Песочные часы - Сергей Недоруб

Команда стала рядом, Эльф подошел поближе.

— Автомат при тебе? — спросил Борланд.

— Да, вот он.

— Стреляй по кусту.

Эльф беспомощно поднял «гадюку».

— Зачем? — спросил он.

— Патрон, тресни его, — попросил Борланд, слегка повернув голову к партнеру, и Эльф поспешно добавил:

— Не нужно, я сделаю, как ты говоришь!

— Веером стреляй, — уточнил Борланд.

Эльф помедлил, не понимая, куда целиться, затем нажал на курок. «Гадюка» издала несколько приглушенных хлопков. Бесшумные пули встряхнули куст, сбивая листву, и раздался звериный рык. Не успели сталкеры вскинуть оружие, как из куста выскочил чернобыльский кабан и бросился прямо на Эльфа, сверкая гигантскими клыками. С тихим криком Эльф дострелял обойму в плотный лоб зверя, который свалился замертво в полуметре от Борланда.

— Неплохо, — оценил Борланд, даже не пошевелясь. — На что-то ты годишься. Автомат перезарядить не забудь.

— Ты знал! Знал о кабане!

— Разумеется, это я же спрятал его в кустах.

Эльф замолк, поняв, что сказал глупость. Сталкеры, по очереди смотря на убитого кабана, направлялись подальше от зловещего Агропрома в сторону Свалки.

— Что у нас дальше? — спросил Марк, поравнявшись с Борландом.

— Ты платишь, ты и музыку заказываешь… Эй, кто там на дереве сидит?

— Где, — спросил Марк, поднимая взор к раскидистым ветвям вьющегося спиралью дерева.

— Да нигде, он уже ушел… Ты что-то говорил про Темную Долину.

— Верно, это наша очередная цель, — ответил Марк, машинально примечая в стороне Птичью Карусель и тут же выбрасывая ее из области внимания. — Но, если что-то не вяжется, или команде нужно передохнуть, можно пойти туда завтра.

— Зачем же, — произнес Борланд и поправил перекрутившийся ремень «грома» на плече. — На завтра у меня свои планы. Побриться, музыку послушать, кино посмотреть. Пропустить стаканчик-другой.

— Ты надо мной издеваешься?

— Всего лишь отмечаю тот факт, что экспедиция наша длится часа полтора, не больше. И отправляться на отдых, когда даже Солнце толком не взошло, рановато. Если твоя X-18, как ты говоришь, действительно существует, то мы вполне можем сегодня все успеть и затем всю ночь поправлять здоровье в баре «100 рентген» к северу. Только давай без новых приключений на этот раз.

— Полностью согласен, — коротко ответил Марк.

На подходе к выходу на Свалку Борланд остановился и поднял руку. Команда замерла на месте. Ведущий не отдал никаких указаний.

— Что там? — тихо спросил Марк.

— Черт, — сказал Борланд. — Черт, черт, черт.

— Что ты слышишь?

Борланд повернулся.

— Всем за мной, — сказал он. — И чтобы быстро и тихо.

Команда добралась вслед за Борландом до железнодорожных путей, исходящих из рабочего уголка института и скрывавшихся в темном тоннеле. Сталкеры пересекли три колеи и поднялись на высокий холм, где по указанию ведущего залегли, вжавшись в землю.

— Зачем мы… — начал Марк, но Борланд поднес палец к губам, доставая второй рукой мощный бинокль. Шестеро остальных сталкеров последовали его примеру.

Послышалось урчание мотора, и по дороге, ведущей на Свалку, в сторону института проехал военный джип с открытым верхом, в котором находилось четверо фигур в обмундировании элитных войск, охранявших Барьер. За джипом бежало еще шестеро военных в две колонны. Затем выехал БТР, на котором сидело двое. Завершали колонну два новых джипа, с каждого из которых на ходу соскочило по солдату, сразу же ставших в боевой готовности на пост по краям дороги.

— Что они здесь делают? — спросил Марк.

— Без понятия, — ответил Борланд мрачно.

— Может, услышали выстрелы дезертиров?

— В Зоне стреляют на каждом шагу. Прорыва Барьера тоже вроде бы нигде не наблюдается. Черт его знает, что происходит. Но обратно нам уже не пройти.

— А если снять тех двоих? — спросил Эльф. — У вас же стволы с оптикой.

— Я тебя просил пасть открывать? — рявкнул Борланд. — Стрелять в военных крайне не рекомендуется. Кстати, спасибо, что положил того кабана своей пукалкой. Ни у кого из нас бесшумных игрушек нету. Сейчас бы выстрелили, дали о себе знать, и все. Конец семерке безвременно почивших сталкеров.

— Договориться? — спросил Марк, глядя на подтянутые, мощные фигуры военных, стоявших у дороги.

