Из Яви в Навь - Евгения Владимировна Потапова

— Хорошо, что мы поговорили с женой Григория. Теперь знаем, что у нас есть на фирме союзник, — сказал Захар, выбираясь из машины. — Идёмте, Иван Петрович, в магазин. Возьмём что-нибудь перекусить, а то в кафе мы попадём не скоро.

Они зашли в ближайший супермаркет. Иван Петрович растерянно озирался по сторонам, будто впервые видел такие яркие витрины и изобилие товаров.

— Возьмите что-нибудь поесть, — Захар протянул ему корзинку. — Только быстрее, у нас мало времени.

Иван Петрович медленно пошёл вдоль полок, его мозолистые пальцы неуверенно брали упаковки, рассматривали и снова ставили на место. Вдруг он остановился у отдела с выпечкой.

— Пирожки с картошкой… — прошептал он, будто увидел старого друга. — Такие же, как пекла моя жена.

Захар нетерпеливо вздохнул:

— Берите, если нравится. Только поторопитесь.

Они взяли молока, кефир, пирожки, пачку пельменей, упаковку с яйцами, пачку печенья, сетку картошки и куриную тушку.

— Чай, сахар и кофе у меня есть в квартире, — сказал Захар.

— Я рассчитаюсь, — сказал Иван Петрович. — Заодно проверим, есть ли деньги на карте или нет.

После того как они расплатились, Иван Петрович вдруг схватил Захара за рукав:

— А если она меня раскусит? Я же не Григорий!

— Держитесь проще, — Захар посмотрел на него строго. — Говорите мало, больше слушайте. И помните — вы после болезни, память подводит. Это наша легенда.

Они вернулись в квартиру как раз, когда у подъезда остановилась серебристая иномарка. Из машины вышла высокая женщина в строгом сером костюме, с идеально уложенными волосами.

— Это она? — прошептал Иван Петрович.

— Похоже, — Захар нахмурился. — Только в телефонной книжке она была «серой мышью», а тут леди-босс…

Антонина стремительно подошла, внимательно всматриваясь в лицо Ивана Петровича. Её глаза блестели.

— Григорий… Вы так изменились.

— Болезнь, — хрипло ответил Иван Петрович, опуская голову.

Женщина резко обернулась к Захару:

— Что с ним случилось на самом деле? Что говорят врачи?

— Мы до врачей и не добрались. Нашли его около деревни, ничего не помнит, ни документов, ничего при себе не было, — Захар покачал головой.

— А как же полиция, больница?

— У нас деревня находилась в зоне затопления. Ни мы никуда не могли выбраться, ни от нас никто.

— Ужас какой, — всплеснула она руками.

Антонина неожиданно обняла Ивана Петровича:

— Главное, что нашёлся живой. Остальное наживём.

Её духи ударили в нос — дорогие, с терпким ароматом. Иван Петрович неловко похлопал её по спине, переглядываясь с Захаром.

— Заходите, — предложил Захар, открывая дверь. — Только предупреждаю — квартира не прибрана.

Антонина первой шагнула в прихожую, её каблуки звонко застучали по плитке.

— Идёмте в кухню, — пригласил её Захар. — Мы с дороги немного проголодались. Вы будете с нами обедать?

— Нет, если только чай.

— Хорошо, сейчас будет и чай.

— Как вас зовут? — она обратилась к Захару.

— Захар, — ответил он.

— Меня Антонина. Вы можете рассказать подробней, что произошло? Вы ведь приехали на машине Григория, значит, он что-то вспомнил?

— Да, кое-какие куски иногда всплывают, — кивнул Иван Петрович.

— Вы, вы уже встречались со своей женой? — спросила она осторожно.

— Да, — кивнул он.

— Значит, вы видели, что с ней произошло?

— Да.

— Мне очень жаль, — вздохнула она и вдруг вся сморщилась, а из глаз хлынули слёзы.

— Что вы, что вы. Зачем? — не понимал Иван Петрович, что стало с дамой.

— Я так переживала, я думала, что тебя, вас не найдут и вы навечно где-то пропали. Ещё ваша жена утверждала, что вы померли, — всхлипывая, говорила Антонина.

Захар поспешно налил Антонине стакан воды. Иван Петрович растерянно переглянулся с Захаром. Женщина перед ними рыдала, не обращая внимания на размазанную тушь и дрожащие руки.

— Успокойтесь, Антонина, — осторожно протянул Захар, подавая ей бумажное полотенце. — Григорий Сергеевич жив, вот он перед вами.

Женщина взяла стакан воды дрожащими руками, сделала несколько глотков и постепенно успокоилась.

— Простите, — прошептала она, вытирая платком размазавшуюся тушь. — Это всё… слишком неожиданно. Это от радости.

Иван Петрович неловко переминался с ноги на ногу, не зная, как реагировать. Захар тем временем поставил чайник и начал накрывать на стол.

— Антонина, — осторожно начал он, — вы сказали, что жена Григория утверждала…

— Да! — женщина резко подняла голову. — Она сразу заявила, что Григорий погиб, даже не дождавшись поисков! И уже через неделю попыталась влезть в управление компании.

Иван Петрович и Захар переглянулись. В воздухе повисло тяжёлое молчание, прерванное лишь свистом чайника.

— А…, а что за бизнес у Григория? — неожиданно спросил Захар, разливая чай по кружкам.

Антонина удивлённо подняла бровь:

— Вы действительно ничего не помните? Мы занимаемся поставками строительных материалов. У нас три склада и двенадцать грузовиков. — Она сделала паузу. — И сейчас всё это под угрозой. Ваш зам пытается продать долю китайским партнёрам по генеральной доверенности.

— Разве такое можно провернуть без личного присутствия владельца компании? — удивился Захар.

— При желании можно провернуть всё, — хмыкнула она.

— И куда пойдут эти деньги от продажи бизнеса? — спросил Иван Петрович.

— Скорее всего, вашему заму, — пожала она плечами. — Но пока сделку можно отозвать, а генеральную доверенность аннулировать.

— Надо подумать, — вздохнул Иван Петрович. — Но в одном вы правы — доверенность нужно аннулировать. И как это сделать?

— Поехать к нотариусу с документами, — ответила она.

— Отлично, давайте пообедаем и сходим к этому нотариусу.

— Хорошо, я сейчас ему позвоню и договорюсь о встрече, — кивнула Антонина.

Только к вечеру удалось встретиться с нотариусом и отозвать доверенность.

— Я позвонила нашим китайским партнёрам и сказала, что пока сделка заморожена, ибо появился владелец компании, — с победным лицом сообщила вечером Антонина.

— Вы всё правильно сделали, — кивнул Иван Петрович.

— Надеюсь, мы завтра с вами увидимся.

— Обязательно, Антонина, — улыбнулся он ей.

Глава 21-22

Сорвался

У Захара была старая традиция – перед сном обязательно садиться пить чай и не где-то там перед телевизором или за компьютером, а на кухне, или на балконе, или во дворе своего дома. В