Выжить для любви - Светлана Михайловна Чудова

Он ограничился записями с камеры возле самой телефонной будки.

Самое лучшее на этих записях – время и даты. Кирилл знал, в какое время позвонили из телефонной будки в дом Виленского, поэтому ему незачем было просматривать видео с начала до конца. Он начал просматривать запись минут за десять до нужного момента и не прекращал его сразу. В конце концов Кирилл напал на золотую жилу: мужчина в светлом костюме зашел в телефонную будку как раз в то время, когда, по свидетельству телефонной компании, в доме Виленского раздался звонок.

Да. Готово! Мужчина в светлом костюме – наиболее вероятный подозреваемый. Этим хорошие новости исчерпывались, а плохие заключались в том, что камера сняла лишь две трети тела неизвестного. Причем нижние две трети.

Кирилл принялся просматривать остальные записи, надеясь где-нибудь заметить мужчину в светлом костюме, идущего к телефонной будке.

Наконец он увидел его: изображение было размытым, мужчина отвернулся, но это было уже что-то. Если увеличить этот кадр и поколдовать над ним, возможно, лицо удастся разглядеть. И тогда его смогут опознать Вероника или родные убитого.

* * *

– Вероника, пожалуйста, останься! – попросила Катя, взяв Нику за обе руки. Они сидели вдвоем в гостиничном номере. – Иначе дом придется продавать, а нам сейчас некогда этим заниматься. Мы все обсудили, никто не в состоянии взяться за продажу дома. Предстоит еще уйма формальностей. Без тебя нам не обойтись. Платить тебе мы будем так же, как раньше.

Ника сжала тонкие пальцы Кати.

– Конечно, останусь. Меня не придется уговаривать. Я пробуду здесь сколько понадобится.

– Ты даже представить не можешь, как ты нас выручаешь! Если бы не ты, я бы этого не вынесла… – Катя измучилась, ее лицо осунулось от горя, но глаза были сухими.

– А сколько примерно?

– Не меньше месяца, а может, и дольше. Надо уладить его дела, собрать личные вещи. Дома слишком быстро ветшают, когда в них не живут. Может, его удастся продать быстро, а может, и нет.

Дом находится в престижном месте, но не каждый решится поселиться там, где произошло убийство. Зато расположение и планировка дома придутся по вкусу многим. Ника очень бы удивилась, если за месяц дом не продастся. Эта ситуация была для нее идеальной: она могла позволить себе не спеша искать новую работу и при этом не тратить сбережения. И укладываться можно будет не впопыхах, а постепенно и продуманно. В результате она плавно впишется в новую работу, жилье и круг обязанностей.

– Как я понимаю, ты хочешь, чтобы в саду и в доме всегда был порядок?

– Да, разумеется: дом гораздо легче продать, если у него ухоженный вид. Но думать о продаже так тяжело… – Катя умолкла. – Отец прожил тут почти пятьдесят лет. В этом доме мы выросли. Дом замечательный, полный воспоминаний. Отец так усердно заботился о нем. Знаешь, этот дом выстроили по маминому проекту. Это дом ее мечты.

– Но неужели нельзя отказаться от продажи и оставить дом себе?

– К сожалению, нет. Никто из нас не намерен возвращаться сюда. Конечно, папа был бы рад, если бы кто-нибудь из нас поселился здесь. Но… – Она беспомощно пожала плечами и заговорила о другом: – Завтра, когда нас пустят в дом, мы с Мишей отберем вещи, которые возьмем с собой на память. Папа указал в завещании, как распорядиться основным имуществом, а мы займемся мелочами.

– Катюша, хочешь, завтра я устрою в доме обед? Или ужин?

Помедлив, Катя покачала головой:

– Не знаю, как долго мы там пробудем и сколько нам понадобится времени, чтобы разобрать вещи. Не представляю даже, сколько нас соберется…

– Я что-нибудь придумаю, – пообещала Ника. – Хотя бы приготовлю большую кастрюлю борща и запеку побольше мяса с картошкой. Есть еще всякие заготовки в подвале, компоты, варенья. Я заеду в супермаркет и закуплюсь хлебом, сыром, фруктами.

– Это было бы замечательно. А может, лучше все вместе съездим в «Подворье»?

При упоминании этого заведения сердце Ники дрогнуло. Может, когда-нибудь она и перестанет ассоциировать «Подворье» с поцелуями Кирилла. Но пока одно было для нее неразрывно связано с другим.

Если она задержится тут, значит, будет вынуждена встречаться с Кириллом. Неизвестно, хорошо это или нет, но перспектива встречи заметно ее волновала.

Сейчас в доме как раз наводили порядок, о чем Катя не знала. В воскресный вечер стоимость подобных услуг оказалась выше, чем в будний день, но Ника считала, что дети Аркадия Юрьевича должны войти в дом с самого утра, тем более что вечером они уезжали домой. Вероника попозже собиралась съездить и проверить, как поработали уборщики, но ночь провести в гостинице. Остаться в доме одна она не решалась.

Прожить в нем целый месяц будет не так-то просто!

К тому времени, когда она подъехала к дому, уборщики уже покинули его. Ника не сразу смогла заставить себя войти в дом и заглянуть в библиотеку. Перед дверью у нее возникло ощущение дежавю, она замерла. Неужели за дверью она опять увидит обожаемого старика, сидящего в кресле, в окружении пятен крови и комков мозга? И запах будет тем же самым?

Нет, запах выветрился. Иначе она почувствовала бы его еще за дверью. Такая стойкая вонь слышалась бы даже в коридоре и в кухне. А сейчас Вероника уловила лишь цитрусовый аромат чистоты.

Взяв себя в руки, она вошла в библиотеку. Уборщики безупречно отмыли ковер и стену, причем почистили ковер целиком, а не только удалили пятна. Кресло куда-то исчезло. Да и бог с ним! Наверное, уборщики не сумели перебить въевшийся в кожу запах.

Завтра надо будет спросить о том, где сейчас кресло, чтобы дети или внуки случайно не наткнулись на него, если оно в доме. Но разыскивать его Ника не стала. Она, медленно пятясь, вышла из комнаты, выключив на ходу свет.

Ника и представить себе не могла, что когда-нибудь вновь решится войти в эту комнату.

Почту она не забирала со среды, но кто-то – скорее всего Федоров – вынул ее из ящика и оставил на кухонном столе. Разумеется, он перебрал ее всю в поисках подозрительных писем.

Ника рассеянно разворошила кипу, зная, что все необычное Кирилл унес с собой. Остались только журналы с газетами, счета и каталоги.

Оставив почту на столе, она поднялась к себе. Все вещи стояли и лежали как-то иначе, непривычно. Кто-то обыскал комнату сантиметр за сантиметром, хотя сделал это относительно аккуратно. Хорошо еще, что этому неизвестному не пришло в голову вывалить содержимое ящиков и удалиться. Вероника выровняла книги