До последнего вздоха - Лариса Павловна Соболева

— А если б нашли золото, что сделали бы с ним?

— Как — что?! — Глаза Кати стали больше в два раза, а может, и в три. — Все, что осталось от бывших эксплуататоров, принадлежит всем. Я отдала бы государству, сейчас столько строек, столько нужд.

— И совсем ничего не оставили бы себе?

— Золото чужое, как можно его присвоить? Это же кража.

Собственно, другого ответа из уст Кати сложно представить, девушка… правильная, это второе мамино определение, искала она именно правильных сыну в жены, только ему и эти не нравились.

— Забыла сказать, — встрепенулась Катя. — Когда мы узнали, что нам пришлют нового директора, дом Петра Ильича решено было обновить. Пришли, а там кто-то был и что-то искал, оставил после себя беспорядок. Мы вызвали милицию, но неизвестный побывал в доме давно, отпечатки нечеткие.

— Вы ни разу не бывали у Кушелева?

— После смерти? Два раза зашла… забрала книжку, это было для него важно, после похорон это было. Потом второй раз проверила, все было в порядке, я и перестала заходить.

Ехали еще долго, потому говорили много, строили планы насчет Элизиума.

А ужин оказался как нельзя кстати. Катя познакомила Германа с бабушкой и мамой, со старшим братом Назаром, на вид грубоватым мужчиной двадцати девяти лет, он пришел с женой и двумя маленькими детьми. Самый старший брат боролся с басмачами в Средней Азии, там и остался работать начальником милиции.

Еще один гость присутствовал на ужине по имени Василий, ничем не примечательный юноша, кроме болезненной бледности и больших карих глаз. Он одних лет с Катей, с ней учился в школе, осваивал в городе изготовление керамики, помогал в музее, обещал и дальше оказывать помощь по выходным, ведь сейчас руки нужны везде.

Юноша понравился Герману непосредственностью, но если придираться, то немного суетлив и чуть-чуть зануда, так как долго объяснял то, что уже ясно всем. Но эти недостатки слишком малы, чтобы кардинально испортить впечатление. Назар подтрунивал над ним, видимо, это вошло в привычку, все смеялись, Василий не обижался и смеялся вместе со всеми. В какой-то момент стерлась некая грань между Германом и семейством Кати, он ощутил себя частью этого дома, чему был удивлен.

Элизиум, наши дни. Подземелье?

— Итак, друзья мои, — говорил в камеру Егор, — дыру мы продолбили и смогли заглянуть вниз, разумеется, при помощи фонаря. Сейчас с вами вместе посмотрим, что за пустоты под замком зла… О! Михаил уже заглядывает… — Егор навел на него камеру. — Михаил, расскажи, что видишь.

— Фью!.. — присвистнул тот. — Вот это глубина… Что вижу? Дна не вижу, не хватает света. Там очень глубоко.

Егор снова заговорил в камеру:

— Ребята, представьте, Михаил никогда и ничему не удивляется, но и он в большом изумлении!

— Есть еще стена напротив… — сообщил Михаил. — Егор, кончай снимать, потом расскажешь своим подписчикам.

— Пожалуй, он прав, — сказал в камеру счастливый Егор. — Сейчас мы изучим подвал, а потом я запишу ролик, все покажу. До скорого. С вами был Егор Суворин. Мишка, что там?

Он подошел к другу ближе, у дыры стоял на коленях Аристарх, пытаясь заглянуть внутрь.

— Должно быть, за стеной помещение, — ответил Михаил. — По логике должно быть, ведь стена напротив отделяет всего лишь часть под домом.

— Мишка, дай посмотреть, — отстранил его нетерпеливый Аристарх, забрал фонарь стал светить внутрь дыры, заглядывая в подземелье под домом. — Пустое пространство… Нет, дна не вижу…

— На чем же особняк стоит? — озадачился Дантес. — На пустоте?

— На воздушной подушке, — хмыкнул Аристарх. — Шучу. Мишка же сказал, напротив стена, что не ясно? Наверняка она несущая.

Настала очередь Егора, которого разъедало любопытство не меньше, он выхватил фонарь и попробовал с его помощью сам рассмотреть — что там внизу. То, что ему удалось увидеть, озадачило и его:

— Вот это номер! Как будто провал в бездну…

— Так, — Аристарх оглянулся. — Сейчас мы кое-что выясним… Девчонки, подайте веревку, вон на кусте висит.

Взяв моток заготовленной веревки из рук Лены, он привязал к концу кусок от арматуры и начал спускать вниз, прислушиваясь к звукам подземелья. Некоторое время спустя железка звякнула явно о каменную плиту, звук звонкий. Аристарх активно заработал руками, вытаскивая веревку. Догадливый Дантес принес рулетку, ведь заготовили заранее все, что могло понадобиться, измерили длину.

— Примерно шесть метров плюс половина моей руки, — сообщил Аристарх.

— Круто! — обалдел Дантес и развернулся к знатоку Егору. — Это что за подвал такой? Надо полагать, и фундамент той же высоты?

— Ты верно полагаешь, — закивал тот. — А что тебя удивляет? В древние времена основание строили, чтобы крепость устояла при любых катаклизмах, глубокий фундамент и дает устойчивость. Это сейчас строят, исходя из экономии, а раньше — из разума и безопасности. Давайте дыру пробьем больше, чтобы пролезть в нее.

Принесли выдвижную лестницу-трансформер, настала минута, когда следовало спуститься вниз, Аристарх с Егором заспорили, кому первому лезть в подземелье. Миша один не страдал любопытством, но вызвался в первопроходцы-исследователи, мотивируя:

— Отошли все нетренированные, свалитесь вниз, потом вытаскивай вас. Лучше придерживайте лестницу, чтоб не поехала внизу, мы же не знаем, какой там пол. Полезу я.

Пожелание выполнили, Аристарх с Егором держали лестницу, а Михаил полез в дыру, вскоре благополучно спрыгнул на каменную кладку, некоторое время внизу «гулял» световой луч.

— Ну? Что там? — крикнул Егор.

— Офигеть! — послышалось снизу. — Бомбоубежище, чес-слово!.. На это стоит посмотреть. Спускайтесь, теперь я подстрахую лестницу.

Дантес не имел желания изучать подземные чертоги, а Егор с Аристархом спустились, осматривали стены, освещая дополнительными фонарями. Каменной кладкой выложен весь подвал снизу доверху, а также противоположная стена, которая занимала лишь часть пространства под особняком, но что удивительно, она полностью глухая, прохода нет в оставшуюся часть.

— Как в подземелье средневекового замка попали, — сказал Аристарх.

— Не преувеличивай, — рассматривая те же стены, произнес Егор. — Это не средневековый стиль.

— А какой?

— Подвальный. Просто прямоугольная коробка. Глубокая.

— Ладно, гадать не будем, для чего этот подвал, меня другой вопрос мучает: как же сюда забирались? Ни с первого этажа нет хода, ни с улицы, ни с боков. А эта стена что отделяет? До нее метра три с половиной, верно? За ней ведь тоже пространство, так? Но стена глухая… А как за стену попасть? Не помню лестниц, уходящих вниз, да хотя бы намек какой был, мол, тут или тут подвал. Ничего. Кто-нибудь о подобной архитектурной фигне слышал?

— Меня спрашиваешь? — ухмыльнулся Михаил.

— Рассуждаю.

— Спросим у хранителя истории Зуйкова, — нашел простой выход Егор. — Он точно в курсе,