Песочные часы - Сергей Недоруб

Марк отвернулся с такой скоростью, что у него заболела шея. Зажмурившись до боли в глазах, он заставил себя сделать несколько шагов вслепую, ориентируясь на шаги Ореха. Когда он снова открыл глаза, то оказалось, что группа уже успела завернуть за поворот. Агропром остался сзади, но по самому тоннелю это не было заметно. Казалось, больше ничего в мире нет, кроме темной, скрывающей всевозможные кошмары бездны.

Дальше путь прерывался скоплением мерцающих аномалий. В свете фонарей было невозможно разобрать их природу. Вышедший вперед Борланд озадаченно остановился.

— У кого какие предложения? — спросил он.

Сенатор подошел поближе и низко присел, вглядываясь вперед.

— Марк, могу я попросить тебя бросить болт? — произнес он.

Марк молча выполнил просьбу, метнув болт вперед по курсу. Ближайшая аномалия вспыхнула и исчезла секунды на две, затем снова появилась.

— Понятно, — сказал Сенатор, вставая на ноги. — Насколько я могу судить, мы обнаружили группу аномалий третьего класса. Придется разряжать их болтами и проскакивать вперед.

— По-другому никак? — спросил Технарь.

— Нет.

— Там же их целая куча, — сказал Эльф.

— Хорошо, иди первым, — предложил Борланд.

— Я?! Нет, я не пойду первым!

— Тогда смотри, как все мы погибнем, и останешься в этом месте один, — вставил Орех.

— Я… Нет, я… Хорошо, я пойду!

— Прекратите, — сказал Марк, глядя на смертоносный участок. — Я пойду первым.

При полном молчании группы Марк вытащил несколько болтов и немного подумал, прикидывая нужную последовательность действий. Он бросил один болт и, не дожидаясь полной разрядки аномалии, отправил вслед за ним второй. Перед ним мелькнуло свободное пространство и сталкер бросился вперед. За его спиной послышался треск восстановленной аномалии, Марк прыгнул и еле избежал второй ловушки.

Орех торжествующе потряс кулаками.

Марк огляделся. Перед ним было три очага электрического поля, узнаваемых по характерному неоновому свечению. Здесь дело было чуть сложнее. После брошенного болта аномалия исчезала, но на ее место тут же перемещалась любая из соседних, а на пустом месте с небольшим опозданием вырастала новая. Разряжать центр было опасно, так как переместиться могла как левая аномалия, так и правая, оставляя один из двух шансов на верный путь, а предугадывать было опасно для жизни. Боковые Марк тоже не мог тронуть, поскольку проскочить через центр было нельзя — сразу за ним виднелась Жарка, скопление аномального пламени, струящегося сотнями нитей сверху донизу.

Коротко поразмыслив, Марк вычислил решение. Два болта отправились в левое и среднее свечения, и правая аномалия метнулась покрывать обе, вытянувшись вдвое и став ниже. Не теряя времени, Марк прыгнул ласточкой через синее сияние, сделав кувырок по земле. Жарка наклонилась к нему, вспыхивая пламенем, сталкер пируэтом ушел от нее и его тут же начал притягивать мощный гравиконцентрат.

Сталкер моментально понял, что фокусировка аномалии двинулась вверх, и упал вниз, прижавшись к земле. Гравитационная ловушка росла с каждой секундой, поднимаясь к потолку тоннеля, и Марк быстро пополз прочь от нее. Ему не хватало скорости, рюкзак внезапно перестал давить и немного поднялся, потянув сталкера за собой. Марк быстро переместился правее, на металлический рельс, и стал отталкиваться от шпал, скользя по рельсу. За несколько движений он уже оказался в безопасном месте. Гравиконцентрат хлопнул и исчез, снова материализовавшись в исходной точке.

— Я прошел! — крикнул он, не оборачиваясь.

Группа внимательно следила за Марком, и Борланд без предупреждения кинулся вперед, в точности повторив все действия Марка, словно репетировал их десятки раз. Не успела команда сказать хоть слово, как Борланд уже стоял на другой стороне.

— Давайте сюда! — воскликнул он, — Тут лучше дышится!

Третьим переместился Технарь, слегка опалив Жаркой волосы. За ним Патрон с неожиданной для его комплекции грацией. Сенатору пришлось объяснить Ореху еще раз, что и как он должен сделать, и сталкер испуганно преодолел линию ловушек. Эльфу пришлось объяснять целых три раза, длинноволосый парень предварительно попробовал последовательность приемов на пустом участке, но в конце концов справился с задачей. Сенатор прошел последним.

Марк помог ему подняться и тот кивнул с благодарность.

— Все целы? — спросил Марк, услышав в ответ короткие подтверждения.

