300 вылетов за линию фронта - Григорий Евдокимов

После приземления многие техники ахали и охали: столько пробоин, и все вернулись. Они приступили к ремонту самолетов, а мы, довольные полетом, пошли докладывать о выполнении задания. В результате успешной бомбардировки было сожжено 12 эшелонов, разрушены пути и 10 пристанционных зданий. Чтобы восстановить разрушенные нами пути, противнику, по самым скромным подсчетам, требовалось не менее двух суток, поэтому повторный удар по этой станции полком был нанесен 20 и 21 сентября, а 5 октября по ст. Ниш был нанесен последний сокрушительный удар. В результате успешно проведенной воздушной операции движение на основных железнодорожных магистралях было приостановлено.

В небе Югославии и Венгрии

В ночь на 28 сентября 1944 года 3-й Украинский фронт пересек болгаро-югославскую границу и вступил на землю Югославии. А 20 октября столица союзной нам Югославии г. Белград был освобожден от немецко-фашистских захватчиков. 2 ноября 1944 года полк приземлился на аэродроме Ковин, затем мы перелетели на аэродром Петровград, а 16 декабря 1944 года уже сидели на новой точке - Самбор, где мы и встретили новый 1945 год. Экипажи, как и раньше, продолжали дезорганизовать железнодорожные и автомобильные перевозки врага, уничтожать его живую силу и боевую технику на марше и в районах сосредоточения, самолеты - на аэродромах. Наносили удары по крупным опорным пунктам противника. В тесном взаимодействии активно действовали по наземным целям штурмовики и истребители. Армейская газета писала, как-то:

"У летчиков наших такая порука, такое заветное правило есть: Врага уничтожишь - большая заслуга, но друга спасти - это высшая честь". Описывался такой случай, ставший достоянием всего летного состава. Командир звена 707-го штурмового полка Михаил Антипов с младшим лейтенантом Георгием Дороховым вылетел на разведку. В районе Скопле они заметили на полустанке один эшелон. С первой же атаки они подожгли его, а затем пулеметно-пушечным огнем стали уничтожать разбегавшихся солдат и офицеров противника. Но один из вражеских снарядов повредил самолет Антипова, и он тут же приземлился. К горящей машине устремились фашисты. Но ведомый Антипова парторг Дорохов не оставил в беде своего командира - он приземлил свой самолет рядом с самолетом Антипова. Дорохов вылез из кабины и взволнованно произнес: "Товарищ командир, садитесь за штурвал, а я со стрелками полечу в задней кабине!" Антипов занял место летчика и, когда Дорохов со стрелками уместились в задней кабине, тронул газ, но самолет не сдвинулся с места. "Приготовиться к бою", - приказал он, и тут же покинул кабину. Вслед за ним покинули кабину и остальные.

В это время в небе появились два краснозвездных истребителя. "Наши!" крикнул Дорохов. Это летели Александр Колдунов (ныне дважды Герой Советского Союза, маршал авиации) и лейтенант Виктор Степанов. Опытный летчик, Колдунов, поняв, что наши штурмовики попали в беду, скомандовал: "Атакуем!" Прижав фашистов к земле, они непрерывно поливали их огнем. Воспользовавшись этой помощью, штурмовики дружно взялись за самолет и выкатили его на шоссе. Потом заняли свои места, и Антипов на глазах у изумленных фашистов поднял свой штурмовик в воздух.

Югославский народ и его правительство высоко оценили заслуги советских воинов в освобождении Югославии, наградив их орденами и медалями. А командующий нашей 17-й Воздушной армией генерал-полковник В. А. Судец и генерал-майор авиации А. Н. Витрук были удостоены звания Народного Героя Югославии. Завершение Белградской операции создало условие для развертывания наступательных операций на Будапештском и Венском стратегических направлениях.

26 декабря 1944 года войска 3-го Украинского фронта вышли к реке Дунай севернее и северо-западнее Будапешта, завершив тем самым окружение 188-тысячной группировки немецко-венгерских войск. Венгерское правительство во главе с Салаши сбежало в Австрию.

Во избежание напрасного кровопролития и разрушения Будапешта 29 декабря в расположение окруженных войск были направлены парламентеры капитан И. А. Остапенко, ст. лейтенант Орлов и старшина Горбатюк. На обратном пути выстрелом в спину предательски был убит капитан И. А. Остапенко. В это же время листовки с ультиматумом были разбросаны над Будапештом летчиками Н. Шмелевым и П. Орловым. При сильном снегопаде и плохой видимости летчики на самолетах Ил-2 бреющим полетом прошли над городом и разбросали листовки. Всего за 5 вылетов они сбросили 1,5 миллиона листовок. Битва за Будапешт началась 1 января 1945 года. А 2 января полку была поставлена задача нанести удар по позициям дальнобойной артиллерии противника в районе Будапешта, а точнее, в районе Буды (западная наиболее высокая часть города где когда-то располагалась резиденция бывших королей и правителей Венгрии). Группу приказано вести нам. Ставя задачу, командир предупредил: "Бомбометание нужно выполнить с максимальной точностью. В случае, если позиции артиллерийских батарей обнаружить не удастся, - бомбы сбросьте по запасной цели". Запасная цель располагалась за чертой города. Нам было ясно, наше командование не хотело разрушения памятников старины - одного из старинных городов Европы, насчитывающего 2000 лет. Город Будапешт стоит на перепутье важнейших транспортных магистралей, поэтому битвы, сражения и войны, великие международные столкновения, когда-либо возникавшие на полях Европы, не обходили его стороной, не обошла его и эта война.

Накануне там побывал наш разведчик и сфотографировал этот район. На снимках отчетливо выделялись артиллерийские батареи. Летный состав нанес их месторасположение на свои крупномасштабные карты. Погода в этот день выдалась не очень сложная, но и не простая. Облачность среднего яруса позволяла набрать нужную высоту, но горизонт был закрыт туманной дымкой, ограничивающей горизонтальную видимость. Маршрут был простой - Самбор Будапешт. Шли мы на задание без истребительного прикрытия.

Набрав высоту 1000 метров, легли на курс. Через 10 минут полета прошли Бая. От Баи до Будапешта линия маршрута проходила вдоль Дуная. На участке Бая - Калоча определяю ветер. Он оказался встречным. Путевая скорость отличалась от расчетной на 40 километров. Пришлось прибавить обороты моторам. Заместителем ведущего группы шел М. Клетер со штурманом Ф. Меркуловым. Временами Клетер так прижимал свою машину к нашей, что в его темных под густыми ресницами глазах можно было прочитать озорную мысль: "Смотрите, как я умею и не боюсь". Федя же Меркулов за светлым колпаком кабины был невозмутим - он спокойно и деловито занимался своими нелегкими "бухгалтерскими" делами. Командир отмашкой руки дал понять: "Отойди, мешаешь маневрировать". Клетер, согласно кивнув головой, отошел.