Журнал «Юность» №07/2025 - Журнал «Юность»

Бабина не случайно берет за основную локацию университетский кампус. Кроме идиллической замкнутости, академическая среда существует в строгой иерархичности: ректор – завкафедрой – преподаватели – студенты. Другими словами, это крепко выстроенная бюрократическая система, где одни подчиняются другим. Поэтому в «Знаках безразличия» есть что-то от антиутопии, когда главный герой бросает вызов бескомпромиссному тоталитарному режиму.

Равнодушие у Бабиной тоже иерархическое: от самой «верхушки» до «мирных жителей». Губернатор области вместе с ректором СтарГУ трясется из-за имиджа университета; преподаватели листают магазинные каталоги, пьют чай и пускают друг в друга колкие шуточки; студенты попросту ржут, а родители молчат, потому что боятся за детей. Показательно, что главные герои романа – Заславская и Ребров – тоже части системы, винтики, которые не желают быть частью долговечного механизма. И здесь «Знаки безразличия» похожи на «Часть картины» Аси Володиной – об учительнице литературы, которая рушит строгие порядки школы.

В противоположность чопорным чиновникам, ректорам и преподавателям Бабина ставит радушную семью Заславской. В Староуральске, который так и не стал для нее родным, Ольга только работает, сама же она из соседней деревушки с простодушным названием Мялино. Во время каникул Заславская возвращается в родительский дом и позволяет себе скинуть Ольгу Сергеевну и выпустить Лельку. В снежном деревенском утре, крепких сигаретах «Космос», ловко свистнутых у отца, простоватых словцах матери героиня отдыхает от поисков университетского маньяка, а сам мир вокруг кажется хрустальным – хрупким и очень ценным, потому что знаешь, что здесь не все равно.

Порой «Знаки безразличия» Анны Бабиной кажутся бесхитростным детективным триллером, где персонажи могли быть поинтереснее, сюжет – подинамичнее, а от жанровых клише, когда герои выкладывают все как на духу или негодяй в конце потирает ручки и хвалится тем, как ловко он это придумал, а мы даже и не поняли, – от всего этого хочется закатить глаза и спросить: ну сколько можно-то? Но «Знакам…» многое можно простить, ведь у них есть все, что делает хороший триллер действительно хорошим, – напряженный сюжет, который содержит в себе нечто большее, чем детективная линия и неожиданная развязка.

ВАРВАРА ЗАБОРЦЕВА, «МАРФА СТРОИЛА ДОМ»

Действие сборника Варвары Заборцевой «Марфа строила дом» разворачивается на Севере, а именно в Архангельской области, окрестности села Пинега, откуда родом и сама Варвара. Героиня заглавной повести «Марфа строила дом» – деревенская девушка, у которой отец уходит в соседние земли освобождать реку от застоявшегося льда, а сама Марфа решает построить собственный дом. Безымянная героиня из рассказа «Ильин день» садится в пазик и вместе с поющими девушками отправляется туда, где, по легендам, замедляется время. Автобиографичная героиня из финальной повести «Пинега» хоронит отца-военного, погибшего во время «специальной военной операции».

Все три текста связаны не только местом действия, но и какой-то льюисовской вечной зимой, где река никак не освободится ото льда и людям ничего не остается, как просто ждать прихода весны. Сборник Заборцевой «Марфа строила дом» оказывается таким трехчастным путешествием сквозь время и жанры: от северных легенд – через мистическое пограничье – к горькой действительности.

На первый взгляд, текст у Заборцевой очень хрупкий – боишься лишний раз вздохнуть, лишь бы не растаяло очарование, как снежинка на горячей ладони. Но потом понимаешь, что текст этот крепкий, туго сплетенный, как коса у Марфы, и вот ты сидишь, распутываешь витиеватые предложения, а сам любуешься морозной красотой Севера, которую нам открывает Заборцева. В Беловодье сугробы кидают в Белое море и очень дорожат белизной внутри, тепло ждут с появлением журавлей, память хранят в разговорах, лук сажают с душой и надеются, что земля его «не отторгнет», а разговоры никогда не начинают напрямую, предпочитая ходить вокруг да около.

Впрочем, такую аутентичность Заборцева выдерживает только в первой повести. «Пинега» приближена к современной реальности, она и написана уже другим языком – более разговорным, но все в той же медитативной манере. Злободневность «внешнего» мира остается за пределами первозданной Пинеги, и здесь будет справедливо отметить, что сборник «Марфа строила дом», наверное, один из первых текстов русскоязычной прозы, куда вторгается «специальная военная операция», вернее, ее последствия. Если в «Марфе…» отец главной героини безлико уезжает «взрывать лед», то в начале «Пинеги» героиня узнает, что ее родителя убил дрон. Но Заборцева сглаживает острые углы и с политическим нейтралитетом выполняет свою главную творческую задачу – написать в первую очередь хорошую историю.

Сборник «Марфа строила дом» – это как раз тот случай молодой прозы, когда региональный сеттинг действительно необходим. Знакомые Заборцевой – не понаслышке скромные архангельские деревеньки, скованные льдом реки, сельские жители со своим простоватым и где-то забавным говорком, народные легенды, сказки и заговоры – сама душа этой книги, без которой она была бы рыхлой и неглубокой, как тающий апрельский снег. И в том, как Заборцева вдыхает жизнь в, казалось бы, простые слова и предложения, наделяет их новыми смыслами, есть что-то чарующее и ускользающее, по-настоящему сказочное. Это говорит не только о самобытном молодом авторе, но и о его любви к малой родине, местному фольклору, а главное – людям, которые проросли в эту мерзлую землю крепкими корнями.

Если представить, что все три героини сборника Варвары Заборцевой «Марфа строила дом» – один персонаж, то получится что-то похожее на роман взросления. Балансируя на грани северной сказки и реалистичной прозы, Заборцева показывает внутреннюю трансформацию персонажа – от стремления заполнить душевную пустоту после утраты близкого человека («построить дом») до принятия неизбежного и поиска мира внутри себя. Кажется, этот же путь проходит и сам читатель. Но естественный порядок мира никто не отменял, и в конце весна обязательно вдохнет свою живительную силу, а река наконец освободится от ледяных оков.

ЛЕВ КУЗЬМИНСКИЙ, «ДНЕВНИК НЕВИДИМКИ»

Старшеклассница Димка привыкла, что она – невидимка. Да, в прямом смысле. Героиня наслаждается своим одиночеством: смотрит видеоблогеров, составляет списки фильмов и книг про невидимок, гуляет со своим отцом-филологом и разговаривает со старенькой кошкой Камкой – от Недотыкомки. В школе у Димки есть лучший друг, которого она зовет Робкий Рома, а еще – Красотка Катя, Малышка Маша, подружки Лины Малины. В свободное время героиня ведет дневник, где по дням описывает школьные будни.

Весь роман Льва Кузьминского – это, собственно, и есть тот самый дневник невидимки, который собрал все «прелести» школьной жизни – от буллинга со стороны одноклассников до брюзжания учителей.

Когда миллениалы пишут о зумерах, они, совершенно справедливо, пытаются говорить с ними на одном языке, но за подростковым сленгом, соцсетями и гаджетами нет-нет да