Скопление аномалий осталось позади. Из центра тоннеля по-прежнему раздавался нарастающий гул, который стал чуть громче.

— Кто там может выть? — спросил Борланд у Сенатора, на что шаман ничего не ответил, махнув рукой в неопределенном жесте.

Сталкеры пошли чуть медленнее, светя фонарями во все стороны. Стены тоннеля стали выглядеть чуть иначе, и Марк не мог сказать, в чем была разница. Наконец понял: каменное покрытие было словно более древним, чем за метров пятьдесят до того. Само собой, этого быть не могло: тоннель был построен из полностью однородных материалов лет тридцать назад. Тем не менее, внутренняя поверхность тоннеля выглядела как погреб пятнадцатого столетия, хотя под ногами блестели гладкие металлические рельсы. Только тут Марк понял, что это тоже ненормально — неиспользуемые в течение целого поколения железнодорожные пути должны были проржаветь насквозь.

В воздухе ощущалась сырость, хотя стены были сухие. Нигде не было никакого источника воды. Марк не знал ни одной аномалии, имитирующей сырость. Встречать новые разновидности в этом месте ему очень не хотелось.

Далее земля внезапно вздымалась буграми и непонятными зелеными наростами. Рельсы пролегали не под ними, а сверху, выгибаясь под немыслимым углом и уходя почти к самому потолку. Вверху оставалось сантиметров сорок пространства, свободного от проступавшего тут и там салатового мха. Сталкеры остановились перед новым препятствием. Орех бросил болт, который спокойно пролетел в щель и тихо стукнул, приземлившись на другой стороне.

— Что делать будем? — спросил Патрон. — Я там не пролезу.

— Пролезешь, если снимешь рюкзак и обмундирование, — ответил Борланд и стал расстегивать собственный комбинезон. — Ну, чего уставились? Вылезайте из скорлупок. Эльф, ты вроде хотел пойти первым?

— Я? — спросил Эльф, нерешительно придерживая на рюкзак.

— Ты, ты. Как самый тонкий из нас.

— А… ну да. Хорошо.

На глазах у сталкеров, сбрасывающих бронированные комбинезоны, Эльф положил рюкзак и автомат и осторожно пошел вверх, ступая по искривленным шпалам, как по лестнице. У самого прохода он поскользнулся и неуклюже упал, уткнувшись носом в зеленый мех. Сталкеры застыли. Эльф оперся руками о спрессованную землю, поднялся и обернулся.

— Я нормально, — сказал он.

Преодолев остаток пути на четвереньках, Эльф протиснулся в щель и кубарем скатился с другой стороны. Через мгновение сталкеры услышали его голос:

— Все в порядке! Передавайте оружие и снаряжение!

— Как же, — хмыкнул Борланд. — Орех, дружище, ты следующий. Примешь у нас стволы.

Команда пролезла по очереди без осложнений, даже Патрон. Сенатор снять плащ отказался, что не помешало ему проскользнуть на ту сторону, ни за что не зацепившись. Снова облачившись в комбинезоны, сталкеры направились дальше.

— Что могло тут вырасти? — спросил Марк. — И почему рельсы не сломались?

— Давай мы подумаем об этом, когда выйдем отсюда, — предложил Борланд.

По курсу был короткий участок свободного пути. Дальше виднелись новые холмы, заметно поменьше. Перед ними Технарь обнаружил что-то, что заставило его остановиться и коротким возгласом позвать остальных.

— Взгляните, — сказал он, светя вниз. — Вы когда-нибудь видели что-то подобное?

Рельсы, до этого тянущиеся параллельно, внезапно пересекались крест-накрест и шли дальше. Левый и правый поменялись местами, по-прежнему пролегая в одной плоскости. В районе пересечения шпалы были соответственно укорочены, выступая за края пути строго на двадцать сантиметров. Сталкеры молча смотрели на дикое инженерное сооружение.

— Это же насколько больную фантазию нужно иметь, чтобы такое придумать, — выдохнул Борланд. — Тут вообще когда-нибудь поезда ходили?

— До того, как Чернобыль в первый раз рванул, ходили каждый день, — сказал Патрон.

— Спасибо, я сам знаю.

— А зачем тогда спрашиваешь?

Оторвавшись от необычного явления, команда направилась дальше, навстречу все нарастающему звуку.

— Это начинает действовать мне на нервы, — сказал Борланд.

— Не тебе одному, — отозвался Технарь.

— Я знаю, но я озвучил свои мысли, и мне стало легче!

— Жестокий ты человек, Борланд.

— Так ради вас же стараюсь, — беспечно ответил Борланд, светя перед собой. — Вот съеду с катушек, и что вы будете без меня делать…