Выжить для любви - Светлана Михайловна Чудова

Этот мужчина умел целоваться!

Он поднял голову и провел языком по нижней губе, словно упиваясь ее вкусом.

– Это было неплохо, – рокочущим негромким голосом заявил он.

– Да, – слегка задыхаясь, подтвердила Ника. Что это с ней? Никогда в жизни у нее не кружилась голова от единственного поцелуя.

– Хочешь повторить?

– Лучше не надо.

– Ладно, – кивнул он и еще раз поцеловал ее.

Он слишком опасен. Потеряв бдительность, она и не заметит, как влипнет по самые уши – может, еще сегодня ночью. А сейчас некогда заводить романы. Значит, надо поскорее взять себя в руки, пока еще не поздно.

Она отстранилась и глотнула воздуха:

– Красный свет, Федоров. Стоп!

Он тоже тяжело дышал, но послушно отстранился.

– Раз и навсегда? – недоверчиво уточнил он.

– Нет! – поспешила заверить Вероника и застеснялась. – Только на время. – Она перевела дыхание. – У нас есть дела поважнее.

– Например?

– Нам надо поговорить. По-моему, Виленский знал убийцу.

Кирилл изменился в лице. Он захлопнул дверцу со стороны Ники, обошел вокруг машины, сел за руль и завел двигатель.

Опять заморосил дождь, и Кирилл включил дворники.

– Я знаю, – произнес он. – Но почему так решили вы?

Неужели он до сих пор сомневается в ее невиновности? Эта мысль отрезвила Веронику, заставила снова восстановить дистанцию между ними.

– Старик знал его, – повторила она. – Он никогда, ни единого раза не оставлял двери незапертыми. Каждый вечер перед сном я обходила весь дом и всегда убеждалась в этом. У Аркадия Юрьевича это вошло в привычку: он входил в дом и тут же запирал дверь. Наверное, он привык к этому после первых угроз, когда была еще жива его жена. Но вчера вечером… – Боже мой, неужели это было только вчера? Казалось, прошла уже неделя! – …передняя дверь осталась незапертой.

– Совпадение.

– Он забыл запереть дверь, и в тот же день по случайному совпадению в дом проник убийца? – Ника пренебрежительно усмехнулась. – Вряд ли. По-моему, убийца позвонил в дверь, Аркадий Юрьевич его узнал и впустил. Когда я нашла его, он сидел в кресле с поднятой подставкой для ног, в расслабленной позе. Он ничего не опасался. Значит, этот человек был ему хорошо знаком.

– Вы уверены, что Виленского убил мужчина?

На этот вопрос Вероника ответила не сразу:

– Я назвала его «человеком» только потому, что нелегко каждый раз произносить слово «убийца». К тому же все осужденные, которые угрожали ему, – мужчины. Да и кулон мне прислал явно мужчина. У меня даже мелькнула мысль, что он и убил Юрьевича.

– Хм… – Кирилл поскреб подбородок, обдумывая услышанное. – Этот человек больше не беспокоил вас? Ничего не присылал? Никто не ошибался номером и не молчал в трубку?

– Нет, никто. Кулон остался у меня. Но это еще ничего не значит. Верно?

– Один грач весны не делает.

– Так я и подумала.

Кирилл ловко влился в поток транспорта.

– Вчера вечером вы говорили, что пошли в кино, чтобы дать ему возможность подсесть к вам, если он где-то рядом.

Вчера Вероника была в состоянии шока, но помнила эти слова. Федоров не упускал ни единой мелочи.

– Правильно.

– Почему вы думали, что он следит за вами?

– Просто посылка вызвала у меня неприятное чувство неловкости. Мне никак не удавалось забыть о ней. Почему-то эти мысли тревожили меня, нервировали – иначе не скажешь. – Она передернулась. – А когда я думала, что, возможно, этот тип где-то рядом, ходит за мной, смотрит на меня – у меня по телу бежали мурашки. Не знать, кто он такой, было невыносимо! Вот я и решила дать ему шанс проявиться. По крайней мере, я узнала бы, кто он такой.

– Но ничего не вышло?

– В кино никто не сел рядом со мной, никто не заговорил со мной, даже не посмотрел в мою сторону, насколько я могу судить.

– Знаете, если кто-то запал на вас и начал ходить за вами по пятам, вы напрасно дали ему такой шанс.

– Наверное, – согласилась Ника. – Но я рассчитывала застать его врасплох.

– Применить карате? А если и он владеет боевыми искусствами?

– Тогда мне пришлось бы нелегко. Но я думала, что преимущество на моей стороне.

Кирилл побарабанил пальцами по рулю.

– Не нравится мне эта ваша затея. Ни к чему выманивать его из логова. Это личная реакция. А как представитель закона я могу сказать одно: лучше не нарывайтесь.

– Но это одно и то же, – усмехнулась Ника.

– Послушайте, если что-нибудь произойдет – вам покажется, что за вами следят, или вы получите очередной подарок, или вам кто-нибудь позвонит и будет дышать в трубку, – позвоните мне. Немедленно! В любое время суток.

– Вряд ли вы обрадуетесь, если я позвоню вам в три часа ночи, только чтобы сообщить, что какой-то пьянчуга ошибся номером.

– Я же сказал – звоните в любое время. Хотя кто знает? Может, вам будет достаточно перевернуться на другой бок и растолкать меня.

Вероника нахмурилась. С ее точки зрения, события развивались чересчур быстро. А ей, как назло, не хотелось сбавлять скорость. Гормональный всплеск только подгонял ее. Чтобы остановиться, надо снова пробудить в нем подозрения. Иначе… неизвестно, чем все закончится.

Ника всегда была осторожна во взаимоотношениях – отчасти потому, что пока не желала связывать себя обязательствами, но в основном из-за того, что любила одиночество. Подпустить к себе кого-нибудь – значит, перестать всецело распоряжаться своей жизнью. Вероника легко обзаводилась друзьями, любила старика Виленского, ей нравилось его окружение. Но близости другого рода она избегала.

А Федоров стремился именно к ней.

Объект был подходящим, а время – нет. Ника еще не готова обзавестись семьей. Да и Федоров только что оправился после развода. Да, он стремился к взаимоотношениям, но, судя по всему, отнюдь не длительным. А Вероника была противницей мимолетных романов. Через год-другой… может, он и рискнет. Но еще неизвестно, где через год окажется она.

Значит, это знакомство не имеет продолжения.

Кирилл осторожно помахал ладонью перед лицом Ники:

– Эй, я здесь!

Она отвела его руку:

– Я задумалась.

– Ну наконец-то! А я уже думал, что предложение переспать со мной ввело вас в транс.

От удивления Ника искренне рассмеялась:

– А с вами часто так бывает?

– Не слишком, но если порыться в памяти, пара случаев найдется. – Он усмехнулся, пожал плечами, и Вероника опять засмеялась:

– Должно быть, виной всему ваше обаяние.

– А по-моему, мое эго.

– И оно тоже. – На языке у Ники вертелся вопрос о прочих достоинствах Федорова, но она вовремя сдержалась. Обмениваться сексуальными намеками забавно, но с таким собеседником, как