Журнал «Юность» №07/2025 - Журнал «Юность»

– Пошел ты! – крикнул Виталик. – Она никуда не полетит.

Человек с волосами как у рок-звезды испугался. Он не умел драться. Но сзади тихо подошел огромный Хаскель и показал Виталику зубы.

Виталик отпустил Таню и попятился. Человек с волосами как у рок-звезды понял, что победил. Ему по-прежнему было страшно, но уже как-то не так.

– Ты его любишь, что ли? – спросил сбитый с толку Виталик.

– Не, Виталик, я космос люблю, – вдруг поняла Таня.

* * *

На Сахалине снова штормовое предупреждение. Все привыкли. Таня тоже. Она проверила генератор, закрыла окна дополнительной ставней, чтобы стекло не побилось, загрузила продукты и завела в дом собак.

Ночью что-то сильно грохнуло, дом встряхнуло. «Нормально, – подумала Таня, – в этот раз груза больше».

Когда стало тихо, красная сопровождающая «тесла» отцепила трос, и космонавт подобрал печатную машинку. Дом перешел на хаскельную тягу. Из «теслы» Тане помахали и полетели дальше. Таня помахала в ответ и тоже полетела дальше.

«Говорила мама: “Будешь старой девой с десятью котами”. Ну, мама, ты почти не ошиблась», – усмехнулась Таня, заваривая чай с бергамотом.

В дверь постучали.

ЗОИЛ

Сергей Сызганцев

Книжный обозреватель, журналист. Родился в 2000 году в Мегионе, живет в Тольятти. Выпускник кафедры «Журналистика» Тольяттинского государственного университета и магистратуры «Литературное мастерство» Высшей школы экономики. Финалист премии «_Литблог», резидент Дома творчества «Переделкино», участник Форума молодых писателей «Липки».

Публиковался в «Годе литературы», «Горьком», «Афише Daily», 63.ru. Ведет телеграм-канал «Записки Книжного Странника».

Член жюри номинации Riderо́ «Выбор книжных блогеров» на премии «Лицей».

Марфа строила дом, а Вася включил китайскую народную музыку

О финалистах премии «Лицей-2025»

В девятом сезоне «Лицея» много всего интересного. Именитые авторы соревнуются с новичками, миллениалы – с зумерами, сборники рассказов – с романами и повестями, а по тому, в каких регионах происходит действие книг финалистов, можно составлять карту. Работы гораздо сильнее, чем в прошлом году, и делать какие-то прогнозы – очень сложно.

СВЕТЛАНА ПАВЛОВА, «СЦЕНАРИСТКА»

Зое – тридцать, она живет в Москве, пишет сценарии для стриминговых платформ – и даже успешные. У нее есть лучшая подруга – свободолюбивая Сеня, с которой можно поболтать обо всем на свете, есть просто подруга Ира, но она эмигрировала в Берлин и смотрит на оставшихся как на «сервильных жертв компромисса». Зоя сама не знает, почему еще с ней общается.

Однажды во время игры в «Я никогда не…» Зоя признается, что никогда не проверялась на ВИЧ, и после настойчивых советов Сени все-таки сдает анализы. А пока ждет результаты, мучительно вспоминает прошлые романы и гадает, кто из партнеров мог ее заразить – и заразил ли вообще: пианист-сноб Ян, грубоватый офисник Андрей или развязный коллега-сценарист Виталик.

Два года назад у Светланы Павловой вышел второй, после совсем незаметной «Смены», роман «Голод», который сделал ее суперзвездой в мире литературы, да еще и с правами на экранизацию (!). «Голод» – история молодой пиарщицы, которая между офисом и личной жизнью страдает булимией, но на самом деле – от недостатка любви. Новый роман Светланы «Сценаристка» – это все тот же «Голод», но с амбициями «Йеллоуфейса» Ребекки Куанг, только вместо желчной зависти – магическое мышление Зои, которое мешает ей писать сценарий собственной жизни.

Если «Голод» – остроумный камерный текст, где привычным окружением героини был офис с начальницей-грымзой, то «Сценаристка» берет общий план и фокусируется на бурлящей жизни московской богемы – от многокомнатных квартир в сталинских высотках до сценарных переговорок и плейбэка. При этом в «Сценаристке» мелькают узнаваемые после «Голода» сюжетные коллизии и типажи: нервные срывы, случайные связи, алкоголь и вечеринки, мерзавцы и специфические возрастные тетки, которых в моей воображаемой экранизации играет Алиса Фрейндлих или Ирина Розанова.

Но блеск московской богемы не избавляет Зою от одиночества, скорее, многократно усиливает ее, погружает в пучину сомнительных отношений – очередной роман заканчивается новой порцией одиночества и разочарованием – в себе и мире. Но с каждым разом Зоя находит в себе силы на еще один драфт – и пишет жизненный сценарий по новой, перечеркивая все предыдущее, но на самом деле только усугубляя свое положение. При этом Зоя – достаточно уверенная в себе сценаристка, готовая отстоять ту или иную сцену или утереть нос консервативным старикам в их же интеллигентных квартирах в духе «Курьера» Карена Шахназарова.

Тревожное ожидание Зои результатов анализов образует рамочную композицию, которая в финале романа становится еще одной сюжетной линией. Опасения героини доходят до нездоровых установок: если она наденет определенную одежду, то диагноз не подтвердится. Через соцсети Зоя знакомится с ВИЧ-положительной девушкой и попадает в мир стереотипов, беспочвенных опасений и грубости по отношению к зараженным. Здесь Павлова позволяет себе нравоучительные монологи в полстраницы, но тема «ВИЧ и сценаристика» в единый роман так и не складывается: все-таки, на мой взгляд, это должны быть две совершенно разные истории.

Стоит признать, что героини Павловой цепляют непосредственностью и человеческой близостью, а потому кажутся если не родственными душами, то хотя бы хорошими знакомыми, которым можно рассказать абсолютно все. Они не превозносят себя над читателями, перед ними не стыдно показаться неграмотными или недостаточно интеллектуальными. Наверное, это и делает творчество Павловой каким-то родным, знакомым каждому, кто хоть раз чувствовал себя одиноким в насыщенном и не всегда дружелюбном современном мире.

Впрочем, одиночество Светлане Павловой не грозит, по крайней мере как писательнице. У «Сценаристки» есть все шансы выстрелить так же громко, как «Голод», и снискать читательскую любовь. Это, несомненно, очень искренняя и терапевтическая книга с той степенью откровенности, которая одних возмутит, а других – притянет. «Сценаристка» прямо говорит нам о том, что сценарий собственной жизни пишем мы сами, а значит, нам решать, где поставить точку, а где – запятую.

АЛИНА МИТРОФАНОВА, «КОГДА Я БЫЛА ЖЕНЩИНОЙ»

Девушка ждет не дождется сообщения от возлюбленного, а бабушка рассказывает ей о привороте («Дожжик будет»); одинокая кокетница постит фото себя в свадебном платье и будоражит сердца бывших («Обезлайкивание»); задумчивая пассажирка электрички придумывает жизни попутчикам («Станция Свирь»); мастер выстругивает из дерева женщину, и теперь она жаждет любви («Когда я была женщиной»).

Митрофанова посвящает сборник женщинам своей семьи, а потому в центре рассказов тоже женщины. Покинутые, молчаливые, замкнутые, но главное – ищущие. В рассказе «Молчание Паулины» о главной героине говорят так: «Вечное скитание человеческой души». Наверное, так можно охарактеризовать и этот сборник