Хоккейная сделка - Кристен Граната

Она гримасничает.

— Извини.

— Ничего страшного. Это все равно лучше, чем с Маком. Он на протяжении всего времени, пока сидит сзади, шутит о том, что вставит мне член в задницу.

Это вызывает у нее улыбку.

— Неудивительно.

Я смотрю на нее сверху вниз.

— Ты в порядке?

Она отводит взгляд.

— Да, в порядке.

— Эй, — я приподнимаю ее подбородок. — Скажи правду.

Она вздыхает.

— Картер хочет меня повысить.

— А ты этого хочешь?

Она пожимает плечами, оглядывая тихий район.

— Я бы хотела, если бы не было никаких условий.

Мой гнев вспыхивает.

— Он намекнул, что есть какие-то условия?

— Его слова всегда полны намеков. Быть может, теперь Картер остепенится, узнав, что я встречаюсь с капитаном «Щеглов»…

— Точно остепенится, если я выбью ему зубы.

— Полегче, Большой Парень, — она легонько хлопает меня по груди. — Никогда бы не подумала, что ты любитель решать проблемы насилием. С другой стороны, выясняется, что я многого о тебе не знаю. Мотоцикл. Дочь. Кажется, ты многого не договариваешь.

— Собственно, я как раз хотел бы это с тобой обсудить, — я засовываю руки в карманы. — Вот почему пришел в галерею. Я надеялся, что мы сможем поговорить.

Она кивает, словно ожидала этого.

— Поднимемся наверх.

Я закрепляю шлемы и следую за Арией в ее квартиру на шестом этаже.

— Раньше я жила в доме с Кэссиди, но теперь пытаюсь экономить, насколько это возможно, поэтому переехала в квартиру поменьше, — она поднимает взгляд на меня, поворачивая ключ в замке. — Это не огромный роскошный особняк в пригороде.

— Ничего страшного. Я не осуждаю.

Я окидываю взглядом скромное жилище, в которое мы вошли. Кухня и гостиная объединены в одном помещении, а ванная и спальня находятся в стороне. Мебели немного, напротив темно-серого дивана стоит небольшой телевизор.

— Здесь я ем, сплю и принимаю душ. Этого вполне хватает, — она бросает сумочку на кухонный столик и засовывает в нее ключи. — Предупреждаю сразу, у меня есть кот. Он не очень дружелюбен и ненавидит всех, так что не обижайся, если не даст себя погладить.

Я осматриваюсь, пытаясь его найти.

— Джулиана очень просит завести кота.

— Как ее рука?

— Гипс просто сводит с ума. У нее все чешется, болит и ноет.

Она кивает.

— Я сломала лодыжку в средней школе. Тот еще гемор.

Я снимаю куртку и накидываю на спинку стула.

— Как ты ее сломала?

— Мать тогда встречалась с одним из придурков, и я встала между ними, когда те ссорились. Он толкнул меня, и я подвернула лодыжку.

— Боже, — чем больше я узнаю о ее прошлом, тем лучше понимаю, почему Ария так относится к мужчинам.

— Да уж, мать умела их выбирать, — она пожимает плечами, как будто это пустяки. — Хочешь что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо.

Она указывает на диван, и мы садимся на разные концы. Краем глаза я замечаю нечто пушистое и черное, движущееся по спинке дивана.

— Без резких движений, — шепчет Ария.

Я усмехаюсь.

— Обычно животные меня любят.

— Ну, этого животного ты еще не встречал, — она с опаской смотрит на кота, который приближается ко мне. — Должно быть, у Дэша был какой-то плохой опыт общения с мужчинами, потому что всякий раз, когда они рядом…

Дэш, свирепый монстр, каким себя представляет, запрыгивает мне на плечо, перебирается на грудь и сворачивается клубочком на коленях.

Затем издает одно-единственное «мяу».

Я провожу пальцами по шелковистой шерсти Дэша.

— Ты такой же лапочка, как и твоя мама, да?

Он прижимается головой к моей руке.

— Я… — рот Арии приоткрывается. — Он мурлычет?

Я тихонько смеюсь.

— Да, мурлычет.

— Никогда не видела его таким, — Ария качает головой. — Ты заклинатель зверей.

— Думаю, дело в том, что ты просто не встречалась с настоящими мужчинами, — я поднимаю взгляд на нее.

Она закатывает глаза.

— Говорит тот, кто соврал о том, что у него есть дочь.

— Я не врал, — я чешу Дэша за ушами. — Я просто… скрывал ее от всех.

— Почему?

— Я решил стать хоккеистом, а популярность идет в комплекте. Но Джулиане не нужно подвергаться всему этому. К тому же, сразу возникнут вопросы о ее матери.

— А где ее мать? Почему не помогает воспитывать эту маленькую девочку?

Я откидываюсь на спинку дивана, устремив взгляд в потолок.

— Однажды, после выездной игры, я позволил себе лишнего и привел домой девушку из бара. Я был неосторожен, безрассуден и не думал о последствиях. Я не предполагал, что снова о ней услышу, пока она не явилась на порог дома и не объявила, что беременна, — я сглатываю, тщательно подбирая слова. — Она не желала становиться матерью. Я тоже не был готов к отцовству, но не мог бросить ребенка. Поэтому позаботился обо всем необходимом до рождения Джулианы, а потом мы никогда не виделись. Она подписала бумаги, составленные адвокатом, отказалась от прав на дочь, и с тех пор как будто ее и не было.

Это не ложь, просто я опустил некоторые подробности, которыми пока не готов делиться с Арией.

Ария слушает, не поднимая взгляда от своих рук, сложенных на коленях.

— Думаешь, она когда-нибудь изменит свое решение?

— Нет, — я пожимаю плечами. — Пожалеет ли? Возможно, да. А возможно, и нет.

Глядя на лицо Арии, я понимаю, что это может быть для нее больной темой, ведь ее собственный отец сделал такой же выбор — оставил своего ребенка.

Я беру на руки Дэша и пересаживаюсь на другой конец дивана. Он запрыгивает на колени Арии и начинает вытягиваться, требуя внимания.

Ария смотрит на меня, пока я сажусь рядом и беру ее руку в свою.

— Неважно, думает о тебе отец или нет, я