О чём молчат псионики (СИ) - Ео Рэеллин Евгения

— Ясно, — пробормотал Лиам и наконец придумал, что ответить: — У меня завтра вечером дежурство по графику, но в следующую пятницу я свободен.

— Окей, — просиял Джастин и, схватив поднос, встал из-за стола.

Опять вернувшись к созерцанию омлета, Лиам затылком ощутил взгляд. Точнее, на него смотрели десяткиглаз — оценивая, рассматривая, что за фрукт этот новый медик. Но один человек смотрел иначе — украдкой подняв голову, Лиам заметил блондинку с короткой стрижкой: внимательный, изучающий взгляд её голубых глаз прочитать было практически невозможно. Или, скорее, Лиам никогда не встречался с таким спектром эмоций. Да, там имелся интерес, как и у как минимум троих в столовой, но было что-то ещё, чего нельзя было разгадать, как он ни старался. Как ни странно, на кителе девушки красовались лейтенантские нашивки.

Средоточием возможного досуга военных на «Аполлоне» действительно служила кают-компания — ещё одно большое помещение, где находились аэрохоккейи другие нехитрые игровые автоматы, а также стояли бильярдные столы. В зале была даже барная стойка — здесь, по словам Джастина, каждую пятницу наливали всем желающим пиво, употребление более крепкого алкоголя на крейсере не приветствовалось. Кают-компаниянаходилась неподалёку от столовой — это Лиаму подсказала карта крейсера, предусмотрительно загруженная в комм. Оказавшись в одиночестве, Лиам озирался, рассматривая видавшие виды серые диванчики и автоматы. Потом почувствовал, что кто-то за ним наблюдает.

— Кто здесь? — громко спросил Лиам.

— Лейтенант Джонсон, — выходя из полумрака, ответила та самая светловолосая девушка. Если присмотреться, на вид ей было не больше тридцати.

— Вы следите за мной?

— Нет, док, просто хотела попросить таблетку, голова с утра болит, — соврала тут же она: Лиам различал ложь, особенно такую незатейливую, но общение с лейтенантом не вызывало чувства угрозы.

— Тогда вам к доку Конелли, — ответил он. — Она дежурит ещё три часа. Заодно и проведёт диагностику, головная боль — симптом множества серьёзных заболеваний.

— Спасибо за заботу, лейтенант?..

— Олдридж, — представился Лиам.

— Вивиан, — улыбнулась она и по-свойски подала руку. — Я командир авиагруппы «Аполлона».

— Лиам.

Телесный контакт, в том числе и рукопожатие, значительно усиливал эффект эмпатии, потому Лиам каждый раз стремился выстраивать блок, позволяющий защититься от концентрированных ощущений собеседника. А сейчас не успел — ингамм слегка затормаживал его реакции. И сполна окунулся в противоречивую мешанину чувств, разрывавшую Вивиан изнутри — ей отчаянно нравился собеседник, настолько сильно, что переключить мысли на что-то или кого-то было сложно. Хотелось быть рядом, потрогать волосы, провести рукой по лицу…

— Могу проводить вас до лазарета, там и возьмёте таблетку, — предложил Лиам, чтобы заполнить пугающую тишину.

— Буду благодарна. И можно на «ты».

— Хорошо, — улыбнулся Лиам.

Путь был неблизким — медблок по понятным причинам находился в максимальной близости от посадочного дока и ангаров. В режиме чрезвычайной ситуации медики получали приоритет, и тогда все коридоры и лифты работали на доставку раненых и пострадавших в лазарет, но в обычное время приходилось покрутиться по замысловато устроенному крейсеру.

Двери лифта уже закрывались, когда туда вошли два псионика — те самые, которых Лиам видел в день прибытия на «Аполлон». Он невольно вжался в угол кабины, хотя менталисты сразу же повернулись к остальным пассажирам спиной, гипнотизируя выход. Когда они покинули лифт, Вивиан шепнула ему на ухо: «Эти уроды до следующей пятницы с нами». Лиам понимающе кивнул в ответ, хотя поймал себя на мысли, что сам является точно таким же уродом. Только ещё и скрывает свои способности.

Глава 2

Когда они с Вивиан дошли до лазарета, то обнаружили там не только Энн — с ней был старпом Джозеф Блэкмор, мужчина лет сорока пяти с хмурым или, скорее, жёстким выражением лица и белоснежными от седины волосами.

