Эхо прошлого - Диана Гэблдон

Она подождала его на середине лестницы.

— Еще кое-что, — сказала она, подняв палец.

— Да?

— Если ты выяснишь, с кем она спит, и не расскажешь мне, то я тебя точно убью!

* * *

Балригган — поместье небольшое: чуть более десяти акров земли, дом да хозяйственные постройки, — но живописное: большой серый особняк прилепился к склону горы, а внизу блестело, словно зеркальце, маленькое озеро. Во время восстания англичане сожгли посевы и амбар, но поля возродились гораздо быстрее, чем те, кто их обрабатывает.

Джейми медленно ехал вдоль озера. Зря он сюда вернулся. На какое-то время можно оставить все позади — места, людей, воспоминания. Однако место крепко связано с тем, что в нем происходило, и вернуться туда, где ты однажды жил, значит столкнуться лицом к лицу с тем, что ты здесь делал и кем являлся.

Балригган был неплохим местечком, Джейми любил озеро и то, как в нем отражалось небо. Ранним утром кажется, что можно войти в облака и ощутить, как их холодный пар окутывает тебя покоем. А летним вечером по его мерцающей поверхности разбегаются сотни колец от резвящегося в воде молодняка да изредка плеснет хвостом по воде лосось.

Он подъехал ближе к озеру и увидел каменистую отмель, на которой учил маленьких Джоан и Марсали ловить рыбу руками. Они тогда так увлеклись, что не обращали внимания на комаров и вернулись домой на закате, промокшие, покрасневшие от загара и укусов, и девчушки радостно подпрыгивали и вертелись у него на руках. Он улыбнулся воспоминаниям и повернул коня в сторону дома на горе.

Дом немного обветшал, но его все же ремонтировали. На лужайке за домом пасся оседланный мул, старый, но крепкий на вид. Хорошо. По крайней мере, Лири не растратила его деньги на пустяки или карету с четверкой лошадей.

Он положил руку на калитку — дерево под ладонью ощущалось настолько знакомо, что екнуло сердце, — и открыл ее, привычно приподняв в том месте, где она всегда заедала. Джейми скривился, вспомнив последнюю встречу с Недом Гованом, адвокатом Лири. Он тогда в бешенстве спросил: «Чего же хочет эта ненормальная?» И Нед весело ответил: «Твою голову, прибитую к воротам».

Фыркнув, Джейми вошел, захлопнул калитку чуть резче, чем следовало, и посмотрел на дом.

Что-то шевельнулось, привлекая его внимание. На скамье у дома сидел мужчина, на его коленях лежала сломанная сбруя, но смотрел он на Джейми.

На редкость непривлекательный тип, щуплый и узколицый, словно хорек, косоглазый и с приоткрытым, будто от удивления, ртом. Джейми вежливо поприветствовал мужчину и спросил, дома ли хозяйка.

Мужчина — при ближайшем рассмотрении ему оказалось лет тридцать — моргнул, потом повернул голову и посмотрел на него здоровым глазом.

— А ты кто такой? — недружелюбно спросил он.

— Фрэзер из Брох-Туарах, — официально представился Джейми. — Миссис… — он колебался, не зная, как назвать Лири. Дженни говорила, что та, невзирая на скандал, предпочитает зваться «миссис Фрэзер». Джейми ничего не имел против — вина лежала на нем, да и сам он в любом случае был в Америке, — но будь он проклят, если назовет ее так даже при слуге.

— Позови свою хозяйку, будь любезен, — сказал он.

— Что тебе нужно от нее? — мужчина подозрительно прищурил здоровый глаз.

Джейми не ожидал пререканий и хотел было ответить резко, но одернул себя. Слуга явно что-то знал о нем, и если он заботится, пусть и несколько грубовато, о благополучии Лири, это не так уж и плохо.

— Я хотел бы поговорить с ней, если ты не возражаешь, — с исключительной вежливостью сказал Джейми. — Может, сходишь и передашь ей мои слова?

Мужчина рыгнул, отложил сбрую и поднялся. Слишком поздно Джейми заметил, что у него кривая спина, а одна нога короче другой. Извиняться сейчас означало ухудшить положение дел, так что он лишь кивнул, и мужчина, пошатываясь, побрел в дом. Как это похоже на Лири — посадить здесь хромого слугу на посылках, чтобы вывести из себя Джейми.

Вздрогнув, он устыдился своих мыслей. Что с ним, если несчастная женщина вроде Лири Маккензи так легко вызывает в нем злость и иные постыдные проявления характера? С Дженни была та же история, но Дженни злила его, он ругался, она раздувала пламя, а потом одним словом успокаивала его, будто облив холодной водой. «Иди к ней», — сказала Дженни.

— Отлично, я пришел, — вызывающе заявил он.

— Вижу. Зачем пришел? — раздался высокий недружелюбный голос.

Он повернулся лицом к Лири, которая стояла в дверях с метлой в руке и холодно на него смотрела.

Он снял шляпу и кивнул ей.

— Доброго дня. Надеюсь, у тебя все хорошо. — Судя по румяному лицу в обрамлении белой накрахмаленной косынки и ясным голубым глазам, так оно и было.

Она бесстрастно посмотрела на него, лишь удивленно подняла светлые брови.

— Слышала, ты вернулся домой. Зачем ты пришел сюда?

— Узнать, как ты.

Ее брови поднялись еще выше.

— У меня все хорошо. Чего ты хочешь?

Он сотни раз прокручивал в уме их встречу, хотя и знал, что это напрасный труд. В делах, касающихся женщин, что-либо спланировать невозможно.

— Я пришел просить у тебя прощения. Я уже пытался, но ты в меня выстрелила. Выслушаешь ли ты меня сейчас?

Лири опустила брови, посмотрела на метлу, словно оценивая ее пользу в качестве оружия, затем снова перевела взгляд на Джейми и пожала плечами.

— Поступай как сочтешь нужным. Войдешь? — Она кивнула на дом.

— Сегодня хороший день. Прогуляемся по саду? — Он не хотел входить в дом, где жили воспоминания о слезах и молчании.

Она какое-то время смотрела на него, потом кивнула и направилась к саду, предлагая следовать за ней. Метлу она так и не выпустила из рук, и Джейми не знал, смеяться ему или обижаться. Они в молчании прошли через огород и вошли через калитку в маленький сад, где цветы росли среди гороха и грядок с луком. У него екнуло сердце, когда он вспомнил, что Лири всегда любила цветы.

Она закинула метлу на плечо, словно солдат — винтовку, и шагала рядом с ним — не спеша, но и не предлагая ему начать разговор. Он прочистил горло.

— Я сказал, что пришел извиниться.

— Да, так ты и сказал. — Не глядя на него, она остановилась и носком сапожка ткнула картофельную ботву.

— Когда мы… поженились, — начал он, пытаясь следовать заготовленной речи. — Мне не следовало просить тебя об этом. Мое сердце молчало, я не должен был предлагать тебе мертвечину.

Она на миг раздула ноздри, но на Джейми так и не посмотрела, а продолжала