300 вылетов за линию фронта - Григорий Евдокимов

КП аэродрома Софии. Командир полка майор В. Ф. Тюшевский ставит задачу: "По данным воздушной разведки, на станции Ниш скопилось 19 эшелонов противника с войсками и боевой техникой. Нашему полку приказано нанести по ней бомбовый удар. Ввиду плохих метеорологических условий, полет будем выполнять под облаками вдоль ущелья и без сопровождения истребителей. Цель прикрывается плотным зенитным огнем. В полет отобрать самые лучшие экипажи. Группу поведу я. Вылет по сигналу ракеты".

Экипажей, которые могли выполнять боевую задачу в таких условиях, набралось 16. Решено пойти двумя группами. Ведущим второй группы назначен наш экипаж. Стоянка самолетов. Техник Борзенков докладывает о готовности самолета к вылету. Мы знали, что, если он доложил о готовности, это действительно так, но по инструкции положено каждому члену экипажа проверить готовность своего оборудования. Летчик проверяет заправку самолета горючим и маслом, исправность рулевой системы, штурман - исправность навигационных приборов и фотоаппаратуры, надежность подвески бомб, стрелок-радист и радист - исправность радиостанции и стрелкового вооружения. Осмотр закончен. Я еще раз уточняю маршрут и расчет полета. Полет предстоит очень опасный. Станция Ниш расположена в узком ущелье, между двумя вершинами гор, высотой более 2000 метров. Примыкают к станции две дороги: одна из Салоники в Скопле, а вторая - с Пловдива в Софию.

Высота нижней границы облаков - 1200-1500 метров. По данным разведки, станцию прикрывало до 20 зенитных батарей. Предварительное решение было такое: до цели идти на малой высоте, а перед самой целью резким маневром набрать безопасную высоту и после сбрасывания бомб вновь уйти со снижением. Опыт таких полетов мы кое-какой имели.

- Что-то ракеты долго нет, - с горечью произносит Ф. Михеев, примостившись на парашюте, под плоскостью.

- Наверное, погода задерживает.

- Скорей бы уж.

Над головой протарахтел "кукурузник" и, не сделав положенного круга, "приткнулся" на окраине аэродрома.

Но вот, шипя и разбрызгивая вокруг зеленые искры, взвилась ракета. И сразу десятки лопастей завихрились в бешеном вращении, отбрасывая назад сильные струи воздуха. Ожили и задвигались стрелки многочисленных приборов, только стрелки навигационно-пилотажного оборудования пока стоят в исходном положении: не наступил еще их черед. Самолет медленно, слегка покачивая плоскостями, выруливает на старт. Рулить нужно через весь аэродром, а он большой и весь забит самолетами: здесь и американские "крепости Либерейторы", немецкие "мессершмитты" и "фоккеры", на которых летают румынские и болгарские летчики и наши "Бостоны" и "Яковлевы".

Американские экипажи даже не маскируют свои самолеты, надеясь на успешное прикрытие аэродрома зенитными батареями и истребительной авиацией. И действительно, немецкие бомбардировщики редко появлялись над аэродромом, хотя он представлял для них идеальную цель.

Высота 1500 метров. Группа ложится на курс. Слева остается город София. Многие дома разрушены и зияют пустыми глазницами окон. Между тем группа приближается к цели, и чем ближе цель, тем больше волнения. За плечами уже немало боевых вылетов - сотни раз приходилось прорываться к цели сквозь завесу огня из пуль и снарядов, каждый из которых мог оказаться роковым. Привыкнуть к этому невозможно, как невозможно не волноваться за исход удара. Стоит нажать боевую кнопку на полсекунды раньше или позже, и бомбы минуют цель, задание не будет выполнено. Особенно большая ответственность ложится на ведущего группы, по сигналу которого сбрасывают бомбы его ведомые. Здесь нельзя, как на учебном полигоне, сделать повторный заход и исправить допущенную ошибку, так как самолеты наши не бронированы, и повторный заход может стоить больших жертв.

По карте крупного масштаба веду детальную ориентировку. Справа и слева зловеще громоздятся почти отвесные скалистые горы, а сверху - свинцовая крыша облаков. Самолеты, натруженно гудя моторами, поднимают свой смертоносный груз на безопасную высоту. Вдали по курсу, на стыке земли и неба, угадывается размытое пятно города Ниш. Самолеты следуют вдоль железной дороги София - Ниш и наша цель - станция, должна обязательно появиться по курсу полета. Цель обнаружила себя раньше, чем мы предполагали, - несколько эшелонов стояли под парами, и клубящиеся барашки светлого дыма служили нам надежным ориентиром. Не ожидая нашего налета в такую погоду, немцы запоздали с открытием огня: первые снаряды зенитных батарей начали рваться в воздухе, когда группа была уже на боевом курсе. И в расчете первых выстрелов зенитчики ошиблись, по-видимому, они думали, что мы идем под самой нижней кромкой облаков, и снаряды ухали где-то метров на 400-500 выше нас.

Стараясь наверстать упущенное, противник все наращивает плотность огня. Огненно-красные брызги разрывов уже мечутся вокруг самолетов. Слышится их противный скрежет и на обшивке нашего самолета.

- Вот дают, гады! - Это командир, и немного погодя, - так и свалить могут.

Мельком перевожу взгляд по горизонту и, кроме клубящихся темно-серых кустов, заполнивших все пространство, ничего не вижу. Зачастило сердце, а во рту стало горько и сухо: неужели накрыли всю группу. Но самолеты не падают, и это немного успокаивает. А станция видна уже и невооруженным глазом. Вся она забита эшелонами и кажется невероятным, как можно разместить столько вагонов на относительно небольшой площади. Небольшой доворот самолета - и коробки вагонов поползли по курсовой черте прицела. Стокилограммовые бомбы, виляя стабилизаторами, длинной цепочкой потянулись к земле. Зарево огня и огромные клубы дыма опоясали цель. Удар получился на редкость метким. Кажется, ни одна бомба не проскочила мимо. Зафиксировав результат, группа развернулась на обратный курс.

После приземления многие техники ахали и охали: столько пробоин, и все вернулись. Они приступили к ремонту самолетов, а мы, довольные полетом, пошли докладывать о выполнении задания. В результате успешной бомбардировки было сожжено 12 эшелонов, разрушены пути и 10 пристанционных зданий. Чтобы восстановить разрушенные нами пути, противнику, по самым скромным подсчетам, требовалось не менее двух суток, поэтому повторный удар по этой станции полком был нанесен 20 и 21 сентября, а 5 октября по ст. Ниш был нанесен последний сокрушительный удар. В результате успешно проведенной воздушной операции движение на основных железнодорожных магистралях было приостановлено.

В небе Югославии и Венгрии

В ночь на 28 сентября 1944 года 3-й Украинский фронт пересек болгаро-югославскую границу и вступил на землю Югославии. А 20 октября столица союзной нам Югославии г. Белград был освобожден от немецко-фашистских захватчиков. 2 ноября 1944 года полк приземлился на аэродроме Ковин, затем мы перелетели на аэродром Петровград, а 16 декабря 1944 года уже сидели на новой точке - Самбор, где мы и встретили новый 1945 год. Экипажи, как и раньше, продолжали дезорганизовать железнодорожные и автомобильные перевозки врага, уничтожать его живую силу и боевую технику на марше и в районах сосредоточения, самолеты - на аэродромах. Наносили удары по крупным опорным пунктам противника. В тесном взаимодействии активно действовали по наземным целям штурмовики и истребители. Армейская газета писала, как-то: