба Лоусона. Вы с ней говорили?

— Еще нет, сэр. Ее связь с нашим случаем весьма отдаленная.

— Но она знала Олбрайт. Возможно, ее стоит порасспросить. Я поговорю с Бобом Лоусоном и объясню ему.

Зазвонил телефон. Полинг, сняв трубку, передал ее Хэзлтону. Старший инспектор выслушал, обронил пару слов, что-то записал. Положив трубку, перечитал свои заметки и сказал:

— Это может оказаться интересным. Некая девушка видела Луизу в тот вечер, в четверть одиннадцатого, выходящей из машины. Похоже на правду, девушка помнит ее по школе.