Россия и мусульманский мир № 2 / 2012 - Валентина Сченснович

Что же касается нефтяников, то эта отрасль продолжает оставаться крайне отсталой, в наименьших относительных объемах извлекающей нефть из недр, неполно использующей передовые технологии. В нефтепереработке налицо явная деградация отрасли, которая не способна обеспечить нормальным бензином даже внутренние потребности страны и вынуждает правительство выдвинуть предложения о толлинге, т.е. направлении нефти зарубежным производителям бензина и дизельного топлива с их последующим импортированием в нашу страну. К тому же мы продлили существование в России давно изживших себя в других странах мира отсталых стандартов бензина «Евро-2». Большего позора для нефтепереработки, принадлежащей компаниям «Роснефть» и «Газпромнефть» и нефтяным олигархам, буквально купающимся в деньгах, трудно себе даже представить. Имея лучшие в мире условия для развития нефтехимии и производства синтетических материалов, Россия не входит даже в десятку стран по ее развитию и тем более потреблению, зато занимает 1 – 2-е места по добыче и вывозу сырой нефти и газа.

Передовые страны мира постоянно экспериментируют и находятся в непрерывном поиске оптимального сочетания бизнеса, рынка и экономической роли государства. Роль государства в экономическом развитии передовых стран крайне велика. В одних странах это проявляется в высоком удельном весе бюджета в валовом внутреннем продукте – таковы страны Западной Европы. В США доля бюджета в составе ВВП относительно невелика, вдвое ниже, чем в Европе, но зато огромны государственные закупки продуктов и услуг у частного бизнеса, что также является формой госрегулирования. За многолетнюю историю государства отработали инструменты и механизмы воздействия на экономику через налоговую и таможенную политику, через регулирование валютного курса, процентную политику, госконтроль за отдельными сферами деятельности, особенно в части антимонопольного законодательства и обеспечения конкурентной среды. Россия и здесь не использует опыт передовых стран.

Зато мы нашли свой, порочный, как признано всеми, путь огосударствления всех сторон экономической жизни. Даже правительство уже задыхается от этого огосударствления, все время провозглашая и разрабатывая программы массовой приватизации коммерческой государственной собственности, не выполняющей никаких государственных функций, а лишь обременяющей госбюджет, тянущей соки из государственной казны. Один пример АвтоВАЗа чего стоит! А РЖД, Газпром, Роснефть, Аэрофлот, в которые правительство тоже вливало непомерные деньги в период кризиса, в угоду которым ежегодно повышает цены и тарифы и предоставляет ряд льгот? Или Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, которые буквально разоряли государство в период кризиса, получая долговременные триллионные дешевые кредиты для продолжения своей неэффективной деятельности, чего были лишены другие, негосударственные банки?

Непродуманная государственная политика, политика без четких стратегических целей и ориентиров, не нацеленная на использование передового зарубежного опыта, завела страну в достаточно тяжелую экономическую ситуацию в период послекризисного развития: устаревшая до предела материально-производ-ственная база народного хозяйства, крайне отсталая структура общественного производства, слабое развитие высокотехнологических наукоемких производств, катастрофическое отставание в жизненно важной сфере – в сфере экономики знаний. Но если по рейтингу уровня экономического развития среди 146 стран мира Россия все же занимает 43-е место, то все ее социальные показатели в лучшем случае входят во вторую полусотню, а показатели жилищной обеспеченности, размеры пенсий по отношению к средней зарплате, продолжительности жизни и качеству здравоохранения занимают уже сотые места в международных рейтингах.

Такое отставание социальной сферы показывает, что в этой области, где нет стимула к конкуренции, требующей реконструкции отрасли, как, например, в металлургии, хуже всего используется передовой опыт. Выше говорилось о пенсиях, ЖКХ, здравоохранении. По-видимому, это связано, с двумя обстоятельствами.

Во-первых, значительная часть социальной сферы регулируется государством и не носит рыночный характер. Поэтому здесь сохранилось больше, чем в других сферах, пережитков социалистической системы, где государство брало на себя значительную долю финансирования жилищно-коммунальной сферы, пенсий, здравоохранения и т.п.

Во-вторых, из-за нерыночного характера функционирования значительной части социальной сферы здесь менее значим зарубежный опыт, поскольку отсутствует конкуренция со стороны зарубежных компаний, которая вынуждает многие производственные отрасли проводить модернизацию, как это было в металлургии, частично – в пищевой промышленности, в мобильной связи и ряде других отраслей.

