Раскаленная броня. Танкисты 1941 года - Максим Кисляков

– Да чего стоять-то? – непонимающе бросил Игорь. – Разутюжат ведь здесь нас всех!

Пальцы лейтенанта покрепче ухватили комбинезон, сильно дернули.

– Да стой же! Стой! – воскликнул Демин и зарычал от боли, освобожденная рука легла на предплечье. Между указательным пальцем и средним протиснулась окровавленная железяка. Он застонал.

– Черт! – ошарашенно произнес лейтенант. – Так тебя все-таки задело?

– Да уж. Но мне еще повезло, – он кивнул на соседнее кресло, где осело тело пулеметчика Серго, – чего не скажешь о нем…

– А я вроде цел… – произнесла протиснутая в небольшой проем голова Семена Горобца. – Выходит, точно мама говорила – ты, Семка, везучий.

– Тебе можно! – попытался пошутить Роман, но получилось лишь скривить губы, одуряющая боль полосанула раненое предплечье. – У тебя весь народ везучий – столько вас мучили, а вы живете.

– Это как посмотреть… – выдохнул Горобец, лицо вдруг помрачнело. – Вон Гитлер таки задумал на этот раз нас под корень…

– Ну, это у него пупок развяжется! – зло громыхнул Демин, но сразу застонал – Игорь попытался его вытащить, но пальцы соскользнули, и он задел рану.

Рядом раздался автоматный треск. Но лейтенант не обратил на него внимания – он, наконец, удачно перехватил Рому Демина и потихоньку стал вытягивать его из люка. Своими силами вылез из перекошенного проема Семен и сразу пришел на помощь товарищам. Вскоре Демин уселся на землю, спиной облокотился о сталь подбитого Т-28.

Подскочил Баир. В руках – ППШ.

– Вы тут чего копаетесь? – раздраженно крикнул он. – Я там отстреливаюсь уже – немчура лезет! – Баир перевел взгляд на Демина, глаза скользнули по кровоточащей ране. – Вот черт! И тебя, Ромка, задело…

– Да уж… – прохрипел в ответ Роман, прижатая к ране ладонь пытается остановить кровь.

Игорь огляделся вокруг в надежде отыскать кусок материи, но ничего, кроме металлических осколков найти не удалось. Он выругался, расстегнул комбинезон и через голову стащил потемневшую от пота майку. Лейтенант поспешно накинул ее на предплечье, стал затягивать. Демин вновь ойкнул и застонал, кровь мгновенно расползлась огромными пятнами на белой ткани.

– Сейчас остановим! – приговаривает Шагдаров, ладонь заботливо легла на здоровое плечо. – Потерпи, Ромка, дружище…

Внезапно его глаза сузились до непроницаемых щелочек. В нескольких шагах возникла немецкая каска, за ней еще одна, перекошенные злобой вперемешку со страхом лица сверлят танкистов взглядом, винтовочные дула уперлись в них.

Баир спешно перехватил ложе своего ППШ и треснул короткой очередью. Один из немцев коротко вскрикнул, винтовка брякнулась в траву, ладони закрыли лицо, кровь толчками прорывалась сквозь пальцы.

Второй немец пригнулся, но не отступился – сдвинув брови, двинулся вперед.

Лейтенант медлить не стал. Он выхватил из кобуры пистолет, щелкнул затвором. Дуло уперлось в серо-зеленый мундир, палец нажал на курок. Пропитанный гарью, жженым порохом и горелой плотью воздух рассекло будто плетью. Прущий к танкистам немец выпучил глаза, горло сдавил предсмертный стон. Он сделал еще шаг и рухнул бесполезным мешком.

Игорь медленно опустил пистолет, глаза уставились на бездыханное тело, руки подрагивают, в горле мучительно пересохло.

– Тикать нам надыть отсюда, командир, – проговорил Семен. – А то ой вэй нам будет и мама не горюй в придачу!

Рядом будто в подтверждение слов Семена вздрогнула земля, в небо взметнулись комья земли, коричневым крошевом посыпались на вжавших головы в плечи танкистов. Горобец что-то промычал и принялся отплевываться от грязи, набившей полный рот.

– Надо… – буркнул Протасов, он достал карту из планшета и принялся водить по ней пальцем. – Просто так не уйдешь. Для отхода полковник маршрут приготовил…

– А как же сам полковник? – поинтересовался Баир. – Ведь если он не уйдет, то наверняка погибнет. Я слышал, они пленных не берут…

– Знаю! – сквозь зубы прошипел Игорь. – Но тут ничего не поделаешь… Он сам так решил.

Лейтенант поднял глаза на Баира.

– А нам приказал уйти в случае чего. И пойдем мы… – Протасов сделал паузу, бросил взгляд назад, сощурился. Там петляет грунтовая дорога, теряется в густой лесополосе. Он ткнул туда пальцем. – Уходить будем этим путем.

Игорь повернулся к Демину.

– Выбираться нам нужно, Ромка, – произнес лейтенант, голос немного дрожит. – Ты уж держись!

– Да ничего, ротный! – попытался бодро ответить Демин. – Коли нужно, то и поползу… Вы ж меня знаете.

– Знаем, знаем тебя, старина! – радостно воскликнул Баир, белозубая улыбка расчертила перемазанное копотью лицо. Рука легонько потеребила залитый потом лоб. Потом Баир повернулся к Протасову.

– Уходить надо немедленно, лейтенант. Иначе ляжем все.

Игорь кивнул и крикнул Семену:

– Семен! Достань из машины НЗ и все, что может стрелять! Да патронов побольше! Только пулей у меня! Через минуту-другую немчура уже здесь будет.

– Сделаю, командир, – козырнул Горобец и скрылся за броней. – И минуты не пройдет!

Вскоре Семен сгреб на кусок брезента все, что можно было унести: пара ППШ, два карабина, целая россыпь патронов и магазинов. Даже немецкий МП успел захватить с двумя сумками магазинов. Из еды, кроме НЗ, удалось раздобыть пару банок тушенки и целый пакет сухарей.

Бодрячком держался и Демин. От помощи идти отказался. От попытки Баира поддержать его отстранился и грубо ответил:

– Что ты меня как девку хватаешь! Сам дойду!

Баир пожал плечами и направился следом. За ними спешит навьюченный оружием и едой Семен.

Игорь тоже шагнул вперед, но остановился. Он обернулся, кинул взгляд на израненный немецкими снарядами советский исполин, пушка одиноко и бессмысленно упирается в небо. Игорь вздохнул, положил ладонь на нагретую на солнце броню.

– Прости нас, брат… – тихо произнес лейтенант и с шумом выдохнул. Блеснули влажные глаза. – Прости… – добавил Игорь и шагнул вслед удаляющимся танкистам.

9

Несколько фигур в серо-зеленом утопают в густой траве. Дальше ползти никто не решается – впереди ДОТ. Черная щель грозно уставилась на них. Ударила автоматная очередь – у кого-то не выдержали нервы. Свинец разлетелся о стенку укрепления бетонным крошевом. Зияющие бойницы-глазницы молчат. Одна за одной начали подниматься головы.

Первые смельчаки согнутыми фигурами двинулись на ДОТ. Но тут же упали – пулемет ожил и саданул огненной очередью. Кто-то вскрикнул, начал протяжно выть. К нему подскочили, начали спешно оттаскивать, но очередь мгновенно скосила и их. Все-таки удалось стащить его в воронку от взрыва, чья-то ладонь накрыла вопящий рот, бинты перетягивают рану в груди, белоснежная ткань мгновенно пропитывается кровью.