О чём молчат псионики (СИ) - Ео Рэеллин Евгения

Как Лиам и предполагал, Вивиан восприняла информацию о контакте с Консорциумом с немалым волнением. Видимо, и её заставили переживать слова телепатов о том, что за Лиамом должны вернуться.

«Для чего ты им нужен сейчас?»

«Сам бы хотел узнать ничуть не меньше и как можно скорее. Ты мне веришь?»

«Верю».

— У нас рейд в восьмом секторе, — вдруг сказала вслух Вивиан. — Красная эскадрилья в полном составе.

— Целая эскадрилья? Дюжина машин, — почувствовал подвох Лиам. — Обычно же звенья отправляют.

— Сантьяго распорядился.

— Удачи там, — поцелуй на прощание был нежным.

Густое, тягостное чувство тревоги не отпускало Лиама весь следующий день: на дежурстве он старался отвлечься нарочно придуманной работой — просмотром инструкций по использованию ботов и изучением регламента техобслуживания медкапсулы, а вот в столовой, как всегда, забирали на себя внимание визоры с политинформацией о беспорядках на Дарне.

В назначенное время Красные на «Аполлон» не вернулись, установить с ними связь также неудавалось. Не выдержав, Лиам отправился к командному мостику крейсера, чтобы узнать больше о судьбе Вивиан и остальных пилотов, но дойти не успел — заметил в коридоре ведущих оживлённый диалог командира и старпома и остановился так, что его не было видно.

— Надо отправить поисковую группу, — сказал Сантьяго.

— И потерять ещё две эскадрильи? — нахмурился Блэкмор. — Мы не знаем, кто мог так легко справиться с двенадцатью истребителями. Раньше пропадали одна-две машины, но и их ни разу не нашли.

— Тогда «Аполлон» сам прыгнет в восьмой сектор.

Подождав немного, Лиам решил вернуться в лазарет — его расспросы казались лишними, особенно на глазах Блэкмора. Старпом вызывал неприязнь: чем меньше знает о его симпатиях к Вивиан — тем лучше.

Крейсер действительно совершил прыжок в сектор, где потерялась Красная эскадрилья. После выхода из гиперпространства Лиама охватило странное ощущение, что Вивиан рядом — в общедоступных источниках не было ни слова о том, что телепаты способны чувствовать на расстоянии. Но перепутать он не мог: Вивиан где-то неподалёку и ей очень плохо. Найти себе место в данной ситуации едва получалось — если бы Лиам имел возможность рассказать о своихспособностях, поиски бы значительно упростились. Но даже ради Вивиан Лиам не мог раскрыться. Потому оставалось только ждать.

Спасателям невероятно повезло: через несколько часов дрейфующий среди астероидов истребитель Вивиан нашли — системы жизнеобеспечения были практически на нуле. И то потому, что она снизила подачу кислорода, не сделала бы этого — была бы уже мертва. Лиам и Энн ожидали поисковый отряд в посадочном доке с активированной медкапсулой — любое промедление могло негативно повлиять на исход лечения.

Обморожение в сочетании с ожогами, гипоксия головного мозга — самые логичные последствия нескольких часов пребывания в полуразвороченной кабине истребителя в открытом космосе, лёгкий костюм пилота при серьёзных повреждениях машины полноценно не защищал.

На работу медкапсулы, по расчетам Лиама, должно было уйти несколько дней — всё это время он планировал находиться рядом с Вивиан.

— Эй, Лиам, иди поспи уже, — с усталой улыбкой сказала Энн. — Никуда твоя спящая красавица не денется.

Лиам растерянно кивнул, якобы согласившись, и продолжил дежурство на кушетке у капсулы — объяснить начальнице, что пытается услышать малейшие отголоски сознания своей девушки, не представлялось возможным.

Через двое суток он наконец достиг успеха — в сознании проступили образы схватки, в которой участвовали не только Призраки, знакомые по расплывчатой голограмме из гипера, но и огромный корабль, по прикидкам Лиама, превосходящий габаритами «Аполлон». «Флагман», — подумал он. Первое желание — пойти и рассказать обо всём руководству — Лиам подавил. Просто находился в лазарете, пока с ним не заговорила Вивиан.

«Лиам, я тебя слышу. Ты здесь?»

«Да, как ты?»

«Не чувствую своего тела».

«Это медицинский сон или что-то типа того, через день отключим».

