300 вылетов за линию фронта - Григорий Евдокимов

Группе истребителей было приказано разыскать удравшие машины и задержать любыми средствами до подхода наземной группы. Через 15 минут истребители доложили, что машины обнаружены и задержаны. Некоторое время спустя они были захвачены нашими автоматчиками. Задание командования было выполнено. Впоследствии участники всей этой операции были удостоены благодарности народного правительства Болгарии и награждены советскими орденами и медалями.

Описываемые события легли в основу сценарий, по которому был поставлен художественный фильм "Украденный поезд". Военным консультантом на съемках фильма был генерал-лейтенант авиации Н. В. Козлов, руководивший этой операцией в далеком 1944 году.

Курс на порт Салоники

В середине сентября 1944 года после погожих, по-летнему жарких наступили пасмурные дни. Наша воздушная армия, раньше наземных войск вступившая на территорию Болгарии, провела частью сил самостоятельную воздушную операцию с целью нарушить железнодорожное движение на участке Салоники - Белград. Воздушной разведкой было установлено, что на железнодорожной станции Салоники (Греция) скопилось несколько эшелонов с живой силой и техникой, готовых к отправке на помощь фашистской группе войск, действующей в районе Белграда. В порту шла разгрузка с военно-транспортных кораблей. Полк получил задание - нанести удар по железнодорожному узлу Салоники с целью воспрепятствовать выходу эшелонов и вывести из строя сам узел. Удар наносился тремя группами: первую группу вел командир полка майор В. Ф. Тюшевский, ведущим второй группы шел капитан Е. А. Мясников, третью группу предложено вести нашему экипажу.

Покинув КП, мы с майором Егоркиным, как по команде, посмотрели вверх. Небо было затянуто сплошным, набухшим от влаги облачным покрывалом. Влажный ветер дул с Адриатики, и мы знали, что такая погода не скоро изменится. Истребителей прикрытия нам не выделили, да они и не могли бы нас сопровождать - из-за большой дальности полета. Было продумано много вариантов выполнения этой сложной задачи. Сверху облаков мы идти не могли, так как самолеты того времени не имели на борту радиолокационных приборов, позволяющих обозревать местность при отсутствии ее визуальной видимости. Идти ниже облаков было опасно из-за возможного столкновения с вершинами Родопских гор, прикрытых сплошной пеленой облачности. Посоветовавшись с командирами групп, решаем идти под облачностью вдоль долины реки Струма. Это намного удлиняло маршрут, но в какой-то мере делало менее опасным. Но, вопреки нашим ожиданиям, перед самым вылетом небо очистилось от облаков.

Весь полет по маршруту проходил при полном радиомолчании. Когда впереди блеснуло зеркало залива, группа легла на новый курс. До цели 70 километров 11 минут полета. Напряжение возрастает. Мы знаем, что над целью плотный зенитный огонь. Нам было известно, что ранее американские летчики пытались нанести удар по этой станции, но из-за плотного огня к цели прорваться не смогли. Крупный железнодорожный узел и порт Салоники со средней высоты и при хорошей видимости не представляет труда обнаружить за 20-30 километров. Сейчас до цели 10 километров, а ее не видно: горизонт затянут белесой дымкой.

Открываю бомболюки - самолет из-за сильного сопротивления воздуха как бы натыкается на стенку, сбавляя скорость, но опытная рука летчика тут же выравнивает его. Молчит и противник: то ли не видит, то ли не ожидал нашего появления. Наконец, с левого борта впереди появляется синева Салоникского залива, забитая кораблями, и в тот же миг впереди по курсу в окружении пристанционных построек и жилых домов темным пятном виднеется железнодорожный узел. Характерным ориентиром служит водонапорная башня. По мере приближения самолета пятно дробится на отдельные, вытянутые по курсу куски - это эшелоны. Небольшой поворот, и цель в прицеле. Но что это?

Цель пропадает, затем появляется и вновь пропадает, словно кто-то накрывает ее черным дырявым одеялом: догадываюсь - это немцы дали плотный заградительный огонь, и, как бы в подтверждение, тут же последовал сильный удар и хлынула упругая волна встречного потока. Как мощным пылесосом потянуло меня вниз в образовавшуюся дыру. Как бы опережая сознание, левая нога упирается в передний обрез проема. Огромным напряжением физических сил стараюсь удержаться в таком положении, наблюдая за целью. В расчетной точке нажимаю кнопку сбрасывания и по встряхиванию самолета понимаю, что самолет освободился от бомб.

"Здорово накрыли", - кричит радист. А мне и самому видно, как несколько мощных взрывов подняли в воздух клубы огня и дыма. Закрепившись поудобнее, осмотрелся: взрывной волной выбило нижний и верхний люки, начисто смело приборную доску. Я сижу как в аэродинамической трубе. Бешеная струя воздуха больно хлещет по лицу. В кабине ни карты, ни штурманских инструментов - все вытянуло наружу. Пришлось вести самолет по памяти. Когда самолет зарулил на стоянку и летчик выключил двигатель, в проеме люка появляется голова инженера эскадрильи Петрова.

- Жив ли, штурман?

- Жив-то жив, только вот самолет тебе попортили.

- Да! Считай, что в сорочке ты родился, а самолет что - к утру отремонтируем.

И я знал - золотые руки техников и механиков могут делать чудеса. По данным фотоконтроля, этот наш удар был признан отличным, а 19 сентября полк всем составом вторично появился на станции Салоники. Ведущим полковой группы на этот раз шел Н. В. Козлов. Второй полет, как и первый, прошел успешно. Группа вернулась без потерь.

Цель по курсу

Во второй половине сентября 1944 года войска 3-го Украинского фронта вышли на болгаро-югославскую границу. Появилось новое направление боевых действий - Белградское. Важное политическое и стратегическое значение Белграда предопределило крайне ожесточенный характер сражений в ходе этой операции. Для защиты Белграда противник начал отводить свои части с юга Балканского полуострова и из Греции на северозападное направление. Непрерывным потоком шли на север эшелоны гитлеровцев.

17-я Воздушная армия получила задачу - постоянными атаками с воздуха сорвать переброску войск на север. Пока была хорошая погода, бомбардировщики, штурмовики и истребители в буквальном смысле слова висели над дорогами. Но вот погода резко испортилась. Влажный воздух с Адриатики принес с собой плотные массы облаков, которые наглухо закрыли все горные вершины. Противник, воспользовавшись этим, максимально усилил свои перевозки личного состава и боевой техники.

28 сентября перед строем личного состава политработники зачитали памятку-воззвание, в которой говорилось: "Товарищ боец, сержант и офицер! Ты вступил на территорию родной по духу и крови нам Югославии, вступил для того, чтобы настичь и добить раненого фашистского зверя, уползающего под твоими ударами в свою берлогу... Твоя задача, товарищ, состоит в том, чтобы перехватить отступающие по дорогам Югославии немецко-фашистские войска, разбитые тобой в Румынии и Болгарии, а также и те, которые пытаются прорваться в Германию из Греции, Албании и самой Югославии. Воин Красной Армии! Высоко и почетно в Югославии твое имя. Ты окружен любовью и уважением всего югославского народа как воин-победитель, воин -освободитель. Оказывай содействие и помощь югославскому населению, солдатам и офицерам народно-освободительной армии во всем, что поможет нашей борьбе против общего врага - немецко-фашистских захватчиков".