Сяо Тай 6: Путь Мечника - Виталий Хонихоев

Рослый испанец что-то говорит, и она жалеет, что не выучила испанский. Насколько было бы легче, будь это англичане, думает она, все учили английский, кто же знал, что ей так будет нужен испанский?

Тем временем — стволы аркебуз поднимаются вверх, а священник — вступает в спор с рослым, но тот только рукой машет и делает шаг в ее сторону, вынимая свой меч их ножен. Да, так и есть, думает она, броадсворд. Широкое лезвие военного меча, корзинчатая защита руки. Он намного выше, она ему едва по пояс, даже рядом с Третьим Братом она себя такой маленькой не ощущала. Его меч… какой большой! Если его просто в песок воткнуть, он пожалуй ей по плечо будет!

Успокойся, думает она, выдохни. Искусство фехтования изначально было придумано для того, чтобы тот, кто меньше и слабее — мог победить сильного и большого. За счет опыта и умения. Правда… рассчитывать, что этот капитан лаоваев не имеет опыта смертельных схваток и ничего не умеет — глупо. Она — салютует противнику своим мечом, в европейском стиле — поднеся его к лицу и выпрямившись, слегка притопнув ногой. Так салютуют рапирой, в восточной традиции никто так не делает, но… «будучи в Риме — поступай как римлянин».

Рослый испанец на секунду остановился и нахмурился, глядя на нее. Медленно поднял руку и отсалютовал своим мечом, так же как и она — поднеся его к лицу и выпрямившись. Затем опустил руку с оружием и вопросительно глянул на нее.

— Cómo quieres morir, monito? — сказал он. Сяо Тай ничего не поняла. Это был вопрос, но что именно он у нее спрашивал?

— EnGarde! — ответила она ему, становясь в стойку, поднимая свой меч на уровень глаз и вытягивая свободную руку в сторону противника.

— En Garde? Creo que encontré un traductor, Santo Padre… — ворчит рослый испанец, взмахивая своим мечом: — probablemente le cortaré la mano.

— Какая жалость что я испанского не знаю. — качает головой она, украдкой оглядываясь по сторонам. Морская пехота Береговой Охраны разгромлена, по пляжу ходят солдаты в морионах, добивая раненных ударами пик. Она вдруг понимает, что дело оказывается не только в том, что на море никто не может догнать черные корабли чужаков, ведь кораблям нужно пристать к порту, им нужно пополнять припасы. Наверняка за все это время на них не раз устраивали засады, особенно учитывая, что манильские галеоны везли в своих трюмах ценный груз Пыли сюда, чая, фарфора и шелка — обратно. И туда, и обратно — серебра. Ей надо было сразу понять, что свято место пусто не бывает, что не раз уже пытались и скорей всего не раз уже ловили испанцев… но их черные корабли все так же плавали, а тех, кто их поймал — больше никто не видел. Столкновение цивилизаций, думает она, огнестрельное оружие и новая магия. Не просто магия — религия. На что способна культивация она уже видела, а что, если все то же самое, но с централизованной религией, с монастырями, где учат всему этому, со Святым Писанием, с настоящими ведьмами и настоящей же Святой Инквизицией? А родина Святой Инквизиции — как раз Испания. «Молот Ведьм» и все такое. Что могут сделать Святые Инквизиторы, что они должны уметь делать в первую очередь? Конечно же умение рассеивать всю магию вокруг, это и есть «Изыди Сатана». Благословение своих, вот почему они кажутся такими большими, не могут они быть такими великанами, это просто эффект заклинания, бафф, наложенный на своих солдат. И как только Фудзин со своими людьми бросился на них — священник развеял всю магию, а солдаты, усиленные благословением — разнесли атакующих выстрелами. Вот и все, вот и вся культивация. Наверное, крутые культиваторы высших рангов могли бы что-то сделать, но ее и Фудзина силы не хватило. С другой стороны — что может сделать рыба, если ее лишить воды? Как культиватор-заклинатель покажет себя в бою, если у него не будет Ци? Или не будет возможности воспользоваться Ци?

— Alabatalla, pagano! — рослый испанец взмахивает своим мечом, он довольно быстр для своих размеров, но для Сяо Тай, после скорости сестрицы Ли Цзян — он словно на месте стоит! Удар плоскостью клинка в верхнюю треть клинка противника, отводя его в сторону и короткий выпад… кончик острия скользит по кирасе и Сяо Тай отпрыгивает назад. Доспехи. Отработанные движения иногда подводят, она реагирует не думая, отражение удара — выпад.

— Pequeño diablo rápido… — хмыкает ее противник, взмахнув своим мечом перед собой.

— Сам ты «дьябло». — отвечает она ему: — и борода у тебя неприятная. Ну, давай, покажи мне на что способны сыны Королевы Изабеллы и короля Филиппа.

— Você falaportuguês? — кричит из-за баррикад священик. Она отрицательно мотает головой.

— Не понимаю. Может кто тут английский знает? — отвечает она, взвешивая в руке свой меч. Ее противник понял, что она не промах и стал осторожным. Его защищает кираса, но она имеет преимущество в скорости, сейчас она сделает шаг вперед, отведет его клинок в сторону накладкой и выбросит руку с мечом вдоль его руки, нагнувшись вниз и вперед, как и учила ее Ли Цзянь. В подмышку. Уж там-то кираса его не защитит. Шаг вперед… клинки звенят, соприкасаясь… она наклоняется и отчетливо видит удивление на лице испанца, когда она — скользит под его рукой, выбрасывая руку вперед и…

— Puta madre! — к ее удивлению, испанец все еще жив, хоть и схватился за пострадавшую подмышку, а на лезвии ее меча — нет крови. Кольчуга!

— Да ты прямо как Ахиллес… — бормочет она, отпрыгнув от ответного взмаха мечом: — и куда тебя бить? В лицо? Пожалуй, в следующий раз… — она видит, как испанец — отступает назад, послушавшись повелительного окрика священика. Вот я и узнала кто у них главный, подумала она, все-таки этот священник — непрост. Святая Инквизиция? Кто его знает. Она опускает руку с мечом, чувствуя, как изнутри ее скребут тысячи маленьких коготков, как жажда Ци лишает ее энергии и сил. Еще немного, думает она, еще немного, я не могу сейчас сдаться. Чертов Фудзин, сколько было гонора, а сам лег на песок, как и все его бойцы… да почему я всегда на проигравшей стороне выступаю…