Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

над "папистами", и над лютеранами. Изгнанный, он отправился в Лион и прославился стихами и статьями, но во время ссоры убил художника и бежал в Париж, где Маргарита Наваррская добилась его помилования королем. Он подружился и поссорился с Маро и Рабле. Вернувшись в Лион, он основал типографию и специализировался на издании еретических произведений. Инквизиция вызвала его, судила, заключила в тюрьму; он бежал, но был схвачен во время тайного визита к своему сыну. 3 августа 1546 года он был сожжен заживо.

Самыми выдающимися французскими издателями были Этьены - династия, столь же упорная в печатном деле, как Фуггеры в финансовом. Анри Этьен основал свою типографию в Париже около 1500 года; ее продолжили его сыновья Франциск, Роберт и Шарль; им Франция обязана своими лучшими изданиями греческой и латинской классики. Роберт составил Thesaurus linguae latinae (1532), который стал опорой для всех последующих латино-французских словарей. Для Этьенов латынь стала вторым языком, они регулярно говорили на нем в семейной жизни. Франциск I высоко оценил их работу, поддержал Маргариту в защите против Сорбонны и однажды присоединился к кругу ученых, которые собирались в мастерской Робера; известная история рассказывает, как король терпеливо ждал, пока Робер исправлял срочную гранку. Франциск выделил средства, на которые Роберт нанял Гарамонда для разработки и отливки нового шрифта греческого типа, настолько прекрасного, что он стал образцом для большинства последующих печатных работ на греческом языке. Сорбонна не одобряла заигрывания короля с эллинизмом; один профессор предупредил Парламент (1539), что "распространение знаний греческого и иврита приведет к разрушению всей религии"; что касается иврита, сказал один монах, то "хорошо известно, что все, кто изучает иврит, впоследствии становятся евреями". 1 После тридцатилетних преследований со стороны Сорбонны Роберт перевел свою типографию в Женеву (1552); там, в год своей смерти (1559), он обнаружил свои протестантские наклонности, опубликовав издание "Институтов" Кальвина. Его сын Анри Этьен II поддержал репутацию семьи, выпустив в Париже прекрасные издания классиков и составив в пяти томах "Thesaurus linguae graecae" (1572), который до сих пор является самым полным из всех греческих словарей. Он обрушился на Сорбонну, опубликовав "Апологию Геродота" (1566), в которой указал на параллели между христианскими чудесами и невероятными чудесами, о которых рассказывал грек. В свою очередь, он нашел убежище в Женеве, но кальвинистский режим оказался столь же нетерпимым, как и Сорбонна.

Многие издания этой эпохи были образцами типографики, гравюры и переплета. Тяжелые полуметаллические переплеты пятнадцатого века сменились более легкими и дешевыми обложками из кожи, велюма или пергамента. Жан Гролье де Сервьер, казначей Франции в 1534 году, переплел большинство из своих 3000 томов в левантийский сафьян так элегантно, что они считаются одними из самых красивых книг в мире. Частные библиотеки теперь были многочисленны, а публичные открылись во многих городах - Кракове (1517), Гамбурге (1529), Нюрнберге (1538)..... При Франциске I старая королевская библиотека, собранная Карлом VIII, была переведена из Лувра в Фонтенбло и пополнена новыми коллекциями и прекрасными переплетами; эта Королевская библиотека стала после революции Национальной библиотекой. Многие монастырские библиотеки погибли во время Реформации, но многие перешли в частные руки, а то, что в них было ценного, попало в общественные хранилища. Многое теряется в истории, но сохранилось столько ценного, что не хватит и ста жизней.

II. ШКОЛЫ

Естественно, что революция на время нарушила систему образования в Западной Европе, ведь эта система почти полностью служила церкви, а влияние ортодоксального духовенства нельзя было успешно оспорить, не нарушив его контроль над образованием. Лютер осуждал существующие грамматические школы как обучающие ученика "лишь достаточно плохой латыни, чтобы стать священником и читать мессу .... и при этом всю жизнь оставаться нищим невеждой, не способным ни кукарекать, ни нести яйца". 2 Что касается университетов, то они казались ему притонами убийц, храмами Молоха, синагогами разврата; "ничего более адского .... никогда не появлялось на земле... и никогда не появится"; и он пришел к выводу, что они "достойны лишь того, чтобы быть превращенными в пыль". 3 Меланхтон согласился с ним на том основании, что университеты превращают студентов в язычников.4 Мнение Карлштадта, цвиккауских "пророков" и анабаптистов о том, что образование - это бесполезное излишество, опасность для нравственности и препятствие на пути к спасению, было с готовностью принято родителями, которые жалели о затратах на обучение своих детей. Некоторые отцы утверждали, что, поскольку среднее образование в основном направлено на подготовку студентов к священству, а священники сейчас так немодны, нелогично отправлять сыновей в университеты.

Реформаторы рассчитывали, что доходы от церковных владений, присваиваемые государством, будут частично направлены на создание новых школ взамен тех, что исчезали с закрытием монастырей; но "князья и лорды, - жаловался Лютер, - так заняты высокими и важными делами в погребе, на кухне и в спальне, что у них нет времени" на помощь образованию. "В немецких провинциях, - писал он (1524), - школам теперь повсеместно позволяют разоряться".5 К 1530 году он вместе с Меланхтоном сетовал на упадок немецких университетов.6 В Эрфурте число студентов сократилось с 311 в 1520 году до 120 в 1521 году и до 34 в 1524 году; в Ростоке - с 300 в 1517 году до 15 в 1525 году; в Гейдельберге в том же году профессоров было больше, чем студентов; а в 1526 году в Базельском университете училось всего пять человек.7

Лютер и Меланхтон трудились, чтобы исправить нанесенный ущерб. В Послании к бургомистрам (1524) Лютер обратился к светским властям с призывом создавать школы. В 1530 году, намного опередив свое время, он предложил сделать начальное образование обязательным и предоставлять его за государственный счет.8 Университетам, постепенно восстанавливавшимся под эгидой протестантов, он рекомендовал учебную программу, в центре которой была бы Библия, а также преподавание латыни, греческого, иврита, немецкого, права, медицины, истории и "поэтов и ораторов .... языческих или христианских". 9 Меланхтон сделал возрождение образования главной задачей своей жизни. Под его руководством и при его поддержке было открыто множество новых школ; к концу XVI века в Германии их насчитывалось 300. Он составил "План организации школ и университетов" (1527), написал учебники латинской и греческой грамматики, риторики, логики, психологии, этики и теологии, подготовил тысячи учителей для новых учебных заведений. Его страна с благодарностью назвала его Praeceptor Germaniae, Просветитель Германии. Один за другим университеты северной Германии переходили под контроль протестантов: Виттенбергский (1522), Марбургский (1527), Тюбингенский (1535), Лейпцигский (1539), Кёнигсбергский (1544), Йенский (1558). Профессора или студенты, которые (по выражению герцога Ульриха Вюртембергского) выступали против "правильного,