При переходе от планово-централизованной административной системы к рыночной экономике социальная сфера в результате перечисленных причин изменилась в наименьшей степени. Она во многом сохранила прежние социалистические принципы и коренным образом отличается от социальной сферы развитых рыночных стран. Это относится не только к приведенным выше примерам, касающимся пенсионной системы, финансирования здравоохранения, жилищно-коммунальной системы, фактического отсутствия налога на недвижимость и землю для населения, крайне низкого и неэффективного подоходного налога. Если рассматривать социальную систему России в целом, то она, как и в советские времена, огосударствлена в гораздо большей степени в сравнении с другими сферами социально-экономического развития. Здесь преобладает иждивенчество, и люди в массе ждут (не просто ждут – требуют) от государства многих социальных благ вместо того, чтобы самим заработать деньги и приобрести эти блага по рыночным ценам. При подобном построении социальной сферы, совершенно не соответствующей стране с преобладанием рыночного хозяйствования, получается, что государство всем должно, и в результате у него не хватает ресурсов для удовлетворения потребностей людей в социальных благах. Из-за этого при монетизации социальных льгот государству пришлось дополнительно затратить 0,5 трлн. руб., чтобы перейти к неэффективной системе бесплатного предоставления лекарств, постоянно дающей сбои и требующей ежедневного государственного контроля, чего нет ни в одной стране. По той же причине столь велики ожидания строительства социального жилья, частичного государственного финансирования (в разных областях и сферах), столь активны требования намного увеличить бесплатную составляющую здравоохранения и образования, столь высок градус всеобщего недовольства низкими пенсиями, в полном объеме оплачиваемыми государством, – так что государственные органы вынуждены перенапрягать свой бюджет и даже в период кризиса повышать пенсии, увеличивать объем строительства социального жилья, предоставлять все новые и новые льготы населению.

Это – тупиковый путь, поскольку неограниченно потакать иждивенчеству – значит, все больше подогревать общественное недовольство. Об этом свидетельствует опыт тех развитых рыночных стран, которые долгое время пребывали под руководством социал-демократов, лейбористов или просто демократов, как в США, и во время правления которых по отдельным направлениям населению были даны чрезмерные льготы, как во Франции. А когда бюджета стало не хватать и потребовалось ужесточить социальную политику, например немного поднять пенсионный возраст или увеличить платность образования, сотни тысяч и даже миллионы людей вышли на улицы с протестами, крестьяне, привыкшие к государственным льготам, протестовали против зарубежной конкуренции, пытаясь завысить цены на продовольствие, перекрывали дороги тракторами и т.п.

Но все это – только цветочки. Со временем нас могут ждать гораздо более тяжелые социальные потрясения, если мы продолжим свой тупиковый путь предоставления все новых и новых социальных льгот и создания все новых и новых условий для роста иждивенчества. Взглянем на построение социальной системы России в целом. Из-за многочисленных государственных льгот и предоставления многих социальных услуг полубесплатно в стране поддерживается относительно низкая заработная плата в сравнении с уровнем экономического развития, с достигнутым размером производительности общественного труда. Доля заработной платы в себестоимости товаров и услуг в ВВП в России – один из самых низких показателей среди рыночных стран.

Если бы у нас был нормальный прогрессивный подоходный налог, пусть на минимальном уровне среди развитых стран (как, например, в США), нормальный налог на недвижимость, пусть по самой низкой из принятых в рыночных странах ставке (0,5 % от рыночной стоимости недвижимости), существовали бы рыночные цены на жилищно-коммунальные услуги, население отчисляло бы 10 % своего дохода на пенсии и, скажем, 6 % на частичное возмещение медицинского страхования, откладывало хотя бы 5 % дохода на частично платное будущее высшее образование детей, то для поддержания существующего уровня реальных доходов их номинальная величина должна была бы быть как минимум вдвое выше. Медианная зарплата в России при ее нынешнем уровне экономического развития (более 20 тыс. долл. на душу населения по паритету покупательной способности) должна была бы быть порядка 1 тыс. долл., а не 500 долл., как сегодня. А взамен значительно сократились бы затраты бюджета и государственных внебюджетных фондов на пенсии, оплату жилищно-коммунальных услуг, немного сократились бы расходы на здравоохранение и образование и существенно пополнился бы бюджет за счет увеличения объема налогов, взимаемых с населения.