Начинающий адепт - Пирс Энтони

— Стайл! Это ты! — выкрикнула фигура. — Боже, какое облегченье!

Человек обхватил Стайла за плечи и помог ему зайти в комнату. Это был Клеф, музыкант, которого Стайл повстречал на Турнире и которому отдал Платиновую Флейту. Предопределенный.

— Я думал, ты сейчас на Фазе, — сказал Стайл, хватая ртом воздух, как только дверь шлюза закрылась и помещение стало заполняться воздухом.

— Я там и находился до недавнего времени, Стайл. Или следует говорить: «господин»? Я так понимаю, ты все-таки получил свое Гражданство.

— Получил. Забудь про условности, лучше дай мне воздуха, еды и место, где можно отдохнуть. Что ты вообще здесь делаешь?

Открылась дверь во внутреннее помещение, и Клеф провел его в комфортабельную комнату.

— Я здесь, чтобы встретить тебя, Стайл. От имени Оракула. Ты и я должны работать сообща, чтобы исполнить пророчество и спасти миры от разрушения.

Он передал в дрожащие руки Стайла чашку с питательным супом и усадил его в удобное кресло.

— Я так боялся, что ты не доберешься сюда. Оракул сказал, что это будет опасно, что никто не сможет тебе помочь и что он не может точно предсказать, придешь ты или нет. Его пророчества ненадежны, если они связаны с его собственной судьбой. Я понятия не имел, когда именно ты придешь и придешь ли вообще, за исключением того, что это должно случиться в течение трех дней. Я боялся, что буду спать, когда ты придешь. А потом я не был уверен, что это пришел именно ты, так как есть враги, которые…

Стайл прекратил глотать суп и прервал Клефа:

— Враги? Спасти миры? Я думал, это мне суждено уничтожить Фазу, и я даже не знаю теперь, кто мой друг, а кто враг.

Клеф улыбнулся.

— Зависит от точки зрения, Стайл. Существующий миропорядок будет свергнут или в значительной степени ослаблен. Как на Протоне, так и на Фазе. Вот почему Граждане с Адептами противятся этим изменениям. Зато остальные — рабы и волшебные существа — только выгадают от нового миропорядка. Им ты не враг!

— Зависит от точки зрения, — повторил Стайл с понимающим видом. — Для Адептов потеря их могущества будет катастрофой, «концом Фазы» — как они это называют. А для единорогов это может быть спасением.

— Как и для оборотней, — согласился Клеф. — Грядут большие изменения. Наша задача — сделать так, чтобы этот переход прошел с наименьшими потерями. Если у нас не получится, то последствия будут ужасны.

Силы Стайла восстанавливались благодаря хорошему воздуху и глоткам питательного супа. Он начал снимать с себя гидрокостюм, защитивший его от холода тоннелей и пещер. Эта комната была словно райский уголок, словно оазис, внезапно возникший перед усталым путником.

— Рассказывай все, что знаешь.

— Все довольно просто. Триста лет тому назад, когда люди открыли, что эта планета является одним из редких мест во Вселенной, где миры науки и фантазии пересекаются — можешь ли ты поверить, что Земля тоже была таким местом в эпоху Средневековья, — они поняли, что колонизация мира фантазии — дело весьма опасное. Поэтому люди оставили здесь кое-какие мощные инструменты в целях защиты нового, лучшего миропорядка: чертовски сложный, разумный компьютер и полную книгу магии.

— Книгу магии? Никогда не слышал о ней.

— Ну, ты и не должен был. Она содержит самые мощные заклинания на все случаи жизни. Чтобы опробовать их все, одному человеку потребуется много лет, если, конечно, найдется такой желающий. Заклинания созидания и разрушения, вызова и отправки, исцеления и причинения вреда. Любой человек, заполучивший эту книгу на Фазе, сразу станет самым могущественным Адептом и сможет за считанные минуты изменить облик целого мира. Что касается компьютера, то он содержит все знания в области науки, финансов, экономики и политики, имевшиеся на тот момент. Несмотря на то, что минуло триста лет, этих знаний достаточно, чтобы у оператора этого компьютера власти на Протоне было больше, чем у правительства планеты.

— И кому-то суждено заполучить эти инструменты и, возможно, использовать их в плохих целях? Это действительно может стать большой проблемой.

— Нет, об их защите хорошо позаботились. Оба этих инструмента должны были быть законсервированы на время, пока они не понадобятся. Их держали подальше от недобрых рук, и они мирно ждали своего часа, до наступления великого кризиса разделения.

— Разделения?

— Время от времени две вселенные пересекаются, а потом опять разделяются. Эльфы, обучавшие меня, точно в этом не уверены. Как ты знаешь, они считают меня тем, кого называют Предопределенным. Это всего лишь означает, что мой специфический талант будет полезен в деле преодоления кризиса, здесь нет ничего религиозного или сверхъестественного. Так вот, они готовили меня по ускоренной программе, пока ты отвлекал на себя Адептов, чтобы те не помешали эльфам.

— Так, вот кем я был — приманкой!

— Это была только часть твоей задачи. В любом случае, эльфы считают, что миры начнут разделяться, так что между ними больше уже не будет точек соприкосновения, и больше не будет никаких взаимодействий между двумя мирами. Просто часть естественного порядка вещей. Такое уже случалось на Земле в средние века. После этого никому на Протоне уже не надо будет верить в волшебство, и никому на Фазе не надо будет верить в науку. А эпоха взаимодействия двух миров станет со временем восприниматься просто как набор сказок и мифов. С тех пор, как на этой планете мир фантазии начал заселяться людьми из мира науки — хотя многочисленные существа Фазы являются исконными жителями царства фантазии и, возможно, Маленький Народец тоже… Э-э, на чем я остановился?

— Миры разделяются, — напомнил Стайл.

— Ах, да. Когда это произойдет, альтернативных личностей в разных мирах больше не будет. Они станут полными и цельными сами по себе. И эффектов параллелизма больше не будет.

— Теперь другой момент, — промолвил Стайл. — Я могу допустить, что присутствие людей в одном мире может сгенерировать похожих людей в другом, отделенном Занавесом. Учитывая наложение науки на волшебство, неудивительно, что такое произошло. Но почему после первоначального взаимодействия это продолжалось и дальше? Триста лет назад меня еще не было. Почему же потом появилось двое меня?

— Еще раз. У Малого Народца нет в этом полной уверенности. Похоже, что когда специалисты создали компьютер и книгу магии — два проявления одного и того же предмета, — они сумели совместить два мира. Наука и магия смогли работать одновременно в каждом, так как два мира стали на какое-то время одним целым. Затем миры немного разделились, и при этом также разделились каждый человек и каждое существо. Такого никто не ожидал — до этого каждый был только в одном экземпляре. А получилось так, что в мире фантазии, в котором был дефицит людей, появились дубликаты каждого человека из мира науки. Правда, в обратную сторону это не сработало — ни драконы, ни единороги на Протоне не появились, возможно, потому что для них там не было подходящих природных условий. К тому времени на Протоне началась добыча протонита, а вместе с ней началось использование громоздких механизмов, создание перерабатывающих заводов и загрязнение окружающей среды.