Черчилль. Династия на вершине мира - Силия Ли

В феврале 1892 года Рэндольф снова занял свое место в Палате общин, и, по словам его товарищей по партии, он был молчалив и замкнут[196]. Он осознавал растущую силу организованных в профсоюзы рабочих и видел, как с ними плохо обращались либералы. Однажды делегация шахтеров рассказала о своих проблемах премьер-министру Глэдстоуну и Рэндольфу, и шахтеры прямо заявили, что получили больше удовлетворения от лорда-консерватора, чем от либерального премьер-министра. На июль 1892 года были назначены всеобщие выборы. Рэндольф был избран без возражений, тогда как партия тори потерпела поражение. Глэдстоун сформировал другое либеральное правительство и тут же распустил парламент на летние каникулы.

Рэндольф, как всегда, «жил весь на нервах». Осенью 1892 года Уинстон пробовал в саду свой новый пистолет и выстрелил в кролика слишком близко от того места, где отдыхал его отец. Рэндольф разразился приступом гнева, что явно огорчило Уинстона. Рэндольф смягчился и поговорил с сыном, успокоив его. Позднее Уинстон вспоминал этот разговор как один из самых продолжительных и приятных из всех разговоров с отцом, которого он почитал. Они говорили о школьной жизни, о поступлении в армию и «о взрослой жизни, лежащей впереди»[197]. Было очевидно, что сказывалось напряжение из-за бесконечных нападок, которые испытывал Рэндольф в своей политической жизни. «Помни, прошу тебя, что у меня не всегда все гладко. Каждое мое действие превратно судится и каждое слово искажается… Так что принимай это в расчет»[198].

По результатам вступительных экзаменов в Сэндхерст, разосланных 23 августа, Уинстон был на 390-м месте из 693 кандидатов, на триста мест отставая от тех, кто прошел по итогам. Однако его преподаватель в армейском классе, мистер Мориарти, сделал обнадеживающее замечание, что отметки Уинстона и его место по результатам были «убедительными для первой попытки»[199].

Джек, когда пришло его время, сдал с первой попытки вступительные экзамены в Хэрроу. В сентябре 1892 года в возрасте двенадцати с половиной лет, поступив в школу на год раньше, он был там самым младшим среди мальчиков. К его большому удовольствию, д-р Уэлдон разрешил Уинстону и Джеку жить в одной комнате. По какой-то ошибке, допущенной руководством школы, Джек опоздал на свой экзамен по арифметике. В первом письме к своему отцу он сообщил, что сдал экзамен на следующий день. Джек легко приспособился к школьной жизни и вскоре стал уверенно продвигаться вперед в своих занятиях. Его отец, гордившийся сыном, подарил ему превосходные золотые часы, о чем он писал в письме от 25 сентября:

Надеюсь, ты будешь очень осторожен с ними, так как это ценный подарок. Заводи их аккуратно и медленно, смотри не торопись и не переусердствуй. Мне было очень приятно узнать, что ты сдал письменный экзамен по арифметике[200].

Рэндольф посылал Уинстону и Джеку корзины с обильной едой и удовлетворял их постоянные просьбы о деньгах. Даже осторожный Джек находил, что жизнь в Хэрроу был намного дороже, чем в Элстри, и в его письмах, по примеру Уинстона, все чаще звучали просьбы о деньгах. Он приобрел новое хобби – занятие фотографией, и родители купили ему фотоаппарат. Это привело к дополнительным расходам, но фотоаппарат сохранился у него на всю жизнь. Фотографии в те времена выполнялись на стеклянных пластинках, и сохранились его первые пробные семейные снимки[201]. Джек сразу же завел счетную книгу, в которой он вел точный учет денежных поступлений и расходов. Жить в одной комнате со старшим братом было большим преимуществом, и ему удалось избежать многих тягот «дедовщины», системы, при которой новые ученики должны были быть лакеями старших учеников. Однако в скором времени Джек, прилежный ученик, заметил и недостатки этой ситуации. Уинстон временами был шумливым и беспорядочным соседом. В ноябре Джек писал своей матери о том, что Уинстон должен был пойти на медицинский осмотр: «так что впереди у меня тихий день. (Я не могу дождаться); у меня мало покоя, когда он здесь».

В начале октября Дженни внезапно стала испытывать сильные приступы боли. Ее лечили доктор Робсон Руз и специалист-гинеколог доктор Томас Кит. Диагнозом Кита была (22 октября) «абнормальная болезненная опухоль размером примерно с куриное яйцо» на тыльной стороне матки – «увеличение размеров яичника и фаллопиевой трубы или гнойное воспаление, или то и другое»[202]. Дженни была так больна, что Рэндольф написал мальчикам письмо 25 октября, сообщая им о тяжелом состоянии их матери. После двух недель крайнего недомогания ей стало лучше за счет полного отдыха и принимаемых лекарств, и постепенно наступило выздоровление.

9 ноября старший брат Рэндольфа, восьмой герцог Мальборо (Блэндфорд), в возрасте сорока восьми лет был найден мертвым на полу Бленхеймского дворца в результате сердечного приступа. Это было страшным ударом для Рэндольфа. Сын Блэндфорда Чарльз (Санни) стал девятым герцогом. Рэндольф в тот момент был следующим претендентом на титул, а за ним следовал Уинстон.

В очередной раз доктора посоветовали Рэндольфу отправиться на юг, чтобы поправить свое здоровье, в этот раз – на юг Франции. Перед отъездом он получил милое письмо от Уинстона, в котором сообщалось, что Джек установил новый рекорд в Хэрроу за то, что не получил ни одного наказания за первый семестр. (Он также никогда не был наказан за проступки за все время пребывания в Элстри и Хэрроу.) Рэндольф также получил письмо 28 ноября от д-ра Уэлдона, в котором он хвалил усердство Уинстона, но предупреждал, что, возможно, он не сдаст экзамены.

Отдых в Монте-Карло пошел Рэндольфу на пользу, но именно зимой 1892–1893 года у него начали проявляться физические признаки растущей мозговой опухоли. Он испытывал головокружение, сильное сердцебиение и онемение рук, и все эти признаки постепенно ухудшались. С течением времени это негативно отразилось на его блестящей памяти и слухе.

Дженни, мальчики и вдовствующая герцогиня гостили весь январь 1893 года в поместье Кэнфорд возле Борнмута, в доме сестры Рэндольфа, леди Уимборн. 10 января во время бурной игры в войну Уинстон оказался в окружении на мосту, с одной стороны которого стоял его брат, а с другой – кузен. Сдаваться было не в его характере, и он вскарабкался на перила моста и прыгнул на ветки ближайшей сосны. Он промахнулся и упал с тридцатифутовой высоты. Три дня Уинстон лежал без сознания[203]. Рэндольф немедленно выехал из Дублина, где он проводил переговоры с Фитц-Гиббоном, и захватил с собой по пути в Борнмут одного из лучших хирургов Лондона. Помимо сотрясения мозга, Уинстон имел разрыв почки и повреждение правого плеча. Доктора прописали длительный перерыв от усиленных занятий и интенсивных физических упражнений[204].