— Это военный рейд, — объяснил Борланд. — Редкое, но вполне обычное явление. Каковы бы ни были его цели, во время рейда всем лучше держаться от солдафонов подальше. Пристрелят на месте и не спросят, как звали и куда слать открытку. Что по поводу «договориться», то в любой армии всегда есть те, кто выше, и те, кто ниже. Не по росту, естественно. И те, и другие охотно берут на лапу, если знать, что дать. Вот только незадача: никакая из групп не станет договариваться на глазах у другой. Так что не вариант.

— Тихо подкрасться и обезвредить, — предложил Технарь.

— Можно было бы рискнуть, однако вполне очевидно, что эта пара тут не единственная. Смотрите, дальше слезло еще двое. Значит, и на входе тоже оцепление. Боюсь, что нас натуральным образом обложили. Если они кого-то ищут, то начнут прочесывание, и найдут нас очень скоро.

— А они начнут? — спросил Орех.

— Вполне могут. Я уже молчу о вертолетах.

— Что будем делать? — спросил Марк. — Сдаваться?

— Пусти тогда себе пулю в лоб и не утруждай солдатиков, — сурово сказал Борланд. — Думаешь, тебя за пределы Барьера депортируют? В Зоне официально нет людей, ни сталкеров, ни кого-либо еще. Если тебя со всеми без исключениями военными в радиусе двадцати километров не связывают прочные торговые отношения и персональная крепкая мужская дружба, то даже не пытайся.

— Что тогда будем делать?

Борланд покачал головой.

— Не знаю, — ответил он. — Будем ждать. Когда нас найдут, придется импровизировать.

Марк отнял бинокль от глаз и огляделся. Взгляд его остановился на тоннеле.

— Я импровизировать не намерен, — сказал он. — Скоро они найдут дезертиров. Кто не хочет быть обвиненным в их убийстве, те пусть идут за мной.

— Что ты задумал?

— Этот тоннель ведет к ангару?

Борланд проследил за его взглядом.

— Да ты с ума сошел, — произнес он. — Никто туда добровольно не сунется.

— Можешь считать, что я делаю это не добровольно, — ответил Марк. — Я иду.

— Кто хочет отдать концы в десятке аномалий? — спросил Борланд у команды.

Наступило короткое молчание, которое прервал Сенатор:

— Для ведущего ты слишком фаталистично настроен. Аномалий может быть сколько угодно, но роковой может оказаться только одна.

— А монстры?

— Ты хоть раз видел там монстров? — спросил Сенатор.

— Нет, — ответил Борланд, чувствуя, что теряет позиции. — Потому что ни разу туда не ходил.

— Я иду, — сказал Марк. — Согласен ты или нет.

— Я тоже, — сказал Технарь. — Это будет очень интересно.

— А я вообще не понимаю, что в этом тоннеле страшного, — пробубнил Патрон. — Что мы, аномалий не видели?

Борланд с тоской посмотрел на него.

— Простая ты душа, Патрон. Ну хорошо, хорошо, идем. Дайте только в последний раз на чистое небо взглянуть… Все, пошли.

Сталкеры осторожно спустились по холму. Тихо пройдя за спинами военных, они по одному добрались до тоннеля. Борланд мысленно молился, чтобы никто из вояк не обернулся, но все прошло удачно.

У входа их встретил Трамплин, на который Эльф взглянул с испугом. Марк по колебаниям воздуха, без применения болтов, быстро определил безопасный участок — это было пространство у левой стены всего в полметра. Марк снял рюкзак и медленно пролез боком, прижавшись спиной к стене. Затем он принял все рюкзаки и проконтролировал перемещение остальных. Здесь группа уже не была видна военным. Встав по всей ширине тоннеля, сталкеры включили фонари и огляделись. Тоннель не был прямым, он плавно изгибался влево. Команда медленно пошла вперед.

С первого же взгляда Марк понял, что здесь было что-то не так. Место было действительно жутким. Из глубин тоннеля тянуло могильным холодом. Оттуда раздавался еле слышный свист, происхождение которого было невозможно разобрать. Это мог быть как ветер, так и живое существо.

Повсюду валялись неизвестно откуда взявшиеся камни, от маленьких до огромных, хотя следов разрушения на стенах не было никаких. Рельсы тускло поблескивали при свете фонарей, покрытые толстым слоем синего мха шпалы были почти не видны. В одном месте они были сломаны, осколки треснувшего дерева смотрели вверх, окружая небольшую яму, в которой было что-то не так. Приглядевшись, Марк понял, что это нора, прорытая снизу. Не успел он спросить мнения остальных по поводу этого явления, как Орех дернул его за рукав и показал наверх. Марк посмотрел и буквально окаменел. Каменный потолок тоннеля был покрыт пылью и паутиной. Из сплошной стены торчала человеческая рука. Свисающая кисть была столь обыденна и нормальна, что Марк почувствовал, как у него кружится голова. Конечность была облачена в остатки рукава какой-то темной одежды. Стараясь не смотреть на нее, Марк прошел мимо, но не выдержал и обернулся. Рука дернулась, сжала пальцы в кулак и вытянула палец, который обвиняюще указал на сталкеров.