Еретики Аквасильвы - Ансельм Одли

— У пятерых их уже не хватает, — с усмешкой заметил Кортьерес.

Моритан провел пальцем по горлу, грозно хмыкнул и сел в кресло.

— Вот образцы руды, — сказал я, порывшись в дорожном мешке, который мне передал Суол.

Мои телохранители остались у ворот, ожидая нашего возвращения.

— Мать сказала, что скорее всего ты захочешь заключить контракт с торговцами Танета. Здесь цена на руду выше, чем в Фарассе.

— Она права, хотя все местные торговцы — жулики.

Я нащупал завернутые в ткань образцы и, оцарапав пальцы обо что-то острое, вытащил самородки из мешка. Отец передал куски породы своим друзьям и критически осмотрел один из них.

— Хаалук и Айстик заверили меня, что руда высшего качества, — заметил я.

— Похоже на то, — согласился Кортьерес и поколупал ногтем красноватый самородок.

Я сидел как на иголках, ожидая, что скажет отец.

— На вид вроде бы ничего. Так ты говоришь, что запасов железа хватит на триста лет?

Он расспросил меня о разговоре с Айстиком и управляющим рудника, затем я передал ему их письма. Будучи его преемником, я должен был помнить малейшие детали. В прошлом он часто распекал меня за невнимательность к мелочам. Я неплохо запоминал слова людей, но цифры и таблицы — несмотря на знание арифметики — были моим слабым местом, поэтому расчеты Хаалука и Айстика хранились у меня на бумаге. Выслушав мой рассказ, отец одобрительно кивнул, и я немного расслабился.

— Ты правильно сделал, что привез образцы. Мне кажется, торговцы Танета заинтересуются таким контрактом. — Он посмотрел на своих друзей. — Это ставит перед нами новую проблему. Мы должны выбрать один из ста пятидесяти Великих домов.

— Одного из ста пятидесяти великих мошенников, — добавил Моритан.

— Похоже, у меня имеется собственный взгляд на решение этого вопроса, — сказал я, разыскивая в мешке небольшой клочок бумаги, на котором Зазан написал свой список. — По пути сюда мы останавливались в Куле. Там я встретил капитана кэмбресской манты, на которую напали пираты. Он показал себя честным человеком. Я думаю, ему можно доверять. По моей просьбе он дал мне список, в котором указаны пять самых уважаемых торговых домов.

— Я смотрю, ты не терял времени зря, — похвалил меня отец. — Завидная предусмотрительность. И что это за торговые дома?

Обычно он редко выражал свое одобрение, а тут я заслужил его второй раз за пять минут.

— Дома Хирам, Бенита, Джилрит, Дашарбан и Барка.

— Итак, круг сузился до пяти воров, — прокомментировал мои слова Моритан. — Только не присматривайтесь к ним пристально, иначе будете гоняться за тенями.

Отец с шутливым раздражением покачал головой.

— А ты можешь сообщить что-нибудь полезное? — спросил он.

— Джилрит работает на дом Форита — самую могущественную преступную организацию.

— Даже не думайте о Форите, — вмешался Кортьерес. — Он злодей и обманщик. Кроме того, ему не понравился Катан. Причем не по вине парнишки. Этим утром Форит предложил мне сделку — как оказалось, очень бесчестную. Вот почему меня не было на собрании. Я отправился на встречу и нашел его в приемном зале дворца. Там он занимался еще одним неблаговидным делом.

Я заметил, что Кортьерес не стал углубляться в детали моего знакомства с лордом Форитом. Наверное, он боялся, что его рассказ может привести к дуэли или крупному скандалу. Отец всегда терял благоразумие, когда кто-то угрожал членам нашей семьи.

— Я против сделки с Форитом, — закончил правитель Кулы.

Мой отец всегда доверял своим друзьям — черта, которую жители Танета, похоже, считали нецелесообразной. В Океании каждый знал, кто друг, а кто враг. На нашем континенте имелось пятнадцать графств и пять союзов, которые сохранялись десятилетиями. Здесь же, как я слышал, нарушение договора было обычным делом.

— Кто-нибудь знает о других торговых домах?

— Дом Дашарбана числится в черном списке Сферы, — робко заметил Сархаддон. — Я могу путать его с каким-то другим домом на букву «д», но, кажется, это он. Если я прав, то сделка с ним принесет вам одни неприятности — например, проверки инквизиторов и сакри.

— Значит, Дашарбан отменяется, — бесстрастно сказал Кортьерес.

Отец утвердительно кивнул.

— С остальными тремя Великими домами мы проведем переговоры. Следующее заседание Совета состоится только завтра. Мы уже пообедали, так что можно навестить торговцев.

Когда все встали с кресел, Сархаддон подошел к моему отцу.

— Если вы не против, я отправлюсь в зиккурат.

— Конечно, не против, — сказал граф Элнибал. — Спасибо за помощь Катану. Желаю тебе успехов в карьере. Не забывай Лепидор. Ты всегда будешь там желанным гостем.

Он сунул руку в карман темно-зеленой мантии и вытащил кошель с деньгами.

— В отличие от танетян мы, жители Океании, всегда благодарим за услуги. Этих денег немного — я пока не богат. Но если они позволят тебе найти в Священном городе могущественного покровителя или авторитетного наставника, я буду очень рад.

— Спасибо, — смущенно произнес послушник.

Выйдя за дворцовые ворота, мы пожелали друг другу удачи. Пожимая руку Сархаддона, я был уверен, что когда-нибудь увижу его вновь.

— Шарлатаны! — свирепо проворчал отец, когда мы вышли из особняка Бенита. — Надменные ублюдки! Если кто-то считает их честными людьми, то я — император Фетии!

Я молчал. В порыве гнева мой отец становился безрассудным, и мне не хотелось распалять его гнев еще больше. В течение трех последних часов мы пытались заключить контракт с Хирамом и Бенита, и оба раза потерпели неудачу. Лукавый и вежливый Хирам нашел правдоподобную причину для отказа. Он сказал, что одна из его мант была захвачена пиратами, и что нехватка кораблей не позволяет ему совершать рейсы в Лепидор — место далекое и совершенно для него незнакомое. Мой отец нехотя согласился, что Хирам проявил порядочность, отказавшись от сделки, которую он не мог исполнить.

Бенита принял нас холодно и недружелюбно. Вопреки рекомендациям Зазана, он показался мне лживым человеком. Я не мог понять, чем объяснялись его оскорбительные ответы и плохо завуалированная враждебность. Похоже, месть Форита уже начинала действовать. Но почему торговый дом отказывался от выгодного контракта? Бенита явно рисковал испортить свою оепутацию среди провинциальных графов. Его причины для отказа были настолько неубедительными, что мой отец пришел в ярость. Неужели Моритан был прав, называя всех торговых лордов подлыми обманщиками?

— Ладно, давай встретимся с Баркой, — устало сказал отец, когда мы удалились от особняка Бенита.

Наши слуги шагали немного поодаль.

— Если и с ним ничего не получится, мы устроим еще один военный совет.