Рождение легенды - Арсений Евгеньевич Втюрин

class="p1">Бакай первым шагнул внутрь дома, оставляя дверь открытой нараспашку. За ним с пылающими факелами в руках вошли ещё пятеро мужиков, ростом и шириной плеч под стать своему вожаку. И только потом промеж них сумел протиснуться Зоремир.

Ему в глаза сразу бросились люди, спящие вдоль стен на широких топчанах и лавках в разных позах. От света факелов некоторые проснулись и с испугом и недоумением смотрели на чужих бородатых мужиков.

Зоремир знал, что в выгороженном шкурами левом дальнем углу было спальное место Бажены. Ему очень хотелось подойти туда и увидеть девушку. Парень уже сделал несколько шагов вперёд, но твёрдая рука Бакая легла ему на плечо:

— Не спеши! Сначала попробуем по правде новогородской решить твой спор с хозяином дома. Покажи мне его!

— Хозяина дома зовут Крев. Вот он! — юноша показал пальцем на поднявшегося с топчана человека.

— А где тот, второй, который тебя в воровстве обвинил?

— Его зовут Свибл. Из-за него вся свара началась. Это тот, что сидит на топчане по левую руку от тебя.

— С ним мне и хочется поговорить! — вожак поманил рукой сидящего на ложе невзрачного мужичонку. — Эй, друже, подь сюды!

На негнущихся от страха ногах Свибл приблизился к Бакаю и замер на месте, подобострастно глядя на него снизу вверх.

— Ну, рассказывай, как дело было! Только не вздумай врать! — в правой руке вожака сверкнуло лезвие длинного ножа. — Для меня человека убить, что цыплёнку топором голову отрубить!

Свибл начал свой рассказ медленно, тщательно подбирая слова, но, уловив тяжёлый и мрачный взгляд Бакая, заговорил быстро и сумбурно:

— Креву слуги донесли, что ватага Дубыни в Новогород вернулась и за добычу свою хорошие деньги от княжьих людей получила. Не сомневался он и в Зоремире. Парень сразу должон был прибежать к нему домой, вено за Бажену принести. Но не хотел Крев такого родича иметь. Мне кажется, что только Ингунн могла его заставить отдать дочь за парня, но она умерла.

— Что, старая ведьма умерла? — воскликнул Зоремир. — Жаль! А я хотел ей горло перерезать!

— Дальше, дальше рассказывай! — Бакай сделал вид, что не услыхал слов юноши.

— Мы сидели за столом в доме Крева с его братом Домославом, когда пришёл этот юный глупец. Он действительно предложил вено и показал нам свой кошель с кучей монет. Похоже, ватаге парень понравился, и серебра ему отсыпали сполна!

— Ну а что было потом? — вожак не позволил Свиблу умолкнуть. — Продолжай!

— Крев сделал мне знак, и я схватился за кошель, пытаясь вырвать из руки Зоремира. Тот оказался сильнее и отшвырнул меня в сторону, но кошель выронил на пол. А потом на парня с ножом накинулся брат Крева. Но Зоремир как-то сумел вывернуть руку с оружием, и длинное лезвие вонзилось в живот Домослава. Брат умер тут же на месте!

— А кошель? Куда делся кошель? — прервал Свибла Бакай.

— Об этом спрашивай у Крева! Я видел, как он взял его и спрятал под своей одеждой.

Вожак перевёл взгляд на хозяина дома, грозно нахмурил брови и протянул вперёд руку:

— Кошель! Подай сюда, ежели хочешь жить!

Перепуганный не на шутку, Крев бросился в дальний угол дома и быстро вернулся обратно, неся небольшой кожаный мешочек с завязками.

— Все монеты тута, можешь не сомневаться, я ничего себе не взял!

Бакай сразу же кинул кошель Зоремиру:

— Проверь, парень, я этим людям не верю!

— Да, мои куны здесь, — подтвердил юноша, вытряхнув серебро на стол.

— Что ж, с выкупом за девку мы разобрались, — ухмыльнулся вожак. — Теперь по правде новогородской рассудим убийство брата Крева. Напомни-ка его имя! Домослав? Кто в его смерти виновен? Ты как считаешь, Свибл?

— Так он же сам на парня с ножом набросился, убить хотел. Зоремир с ним бороться стал, жизнь свою защищал. Потому и не виновен!

— А ты как думаешь, Крев? — Бакай повернулся лицом к хозяину дома.

— Верно рассудил Свибл. Это мы сами во всём виноватые! Не надо было над парнем издеваться!

— Что ж, будем считать его оправданным! — твёрдо и веско произнёс вожак. — А слова, что тут сказаны, при надобности мы, да и слуги ваши на судилище вспомним!

— Ну а что с Баженой случилось? Почему со мной говорить не хочет? Кого она родила? — выпалил Зоремир сразу всё накипевшее у него на душе.

Слегка помявшись, снова заговорил Крев:

— Наши местные старухи колдовскими настоями вытравили у неё зачатое дитё. Не рожала она! А то, что с тобой говорить не хочет, так это я ей велел. Грозился вас обоих убить, коли нарушит сей запрет мой! Думаю, за тебя дюже боится, потому и избегает встреч. Но ты её больше не увидишь. Я отвез Бажену к родичам в Новогород. Запомни, парень, одно: за тебя девка не пойдёт. Забудь, совсем забудь о ней!

— Похоже, мы хорошо поговорили! — Бакай сунул за пояс свой длинный нож. — Пора поблагодарить хозяев за радушный приём. Более делать нам тут нечего.

Один за другим косматые и бородатые мужики вышли на крыльцо и открыто при свете факелов углубились в лес.

Глава 21

— Бочки! За ворота крепости выкатывают бочки! — прозвучал пронзительный женский голос.

Людская масса качнулась и хлынула в сторону города. Все спешили занять место поближе к разливщикам мёда и пива.

Юноша поискал глазами Свира, но того почему-то рядом не оказалось. Подобрав с земли свой кожаный мешок и спрятав в него лук, он перешагнул через верёвочное ограждение и медленно двинулся за пробегающими мимо людьми, по привычке выискивая в толпе знакомые лица.

Неожиданно Альрик уловил на себе чей-то долгий пристальный взгляд и в растерянности остановился, озираясь по сторонам.

Намётанный глаз лучника тут же нашёл среди людского потока одиноко стоящую в трёх саженях от него фигурку девки. Скорее даже девочки.

Что-то во всём её воздушном облике показалось ему удивительно знакомым и родным, но одновременно далёким и расплывчатым.

Длинные, слегка вьющиеся волосы разметались по плечам юного создания, открывая взору Альрика худенькое осунувшееся личико, высокий лоб, крепко сжатые губы и огромные голубые глаза, в которых затаилась грусть. Поверх белоснежной рубахи с длинными рукавами, собранными тесьмой у запястий, был надет расшитый разноцветными узорами сарафан на бретелях, на груди матово поблёскивали висящие на тонких цепочках гривны и мелкие монеты. На ногах виднелись сапожки из мягкой окрашенной кожи. Пальцы рук украшали несколько колец, отливающих желтизной. Судя по всему, девка происходила из состоятельного рода, коли могла себе позволить такую богатую одёжу и украшения.

Сам того не замечая, юноша сделал навстречу