«Лиам, там было…»

«Я видел — у тебя в голове».

«Надо сообщить Сантьяго, флагман может быть где-то поблизости».

«Как ты это представляешь? Я расскажу ему, что прочитал твои мысли?»

«Ты прав. Я не знаю».

«Я чувствовал тебя, пока искали. Еле выдержал, чтобы не пойти и не предложить свою помощь».

«От псиоников, если так посмотреть, одни плюсы».

«Скажешь тоже».

До пробуждения Вивиан оставалось несколько часов — Лиам отслеживал сводки от патрульных, но огромный корабль Призраков в них не упоминался. Бортовые записи найденного истребителя были безвозвратно утеряны, но анализ радиоактивного следа в восьмом секторе позволил сделать вывод об органическом происхождении нападавших кораблей.

Вызов от Блэкмора посреди ночного дежурства застал врасплох.

— Олдридж, дуй в док с чем у вас там есть для инорасников, — скомандовал старпом.

Собрав необходимое — медсканер, набор первой помощи, — Лиам через пару минут оказался в зоне посадки, чтобы увидеть дарнийский корабль: необычной формы, небольшой, скорее напоминающий простейшее земное одноклеточное, увеличенное в бесчисленное количество раз, чем транспортное средство.

— Перехватили у зоны перехода, — прокомментировал Бакс, один из штурмовиков. — Полковник хочет побеседовать с дарнийцами.

Силовое поле крейсера посадило необычный звездолёт рядом с платформой, где его уже ожидали командир «Аполлона», штурмовая группа и медик.

— Полков-в-вник Сантьяго, — начал показавшийся на трапе дарниец, он действительно был облачён в скафандр, похожий на бочку на антигравах, а голос звучал странно, поскольку синтезировался искусственно. — Надеюс-с-сь, вы понимаете, что наруш-ш-шаете дипломатичес-с-ские с-с-соглашения меж-ж-жду наш-ш-шими гос-с-сударс-с-ствами?

— У меня к вам несколько вопросов, господин Оради, — командир был серьёзен как никогда, — после этого можете быть свободны.

— Почему нельз-з-зя з-з-задать их по с-с-связ-з-зи?

— Опасаюсь, что нас прослушивают, — покачал головой полковник. — Итак, что вы знаете о таких кораблях?

Сантьяго приказал вывести в режим голограммы изображение Призрака. Лиам, как увидел дарнийца на платформе, усилием воли заставлял себя дышать: сознание этого существа было оглушающим и ослепляющим одновременно. Гул нарастал, а белые вспышки затмевали разум.

— Наш-ш-ше пр-р-равительс-с-ство не имеет к ним отнош-ш-шения… — последнее, что услышал Лиам прежде, чем провалиться в ошеломляющую белизну забытья.

Пришёл в себя уже на кушетке в лазарете — ощущение, что его мозг высосали через уши, взбили миксером, а потом засунули обратно, не отпускало.

— Вот будешь знать, как сутками не спать, — усмехнулась Энн. — Когда вытащим Джонсон из медкапсулы, тебя туда уложим, а то довёл себя — грохнулся в обморок на ровном месте.

Лиам натужно улыбнулся в ответ — реальную причину она всё равно не поймёт. Не зря в сети говорилось, что у многих жителей Дарна есть телепатические способности. На собственной шкуре ощутил, что такое инорасный ментальный удар…

Уже вечером по официальным каналам пришло сообщение о том, что Земля объявила войну Дарну: информация многократно повторялась на всех визорах крейсера.

«Что теперь будет, Вивиан?»

«Война».

«Это я понял, но как людям справиться с дарнийцами, если их технологии гораздо продвинутее наших».

«Думаешь, летать в космосе на огромном ките вместо консервной банки — признак превосходства?»

Вивиан становилось всё лучше, потому работу медкапсулы Лиам остановил раньше положенного срока. Тут же, не стесняясь, поцеловал её в губы.

— На вас посмотришь, от сладости тошно становится, — закатила глаза Энн, не вовремя зашедшая в палату. — Жаль, каюты с двуспальной кроватью только у Сантьяго и Блэкмора.

В этот момент Лиам понял, что за время своего многодневного дежурства в лазарете ни разу не видел старпома — да и Энн, казалось, тоже немного ожила. Лиам не знал, почему Блэкмор оставил доктора в покое. Кто вообще сказал, что оставил? Можно же встречаться в каюте.