Замуж не напасть, как с Кощеем не пропасть! - Джейн Лувако

вам так нравится ходить в грязной и мятой одежде, или на это были какие-то причины?

Услышанное отрезвило, опуская на землю. Сразу вспомнилось кто передо мной. Но хозяину замка и Нави не пристало хамить, всё же я девочка воспитанная. Спрятав свой острый язычок за зубами, благовоспитанно кивнула:

— Были причины, — и, не вдаваясь в подробности, впилась зубами в мягкий бок пирожка с ягодами, кажется, с черникой, стараясь не обращать внимания, что от меня ожидают продолжения.

— И какие же? — не дождавшись, нетерпеливо поинтересовался Кощей.

Прожевав и проглотив изумительную выпечку, начала вдохновенно врать, тем более что настроение стало чудесным, не зря мама всегда говорила: «Сытая Даша, добрая Даша, а вот голодная у-у-у… злюка злющая!».

— После полученного нервного стресса я поняла, что хочу есть. Но как попросить и кого, не знала, поэтому пошла искать кухню, проплутав по замку, наконец, добралась до неё. Ограбить не успела, — подпустила небольшую шпильку, — встретилась с богиней кухни и вами, Ваше злодейство, — на последних словах Кощей едва заметно поморщился.

— Даша, давай на «ты» и по имени. Меня, кстати, Костей можно называть, — от этих слов чуть не подавилась вкусным настоем, удивлённо рассматривая почти обычного парня, сидящего напротив меня. — Но руки ты успела вымыть, — отметил мимоходом он.

— Успела, — не стала отнекиваться, вот ведь глазастый. — Кость, а ты не боишься, что я тебя отравлю? — вопрос вырвался быстрее, чем я сообразила, что такое не стоит спрашивать.

По мне полоснул острый взгляд. Я прямо-таки почувствовала его физически, и тут же он вновь опять стал обычным, словно Кощей что-то решил про меня, и это было в мою пользу.

— Нет, не боюсь, — всё же заговорил он, хотя я уже и не ждала ответа. — Во-первых, меня нельзя отравить, я бессмертный. Ну помучаюсь коликами и несварением желудка и всё. А во-вторых… — он слегка задумался и сказал не то, что я ожидала. — Даша, скажи, почему ты меня так ненавидишь?

Хорошо, что в этот момент я ничего не ела и не пила, подавилась бы как пить дать. Теперь уже я задумалась, вспоминая все наши встречи. М-дя… по-другому и не подумаешь.

— Да нет, наверное, — начала, но меня перебили.

— Нужное подчеркнуть?

Это он что шутить умеет, или на полном серьёзе?

— Ага, — неуверенно улыбнулась. — О ненависти речь-то не идёт, — смущённо промямлила. — Просто стечения неприятных обстоятельств и недопонимания, — глянула на задумчивого парня и добавила: — Ну я так думаю.

— А сны твои и видения? Тоже скажешь недопонимания? — фыркнул он, смотря с насмешкой, но явно ожидая честного ответа.

Я же, вспомнив о чём он говорит, поняла, что всё-таки стоит объясниться с парнем по-хорошему, ну а то мало ли ещё комплексами из-за меня обрастёт. А оно нам надо?

— Понимаешь, в детстве читая сказки… Короче, Баба Яга и Кощей Бессмертный совершенно не соответствуют действительности. У меня сохранились чёткие образы: Яга — Костяная нога, нос крючком, горб торчком, в ступе летает, малых деток собирает… — с каждым моим словом глаза Кости увеличивались и, наконец, не выдержав, он захохотал весело, заливисто, заразительно, не поддаться магии смеха оказалось невозможно, и уже мы вдвоём смеялись над описанием.

— Ты только ей не вздумай сказать, — уже практически успокоившись, но ещё посмеиваясь, предупредил Кощей, — она, конечно, не обидится, но ей это будет неприятно. Она и так, узнав, что её люди рисуют колченогой, вечно упирает на это. А я какой у вас? — уставился на меня с любопытством?

— Ну… — честно говоря, было почему-то стыдно рассказывать, но он ждал с такой детской непосредственностью, что, тихо вздохнув, раскололась: — Старый страшный старик, худой и нескладный, с длинными пальцами и когтями, и длинным носом крючком.

Кощей слушал задумчиво, словно сопоставляя мои слова с видением из сна.

— М-да… — криво улыбнулся он, — красавчик. Теперь понятно твоё отношение…

За столом повисла неловкая пауза. Она словно рвала что-то хрупкое и невесомое, только что появившееся между нами. Мне больше понравилось, когда мы хохотали вместе, тогда было ощущение лёгкости, тепла и близости, словно мы давно знали друг друга.

— Кость, а ты не боишься, что тебе подольют приворотное зелье? — спросила и прикусила язык, проклиная себя за несдержанность.

— Меня нельзя опоить, это как яд, на меня не действует, — совершенно спокойно отреагировал он. — А ты хочешь меня приворожить? — тут же сверкнул лукавой улыбкой, заставив покраснеть и отчаянно замотать головой, боясь выдать себя, я же ещё не знала на ком мне предстоит проверять действие зелья.

— И всё же, — теперь мне терять было уже нечего, разговор начат, — вдруг кто из невест не в курсе этого и подольёт тебе приворотное средство, что будет?

— Да ничего, — он равнодушно пожал плечами. — Хотя… — явно что-то вспомнил и в его глазах промелькнуло понимание, от которого похолодело в груди и захотелось побиться головой о стол или стену. — У меня от гриба змееголова всегда голова болит, — насмешка буквально читалась в его взгляде, но прямо он ничего не говорил, а моя наглость подняла голову:

— Большое спасибо за ужин в приятном обществе, — мило улыбнулась, поднимаясь, — но мне хотелось бы помыться после ваших подвалов.

— Опять на «вы»? — с мягкой улыбкой попенял он, а я загляделась, как же меняла его эта улыбка.

Встряхнувшись и дав себе подзатыльник, чтобы не забывалась кто передо мной, и что я делала на кухне, поспешила сбежать, благо дорогу помнила.

* * *

Гордясь собой, утром я шла в столовую. Зелье за ночь настоялось и теперь слабо флюоресцировало в маленьком флаконе. Не знаю, насколько оно получилось приворотным, но то, что было волшебным, не вызывало сомнений. Невестушки, как на подбор, ожидали меня в коридоре, не спеша в обеденный зал.

— Ты приготовила зелье? — нетерпеливо шагнула мне навстречу Шинла, ищущим взглядом уставясь на мои руки, остальные девушки, последовав её порыву, тоже придвинулись ко мне, окружая со всех сторон и закрывая от посторонних взглядов.

— Да, можете убедиться, — спокойно, с чувством собственного достоинства, извлекла пузырёк из кармана и продемонстрировала его.

Рука Шинлы жадно потянулась к нему:

— Дай проверю, может, ты врёшь!

Я уже собиралась его вручить