— А, новый медик, — оценивающе посмотрел на Лиама Блэкмор, — смотрю, времени не теряете.

— У лейтенанта Джонсон болит голова, сэр, — ответил Лиам.

От старпома в буквальном смысле скрутило нутро: хладнокровный, режущий остриём взгляда, словно клинком. Лиам мысленно сказал себе держаться от Блэкмора подальше — слишком пугало то, что лежало даже на поверхности.

— Симулировать плохо, Вивиан, — неодобрительно произнесла Энн, когда Блэкмор покинул медблок.

— Я не симулирую, голова правда болит, — с достоинством возразила она.

— Хорошо, будь по-твоему, — ухмыльнулась Энн. — Тогда в качестве профилактики назначу инъекции витаминов. Пять раз.

— Конечно, док, — улыбнулась Вивиан и скрылась за дверью.

— Милая девушка, — невозмутимо произнесла Энн. — Я даже знаю, в чьё дежурство она будет приходить на процедуры.

Отвернувшись, Лиам скрыл улыбку — бесхитростная уловка Вивиан имела под собой лишь одну цель: поближе познакомиться с новичком в экипаже. И Лиам не мог сказать, что девушка ему не понравилась — рассмотрел поближе: яркие голубые глаза на лице справильными чертами, очаровательная, пусть и асимметричная, улыбка. А ещё от Вивиан не исходило угрозы. По крайней мере, привычного желания доминировать и скрытой агрессии он не чувствовал, хотя Вивиан была старше по возрасту и фактически старше по званию.

Во время следующего завтрака Лиам ощутил на своей шкуре, что такое настоящие агрессия и доминирование — когдаза его столик сели лейтенант Паркс и сержант Уотсон, служившие в штурмовой группе «Аполлона». Военные лет тридцати с небольшим хвостиком с нездоровым интересом разглядывали новичка в столовой ещё днём ранее, а теперь перешли к непосредственному знакомству.

— Лиам, значит, — не очень дружелюбно усмехнулся Джейк Паркс. Хорошо или нет, ингамм блокировал большинство эмоций, и Лиам лишь осторожно улыбнулся в ответ. — Вечером в бар пойдёшь?

— У меня дежурство, — без особых сожалений ответил отказом Лиам и занялся детальным изучением хлопьев в своей тарелке.

Повышенное внимание уже начало напрягать — наверное, помимо начальницы, он мог без опаски общаться только с Вивиан и с Джастином.

— Привет! Ну как, освоился? — спросил его последний за обедом.

— Почти, — пожал плечами Лиам.

— Штурмовики не наседают?

— Ты про Паркса и Уотсона?

— Ага, доставучие такие, — нахмурился Джастин: Лиам услышал отдалённое эхо неприятных воспоминаний, но из-за принятого ещё утром ингамма до визуальных образов опять не дошло.

— Тоже до тебя докапывались? — поднял брови Лиам.

— Слушай, на двести шестой молл есть, тебя-то в увольнительную пока не пустят, — перевёл тему Джастин, — а я могу купить. Надо чего?

Решив, что ещё не созрел до конкретных пожеланий, Лиам покачал головой в ответ.

За следующую неделю, которую занял путь до базы «YT-206», Лиам полноценно изучил свои должностные обязанности. А ещё сделал некоторые выводы об Энн — объём работы в лазарете был не настолько большим, чтобы страдать от изнурения. Но начальница всё равно выглядела далеко не отдохнувшей. Точно такой же, какой он её встретил в первый раз. Значит, доктор устала вовсе не от работы?

Лиам узнал ответ спустя два дня, придя в лазарет часом раньше, чтобы не пересекаться в коридоре с Уотсоном. В дверях столкнулся со старпомом, который, презрительно скривившись, отправился к лифтам. Даже блокировка чужих эмоций лекарством не помешала Лиаму увидеть картинки того, что только что происходило в закрытой палате. Энн выглядела утомлённой, разочарованной, но, видимо, отказать Блэкмору не могла. Обсуждать и, более того, осуждать роман доктора и второго человека на «Аполлоне» не имело смысла: один в паре чувствовал себя подавленным и угнетённым, а второй — пользовался положением. Прежде всего Лиам подумал о том, как такое допустил полковник? На первый взгляд, показался вменяемым и рассудительным человеком.

— Блэкмор так сильно отличается от Сантьяго, — Лиам решился поговорить во время одного из обедов.