300 вылетов за линию фронта - Григорий Евдокимов

Задание выполнено. И вдруг машину ведущего со страшной силой тряхнуло. В кабину ворвался удушливый запах серы. Темно и трудно дышать... Вспыхнул левый мотор. За стеклами фонаря перекосилось небо, самолет стал падать, не повинуясь больше летчику. Тяжело ранен штурман. С большим трудом летчику удалось сбить пламя с двигателя и вывести самолет в горизонтальный полет.

Отдав команду ведомым следовать обратно самостоятельно, Е. Мясников повел свой поврежденный самолет на одном работающем двигателе. Николай Визир, временами теряя сознание от потери крови, все же сумел вывести самолет на свой аэродром. Доблесть, помноженная на мастерство и бесстрашие, позволила экипажу Е. Мясникова успешно выполнить и это задание. Ровно 200 раз поднимал свой бомбардировщик в дымное небо войны летчик Мясников. Десятки автомашин, танков, орудий было уничтожено, сотни вражеских солдат нашли смерть от метких ударов его.

Командир полка подполковник Иван Иванович Малов и секретарь партийного бюро полка сразу же после посадки поздравили его с двухсотым боевым вылетом и вручили ему два письма. Одно было от колхозницы Орловской области и адресовано "Самому храброму воину", другое - от счетовода из Пензы, на конверте которого было написано "Лучшему бойцу". Таких писем мы получали немало, и они нас поддерживали в трудную минуту. Теплые встречи, поздравления экипажей, выполнивших боевое задание, были хорошей фронтовой традицией.

...Старший инженер полка Н. А. Кузьмин, с группой специалистов, осмотрев поврежденный бомбардировщик, произнес:

- Молодец летчик, что своевременно выключил поврежденный двигатель.

Всю ночь не отходили от самолета механики Сахаров и Максимов. За ночь они заменили пробитое хвостовое оперение и тросы триммеров. Ремонтная бригада за ночь отремонтировала двигатель, заменила пробитые баки. К утру самолет был готов к полету. Не отдохнув после дневных вылетов, летный состав включался в ночную работу. В перерывах между полетами летчики в коротком сне забывались тут же, на стоянках самолетов.

Вспоминается такой случай. Перед рассветом мы вылетели с Егоркиным на разведку района Хущи, Васлуй, Бакэу. Прошли линию фронта - все тихо и спокойно. Никто не шарит по небу прожекторами и не стреляет. Мирно рокочут моторы. Вдруг замечаю, что самолет плавно уводит в сторону с потерей высоты. Говорю летчику: "Держи курс". Летчик молчит, а самолет продолжает уклоняться от курса. "Курс, говорю, держи! - уже громко кричу я, - уснул, что ли?" - "А и вправду, задремал я, штурман", - слышу спокойный голос летчика. Самолет становится на спой курс. "Ты уж постарайся не засыпать больше. А то земля-то не так уж далеко от нас", - говорю ему. "Ладно. Не буду больше".

А 22 августа наша 3-я эскадрилья впервые нанесла бомбовый удар по цели, расположенной за пределами нашей государственной границы - это был небольшой румынский город Хуши, расположенный в узле дорог и переправ через Прут, который к этому времени стал центром притяжения огромной массы войск, как наших, так и противника. Страх и растерянность, охватившие немецкие войска, вынудили немецкое командование предпринять организованный отход на западный берег р. Прут. Разбитая нами в тот день переправа в районе Хуши позволила нашему командованию уничтожить и пленить здесь большую группировку фашистских войск.

Развивая стремительное наступление, войска фронта при содействии авиации 24 августа штурмом овладели столицей Молдавской ССР г. Кишиневом, а к исходу 27 августа вышли на государственную границу. Одержана еще одна победа! Завершена в течение 9 суток одна из самых крупных и выдающихся по своему стратегическому и военно-политическому значению Ясско-Кишиневская операция. Советские войска разгромили одну из крупнейших немецко-фашистских группировок, прикрывавшую подступы к Балканам. Создавались благоприятные условия для освобождения народов стран юго-западной Европы: Румынии, Болгарии, Югославии. Родина высоко оцепила подвиги своих сынов и дочерей, наградив их боевыми орденами и медалями. Ряду частей были присвоены почетные наименования. Нашему полку приказом Верховного Главнокомандующего за активное участие в Ясско-Кишиневской операции было присвоено наименование "Нижнеднестровский". Многие наши летчики, штурманы, стрелки-радисты, стрелки, техники, механики и др. специалисты получили за эту операцию боевые награды.

Вслед за продвижением наземных войск продвигался на запад и наш полк. 25 августа он перелетел на аэродром Зельцы, а 28 - на аэродром Тарутино последнее место нашего базирования на советской земле.

Граница остется за бортом

Шел сентябрь 1944 года, точнее 2 сентября. В этот день мне исполнилось 25 лет. Командование и фронтовые друзья горячо поздравили меня. Было сказано много теплых слов и пожеланий. Этот день был знаменателен для меня и моих товарищей еще и тем, что мы впервые пересекли государственную границу и приземлились на аэродроме Урляска (Румыния). Подлетая к аэродрому, обнаружили, что на нем стоят немецкие самолеты. Стали тревожиться: а что если рядом или в кабинах находятся их хозяева? Но тревога оказалась напрасной. При поспешном бегстве фашисты не успели подвезти бензин, и самолеты остались без горючего.

В это время войска 3-го Украинского фронта, в состав которого входил и наш Нижнеднестровский ордена Суворова III степени бомбардировочный авиационный полк, вышли на реку Дунай. А по другую сторону Дуная полыхало пламя национально-освободительного движения болгарского народа, возглавляемого партией болгарских коммунистов. 5 сентября Советское правительство направило реакционному правительству Болгарии ноту и предложило разорвать свои отношения с фашистской Германией.

7 сентября в полку состоялся митинг, на котором было зачитано обращение Военного Совета фронта. В нем говорилось: "Советские воины! Перед вами Болгария, правительство которой предало свою страну и ввергло болгарский народ в чуждую для него войну. Наступил час расплаты с гитлеровскими разбойниками и их подлыми прислужниками".

В этот же день многие наши экипажи получили задание разведать территорию Болгарии. Подобная же задача была поставлена и перед нашим экипажем. Насколько помнится, маршрут полета проходил через Добрич, Варну, Бургас, Старую Забору, Тырново. Помимо наличия в этих районах немецких войск, нужно было установить и пригодность аэродромов для боевой работы с них. Вместо бомб люки самолета были загружены листовками с обращением Военного Совета фронта к болгарскому народу. Радостно и тревожно было на душе каждого из нас. Радостно оттого, что мы знали: полет будет проходить над территорией дружественного нам народа, а тревожно, потому что нам неизвестна система обороны немцев в этих районах.